Экспертиза подтвердила ящур как минимум в одном из хозяйств Новосибирской области — по крайней мере, так утверждает одна из пострадавших фермеров Светлана Панина и предъявляет доказательство в виде скана экспертного заключения, полученного в суде. Власти Новосибирской области подлинность документа отрицают, судебные ветеринары полагают, что он похож на настоящий. Все остальные заключения по связанным с массовым забоем судебным процессам засекречены. Официально в России ящура не было с 2022 года. Forbes поговорил со Светланой Паниной, разобрался, чем опасно появление ящура на свободной от него территории и почему для властей сибирских регионов это крайне не вовремя, по какой причине суды по делам фермеров проходят под грифом «секретно» и что происходило с чиновниками, курировавшими сельское хозяйство Новосибирской области
С февраля до конца марта 2026 года в фермерских хозяйствах Поволжья и Сибири массово изымали и уничтожали скот. Наибольшую огласку получили события в Новосибирской области. 8 марта туда даже прибыла специальная рабочая группа во главе с руководителем Россельхознадзора Сергеем Данквертом.
Изъятия и забой скота власти объясняли пастереллезом (или геморрагической септицемией). Это острое инфекционное зоонозное (т.е. передается от животного человеку) заболевание, характеризующееся лихорадкой, общей интоксикацией, воспалением кожи, поражением суставов, костей, внутренних органов. Именно его мутировавшую форму Данкверт назвал причиной жестких действий ветеринарных служб.
В версию мутировавшего пастереллеза не верили ни фермеры, ни ветеринары, с которыми говорил корреспондент Forbes. Основной причиной сомнений было то, что владельцам хозяйств не выдавали на руки результаты анализов, взятых у животных. Врач-эпизоотолог, судебный эксперт по ветеринарии из Новосибирска Светлана Щепеткина добавляет, что владельцам животных отказывали не только в предоставлении результатов взятых проб, но и в проведении независимой ветеринарной экспертизы.
Фермеры, не понимающие, почему их лишают скота, даже записали обращение к главе Следственного комитета Александру Бастрыкину, ведомство проводило проверку для выявления нарушений в действиях должностных лиц региона.
Telegram-канал Forbes.Russia
Канал о бизнесе, финансах, экономике и стиле жизни
Активистка из села Новоключи
Одним из десятков хозяйств, в которых изъяли скот, стала ферма Светланы Паниной в селе Новоключи Новосибирской области. Именно ей удалось получить и со СМИ заключением ветеринарной лаборатории, из которого следует, что в пробах одной из ее коров обнаружен ящур (или афтозная лихорадка) — вирусная инфекция, способная передаваться от животных к людям. Пробу взяли 2 марта.
12 марта, когда Паниной не было дома, ветеринары уничтожили 200 голов ее скота: 150 баранов, 40 коров, семь коз, трех верблюдов и двух поросят, объяснив это риском распространения «опасного заболевания».
После уничтожения животных, рассказала Forbes Панина, ей велели самой сделать уборку. Панина уверяет, что уже тогда представители ветслужб сказали ей, что причина — ящур. «Почему я, обычный гражданин, должна заниматься очисткой территории после особо опасной болезни? В отличие от тех, кто забивал моих животных, у меня не было для этого даже спецодежды», — возмущается Панина.
Инкубационный период ящура у животных обычно составляет от одного дня до недели, в редких случаях — до 21 дня. В это время зараженное животное уже является источником инфекции.
16 марта Панина попыталась попасть на прием к министру сельского хозяйства Новосибирской области Андрею Шинделову, но он отказался с ней говорить. 20 апреля «из-за недостаточной работы по доведению мер государственной поддержки до сельхозпроизводителей» Шинделов был переведен на другую должность : теперь он руководит региональной инспекцией Гостехнадзора.
Другой участник событий, Сергей Тур, один из руководителей регионального управления ветеринарии Новосибирской области, умер в конце апреля.
Управление ветеринарии Новосибирской области, которое возглавлял Тур, подало иск к Паниной. Поводом стал как раз ее отказ выполнить предписания по уборке и подготовке к дезинфекции и допустить специалистов-дезинфекторов на территорию хозяйства. Но результат оказался неожиданным: 6 мая на заседании суда Паниной предоставили те самые результаты экспертизы, согласно которым в марте у ее животных был выявлен ящур. 7 мая информация об этом и скан документа появились в издании «7x7 — Горизонтальная Россия» (признано иноагентом). «Результат проб двух моих коров представили в суде. У одной был подтвержден ящур. Я ознакомилась с документом еще до суда и лично отфотографировала все листы», — рассказала Forbes Панина (Forbes ознакомился с фотокопиями документов).
Forbes отправил запрос в Минсельхоз, но представитель ведомства лишь сослался на заявление управления ветеринарии Новосибирской области. Там бумагу называют «изображением, выдаваемым за «результат лабораторных исследований КРС (крупного рогатого скота) Паниной С.Ю.» и отказываются признавать его официальным документом, поскольку он не подтвержден уполномоченными органами. «Данные изображения не содержат признаков надлежащего оформления и в представленном виде не могут рассматриваться как достоверное подтверждение каких-либо обстоятельств. Имеются основания полагать, что опубликованные материалы недостоверны», — заявил 7 мая начальник управления ветеринарии Новосибирской области Алексей Магеров.
«Протокол представлен в материалах дела официально, оформлен в соответствии с требованиями, у меня как судебного эксперта по ветеринарии результат сомнений не вызывает», — возражает врач-эпизоотолог и судебный эксперт по ветеринарии Щепеткина, видевшая документ.
Forbes направил запросы в лабораторию и Управление ветеринарии Купинского района Новосибирской области, проводивших экспертизу, но на момент выхода публикации ответа не получил.
По словам Щепеткиной, эта лаборатория не была аккредитована проводить исследование по ящуру, однако она государственная и не могла закупать диагностикумы (препараты для диагностирования, приготовленные из взвеси убитых микробов), необходимые для анализа, неофициально. Также, продолжает эксперт, при получении такого результата лаборатория была обязана направить результаты в Россельхознадзор — единственный федеральный орган государственной власти, управляющий сегодня государственной ветеринарной службой. Именно Россельхознадзор с 1 января 2020 года имеет право вводить ограничительные мероприятия, то есть карантин. Согласно статье 5 закона РФ от 14 мая 1993 г. N 4979-1 «О ветеринарии» обо всех случаях заболевания ящуром или гибели восприимчивых животных необходимо извещать специалистов госветслужбы в течение 24 часов.
Forbes направил запросы и в Управление Россельхознадзора по Новосибирской области, и в Россельхознадзор, чтобы узнать, есть ли у них результаты того исследования, но ответов не получил.
«Совершенно секретно»
Дело Паниной не единственное, многие фермеры пытаются добиться справедливости в суде. Как рассказал Forbes юрист Олег Белоглазов, представляющий в суде пензенских животноводов, все, кто работает с пострадавшими от забоя скота, сталкиваются с одной и той же проблемой: материалы дела называют «секретными» и не разглашают. «Их не размещают на правовых порталах, даже не дают истцам и представляющим их интересы представителям. На все вопросы либо не отвечают вовсе, либо сообщают, что ветеринарные службы действовали на основании секретного указа и разглашать его содержание не обязаны», — возмущается Белоглазов. Фермеры, интересы которых представляет Белоглазов, не получили на руки ни единого результата анализов животных. И либо пошли в суд бороться за свои права практически без документов, либо подписали согласие с процедурой изъятия животных, чтобы получить обещанные компенсации.
Адвокат, юрист проекта pravo.vet Андрей Кузьмин, который консультирует пострадавших фермеров из Пензенской области, рассказал Forbes, что их дело тоже засекречено.
«Я молчать не буду, хватит дурачить народ, — категорична Панина. — И компенсации их я не получаю — эти копейки не перекрывают реальный ущерб. С народом надо разговаривать честно, а не играть в прятки, и выплаты должны быть больше, чем по 19 500 рублей за девять месяцев».
Правительство Новосибирской области выделило 200 млн рублей на возмещение ущерба домохозяйствам в регионе, сообщали в пресс-службе Минсельхоза. Выплачивать предполагалось по 173 рубля за килограмм живого веса плюс социальные выплаты тем, для кого разведение скота было единственным или основным источником дохода. Компенсацию за утерянный скот должны были выделять единовременно, а социальные выплаты — равными платежами в течение девяти месяцев.
Чем ящур хуже пастереллеза
Как рассказал Forbes еще в начале весны источник в животноводческой отрасли, причиной таких жестких действий властей могла стать вспышка ящура, опасного вирусного инфекционного заболевания. Но если объявить о ящуре, то остановился бы экспорт , предполагал собеседник Forbes.
В мае 2025 года «Западная Сибирь — Урал» стала последней, шестой, зоной в России, которой был присвоен официальный статус свободной от ящура территории с вакцинацией. С этого момента страна была признана Всемирной организацией по охране здоровья животных (ВОЗЖ) полностью благополучной по ящуру. Официально заболевание не фиксировалось в России с 2022 года.
«Если обнаруживается вспышка этого заболевания, регион тут же закрывается для ввоза и вывоза продукции, это создает серьезные проблемы для всего субъекта», — говорит Белоглазов. Главное, по его словам, возникает много вопросов к ветслужбам, которые упустили момент и позволили опасной инфекции распространиться.
Для сохранения статуса ВОЗЖ и беспрепятственного экспорта достаточно было наладить «качественную ветеринарию», уверена Щепеткина. Существовавшая в России система, говорит она, уничтожена: федеральный орган по организации ветеринарного дела в России был ликвидирован еще в 2002 году, полномочия по предупреждению и ликвидации эпизоотий с 2021 года возложены на регионы.
«Если мы посмотрим на протокол испытаний, то увидим, что животные Светланы Паниной вакцинированы не были, хотя это является обязанностью государственной ветеринарной службы. Проверить наличие вакцинации можно путем отбора проб крови — увидеть наличие защитных вакцинных антител», — говорит Щепеткина. Однако, по ее словам, никому из фермеров не дали возможности произвести повторный отбор проб крови. «Анализы могли выявить отсутствие вакцинации, что как раз и могло способствовать распространению эпизоотии», — заключает она.
Помимо проблем со статусом по ящуру, российское животноводство ждут серьезные последствия, добавляет Щепеткина. По ее словам, поголовье скота только в Новосибирской области за I квартал 2026 года уменьшилось более чем на 100 000 голов. А это потеря более 1,43 млн л молока в год и более 100 000 голов нерожденного молодняка, что годами будет отражаться на производстве в регионе. Для того чтобы вырастить одну корову, нужно не менее трех лет, а овцу или козу — полтора года, отмечает Щепеткина.