Улицы победителей. Герой Советского Союза Иван Хмель (Хмелёв)

Проект о героях Великой Отечественной войны и улицах, названных в их честь

Сотни проспектов, улиц и переулков в городах и сёлах нашей страны носят имена прославленных полководцев и военачальников, лётчиков и разведчиков, партизан и молодогвардейцев.

Восемь десятилетий отделяют нас от Великой Победы. Уходят из жизни очевидцы военных лет, сменяются поколения. И таблички с именами героев становятся для многих просто адресом дома, куда можно вызвать такси или заказать доставку продуктов… Что мы знаем о тех, кто отдал жизнь за наш город? О чём расскажем своим детям и внукам, гуляя по улицам победителей?

«Историю надо знать»

Всего лишь год он не дожил до Великой Победы, отдав в последнем бою приказ: «Стоять насмерть, драться до последнего патрона».

Сегодня имя Героя Советского Союза Ивана Хмелёва высечено золотыми буквами в зале Славы Центрального музея Великой Отечественной войны в Москве. А в Старом Осколе в честь прославленного старшего лейтенанта назвали в 1965 году улицу.

Венчает её старинный Ильинский храм с изумительным сочетанием зелёного и золотистого цветов. Сияющие в лучах солнца купола дарят благодатный свет этому живописному месту.

Сюда можно зайти или заехать с улицы Пролетарской и так называемой Ездоцкой площади перед храмом. Нумерация первых домов начинается с многоэтажек. Когда-то эта улица называлась Углы и по расположению была угловой, одной из окраинных. Сейчас такое название носит целый микрорайон неподалёку.

К улице Хмелёва тоже относятся несколько пятиэтажных и девятиэтажных домов. Индустриальный сектор — застройка цементного завода. Тут получали квартиры работники предприятия, благоустраивали территорию. Для жителей всё в шаговой доступности — магазины, парикмахерская, аптека и так далее. А что знают они о герое своей улицы?

Вот девушка выносит из подъезда дома № 2 картон и несёт к мусорному баку.

— Можно у вас узнать, кто такой Хмелёв? — спрашиваем её.

— Он воевал, но где именно, не скажу. Раньше, когда я ещё в начальной школе училась, нам рассказывали про него, правда, подробностей не помню. Да вы идите к третьему дому, там есть табличка и бюст, всё прочитаете.

Но мы знакомимся с улицей и людьми. На остановке общественного транспорта несколько человек сидят на скамейках. Задаём им тоже вопрос, что они знают про улицу Хмелёва.

— А что про неё надо знать? В честь кого названа? — вопросом на вопрос отвечает женщина в возрасте. — Там же на доме висит монумент, вот и узнавайте.

— Вы тоже не знаете? — переключаемся на мужчину.

— Почему же? Улица носит имя Ивана Ивановича Хмелёва, на самом деле его фамилия — Хмель. В войну был старшим лейтенантом, погиб. Историю надо знать.

— Вам надо, а мне не надо, — принимает упрёк на себя женщина.

– Я ж не вам говорю, а вообще, — пожимает плечами её оппонент. — У меня и деды, и прадеды тоже воевали в годы Великой Отечественной войны. Вы лучше поезжайте в глубинку, — советует нам. — В таких сёлах, как Крутое и Солдатское, много без вести пропавших. Людей фашисты сжигали в стогах сена и прочее. Вот об этом интересно было бы рассказать. У Хмелёва есть мемориальная доска. А сколько тех, кто позабыт?

Тоже справедливо. Идём во двор многоэтажек.

Нас обгоняют женщина и парень с сумками. Мама с сыном — Анна и Артём.

— Кто такой Хмелёв? — переадресует та наш вопрос сыну.

— Про это плохо знаю, — признаётся парень. — В целом про Старый Оскол могу рассказать: про концлагерь, про улицу 17-ти Героев, про то, как 5 февраля 1943 года с города сняли оккупацию.

Соглашается, что и историей своей улицы тоже надо интересоваться. Обещает посмотреть биографию Хмелёва.

«Мы все стараемся»

Заходим в зелёный и уютный двор. Здесь разбиты клумбы, много цветов, малых архитектурных форм. Всё ухожено и украшено. Видно, что постарались заботливые руки жильцов. Рядом — современная детская площадка. Чуть поодаль — детсад.

— Как красиво у вас! Мы гадаем, это уже микрорайон Углы начинается? — спрашиваем идущую навстречу женщину.

— Нет, Улица Хмелёва, — улыбается она. — И площадка наша, хмелёвская, и садик со школой — тоже.

— А кто такой Хмелёв?

— На третьем доме есть памятная доска. Он участник Великой Отечественной войны. Герой СССР.

Нина Игнатьевна поясняет, что работала на цемзаводе и получила тут квартиру:

— Когда давали жильё, было много цемзаводских соседей. А сейчас не успеваем проследить, кто уходит, а кто приходит. Старые жильцы умирают, молодёжь заселяется, все постоянно продают квартиры, кто-то покупает.

— Хороший двор у вас. Молодцы!

— Мы стараемся, чтобы было красиво. Правда, плохо, что кошек бездомных много развелось. Люди, конечно, их подкармливают. А они затолкли все наши цветы. Сетку вдоль цветника поставили, чтобы туда не прыгали. Мы даже игрушечных аистов размещали на козырьке подъезда. Все прохожие любовались.

Рассказывает наша собеседница и про своего отца Игнатия Яковлевича Киселёва:

— Он воевал в Великую Отечественную, имел много наград. В Москве в музее Победы есть его фотография. Племянник был там с женой. Звонит, говорит: «Крёстная, мы тут дедушку увидели!»

Фото: Николай Рыбцев

Прощаемся. Очень приятное впечатление оставляет эта встреча. Да и радостно видеть утопающую в зелени территорию вокруг. Тополя, старые раскидистые берёзы, много вишни и фруктовых деревьев. Шелестят листьями каштаны и рябинки. Сколько труда вложили жители улицы, чтобы вырастить такой оазис.

«Дорогу памяти нам оставили»

Кстати, две фигурки аистов на крыше мы видим на крыше строения в частном доме № 14. Его хозяин Егор Николаевич с улыбкой поведал нам, что одну такую птицу семейного счастья им с женой подарили, а другую они до пары купили. Гнездо для аистов свил родственник, дедушка. Супруги живут на улице уже 25 лет. Домик на двух хозяев хоть старый, но их половина, видно, что переделана на новый лад. Чистый, аккуратный дворик, у калитки цветут ирисы. Знает Егор Николаевич и чьё имя носит их улица. Вспоминает и своего отца Николая Семёновича, 1924 года рождения, воевавшего зенитчиком под Москвой, в Ярославле.

— На передовой он не был, поэтому и льгот никаких не имел. Зато прожил до 90 лет.

Егор Николаевич рассказывает о родителях. Фото: Николая Рыбцева

Рассказывает мужчина о маме. Мария Фроловна — участник строительства железнодорожной ветки «Старый Оскол — Сараевка». Её возводили с 15 июня по 15 августа 1943 года. По новой дороге пошли наши эшелоны с войсками и грузами.

— В 50-летний юбилей Победы маме привезли свидетельство и медаль. Мы их до сих пор бережём. Она говорила, как тяжело им приходилось. Ведь совсем ещё девчонкой была. Не спали. Не ели. Одеться и обуться было не во что. А работали по 16 часов, невзирая на усталость. Где носилками, а где подолом носили тяжести. В прошлые годы до Сараевки ходил ретропоезд с вагоном, оформленным в военном стиле. Я специально проезжал на нём этот путь. Столько вручную дети, старики и подростки сделали! Дорогу памяти нам оставили.

К нашему разговору присоединяется сосед Егора Николаевича.

— У меня фамилия почти, как у президента, а отчество как у Чапаева, — представляется он.

Василий Иванович живёт на улице Хмелёва в пятиэтажке, которую выделил ему цемзавод. А в доме № 12, как говорит он сам, у него «фазенда». Баня, гараж, огородик — в общем, всё для души. Приобрёл дом в 1990 году, в техпаспорте было написано, что построен он до 1917 года, обложил кирпичом, обустроил. Мужчина тоже хорошо знает историю улицы и его героя. Поясняет, что приехал в Старый Оскол по распределению из города Вольска Саратовской области. Наш город за эти годы стал ему своим, родным.

— В этих местах на Курско-Орловском направлении мой отец Иван Иванович Потин воевал. Получил в 1943-м ранение и контузию, его отправили в Иркутск. Медаль «За отвагу» нашла отца где-то в 1953 году. Он был на войне командиром миномётного отделения. В детстве все мальчишки друг перед другом хвастали: «Мой батька 50 немцев убил, а мой ещё больше!». И я спрашивал своего, сколько же он фашистов уничтожил. Отец отвечал, что их даже в глаза не видел, просто подбил самоходное орудие. Не хотел ворошить прошлое. Уже потом рассказывал, как шли трое суток по лесу в жару и увидели целый батальон погибших советских солдат, немцы вырезали. С тех пор даже курицу не мог зарубить, кровь вообще не переносил… У него была вторая группа инвалидности, работал киномехаником.

«Преодолевали трудности»

Дом № 31 с верандой и старинной мансардой с маленьким окошком расположен по соседству с девятиэтажками. Его 81-летний хозяин помнит улицу совсем другой.

— Раньше на месте выросших многоэтажных домов был колхоз — отделение «Казацкого». Стояла контора. Ещё конюшня, где содержали лошадей. А так, вокруг размещались сплошные поля. Весной всё заливало до самой Ильинской церкви. Выйдешь — луг полностью в воде. Но нам, мальчишкам, самая забава. На льдинах катались. И переворачивались, конечно. Ещё здесь гора была — сейчас её застроили — там мы зимой на лыжах катались.

Фото: Николай Рыбцев

— А как люди здесь жили?

— Выше в логу была «копанка», туда ходили с вёдрами по воду. Общались, все новости друг другу рассказывали. Теперь там разворотная площадка и магазин «Пятёрочка». На другой стороне от моего дома на углу ещё колонка от кирпичного завода стояла, где мы тоже воду брали. Этот завод полностью весь город обслуживал. Красный кирпич только здесь изготавливали, причём, хорошего качества. У меня на фундаменте дома за столько лет даже не потрескался. Сейчас завод пустует — на продаже.

— Асфальтированной дороги, наверное, не было?

— Грунтовка! Просто разбитая дорога. В дождь — грязь по колено. Ходили в резиновых сапогах. Автобус ходил из Федосеевки и обратно. Но пока его дождёшься! Мне надо было добираться на завод автотракторного электрооборудования, а ехать не на чем. Вот в пять часов выходишь, чтобы на первый автобус сесть. Люди не ныли. Все трудности преодолевали спокойно. Самое главное — общались. Соседи были как близкие родственники. Это сейчас никого не знаем.

Фото: Николай Рыбцев

Не прервётся память

Любуемся постройками. Обычные старые дома, где ещё сохранились признаки ушедшего времени — деревянные подоконники и настенная «дранка» — соседствуют с жилищами, отделанными на современный лад, и коттеджами. Если пройти по улице вверх, то можно увидеть целый коттеджный посёлок. Везде много зелени, у каждого дома — палисадник с цветами. Улица светлая, уютная и ухоженная. Кстати, по расположению одна из самых длинных: пересекает Харьковское шоссе и переходит в улицу Полевую.

Мы возвращаемся к дому № 3. У подъезда стайка ребят ведёт оживлённый разговор.

— Не подскажите, где тут мемориальная доска? Вы знаете, в честь кого в вашу улицу назвали?

— Хмелёва, он был военный, генерал, наверное, — гадают подростки. Обещают прочитать полную и более достоверную информацию о герое. Сами просят сфотографировать их на фоне мемориальной доски. Может, и, правда, не прервётся память, пока есть интерес у молодёжи узнать историю тех далёких лет и судьбы людей, отдавших жизни за будущее новых поколений.

Почему нашего земляка помнят и знают в Беларуси

С первых дней

Он родился в 1918 году в Старом Осколе. Окончил школу-семилетку. До войны успел поработать на городской мебельной фабрике. Войну Иван Хмель встретил не юношей, а молодым, уже послужившим в армии мужчиной. Почему Хмель, а не Хмелёв? Именно так пишут фамилию нашего земляка во всех документах военных лет.

Как изменилось её окончание – сказать трудно (возможно, кто-то уже после войны ошибся, составляя связанные с героем документы). Поскольку дальше мы говорим о его боевом пути, то будем называть оскольца так, как его знали при жизни, – Хмелем. С июня 1941-го Иван уже на фронте. В 1942 году окончил младшие офицерские курсы, дрался на Западном и Брянском фронтах. Воевал Иван храбро и умело – к осени 1943-го уже стал старшим лейтенантом.

В это время 3-я армия, в которой служил Хмель, стала частью нового – Белорусского – фронта. Соединение, которое возглавил генерал армии Константин Рокоссовский, назвали в честь республики, которую ему и предстояло освобождать. Уже 25-26 октября при штурме белорусского села Красная Слобода (Могилёвская область) старший лейтенант Иван Хмель со своей ротой ворвался в траншеи противника, а потом отбил со своими бойцами три ожесточённых немецких контратаки.

До февраля 1944 года 3-я армия действовала на самом востоке Белоруссии. А в конце февраля Белорусский фронт начал Рогачёвско-Жлобинскую наступательную операцию на Гомельщине. Про обстоятельства последних схваток, в которых выпало участвовать Ивану Хмелю, нам рассказал Геннадий Титович – директор Рогачёвского районного центра туризма и краеведения для детей и подростков, руководитель музея «Судьба солдата». Историк-краевед, он много лет изучает военное прошлое края.

Выйти за Днепр

В январе 1944 года на правом фланге фронта возникло короткое затишье. Немцы заняли оборону по Днепру, сохранив за собой плацдарм на левом берегу реки в районе Рогачёва и Жлобина. Здесь стояли три советские армии – 3-я, 50-я и 63-я. Командарм-3 генерал Александр Горбатов, человек деятельный и инициативный, предложил улучшить положение фронта – силами его армии освободить Рогачёв и, тем самым, под угрозой охвата заставить немцев уйти с «нашей» стороны Днепра. Ставка идею Горбатова поддержала. Уже через несколько дней усиленная и пополненная 3-я армия готовилась к наступлению.

Идти вперёд предстояло по многострадальной земле: Рогачёвщина пережила жестокие бои летом 41-го, здесь, как и по всей Белоруссии, немецкая оккупация была особенно безжалостной. Болотистый, лесной ландшафт затруднял применение тяжёлой техники, населённые пункты немцы успели превратить в мощные узлы обороны.

О силе немецкого сопротивления можно судить уже потому, что наш район освобождали в целых три этапа, – рассказывает Геннадий Титович. Первый был в ноябре сорок третьего. Второй – в феврале сорок четвёртого и третий – уже в июне, с началом Бобруйской операции.

Но и 3-я армия имела свои козыри. Накануне наступления бойцы проходили интенсивную тактическую подготовку, учились ездить на лыжах. 21 февраля, когда артподготовкой началось наступление, наши части ещё в темноте выдвинулись к линии обороны немцев, не дожидаясь окончания обстрела. Наконец, леса и болота давали простор разведгруппам – подвижные сводные отряды после прорыва немецкого фронта пошли громить вражеские тылы.

К 26 февраля, преодолевая ожесточённое сопротивление врага, советские войска освободили Рогачёв и ликвидировали злополучный левобережный плацдарм вермахта. Больше того – сами продвинулись за Днепр и захватили важный пятачок за рекой Друть. Уже через несколько месяцев освобождённые участки станут хорошим заделом для старта «Багратиона» – мощной стратегической операции, которая освободит Белоруссию, восточную Польшу и фактически обрушит центр Восточного германского фронта. Но наш земляк этого уже не узнал.

Против врага и природы

Вищин – сегодня это совсем маленькая деревенька. В 16 км на юго-запад – Рогачёв, в 100 км – Гомель. Селение очень древнее, датируемое в русской Ипатьевской летописи ещё XIII веком. Рядом с деревней – славянское городище, многочисленные археологические находки с которого связывают эти места с древнерусским Смоленским княжеством.

А с началом наступления за эту деревню разгорелись ожесточённые бои. Всё дело в географии: Вищин стоит на западном берегу Днепра, и немцы стремились всеми силами не пропустить советские войска через реку. Так получилось, что вместе с вражеским сопротивлением нашим солдатам пришлось преодолевать труднейший ландшафт. В наступающих боевых порядках к деревне прорывались и части 269-й стрелковой дивизии, включая роты Ивана Хмеля.

В Вищин легко попасть со всех сторон, кроме востока, – рассказывает Геннадий Титович. – Здесь за деревней – Днепр, а за ним тянется широкая заболоченная пойма. Даже в наше время, в мирной обстановке преодолеть её проблематично. А нашим наступающим частям пришлось это делать, а потом и форсировать Днепр под вражеским огнём!

На штыках и лопатках

В воздухе над Вищином не было вражеской авиации – едва ли не единственный фактор, который был на руку нашим бойцам. Каких сил им стоило преодолеть пойму, превратившуюся в кашу из снега и болотной грязи, знали только они сами. Впереди был ещё замёрзший Днепр. А за ним самое страшное – высокий, под 30 м, очень крутой и покрытый льдом берег (немцы заранее пролили его водой).

Склон брали на пределе человеческих сил – карабкаясь по длинным лестницам, втыкая в окаменевшую землю штыки и сапёрные лопатки, цепляясь за неё окоченевшими пальцами. Всё это – под жестоким огнём пулемётов и миномётов из фашистских огневых точек. Как потом оказалось, в них сидели немцы-штрафники. Отступить они в буквальном смысле не могли, потому что были прикованы к огневым позициям цепями. Но атакующие советские роты всё-таки взобрались на берег и рванулись вглубь немецкой обороны.

«Тов. Хмель скрытно вывал роту к проволочному заграждению противника и в момент артиллерийской подготовки лично возглавил атаку. Стремительно ворвался в траншею, овладел 1,2 и 3-й линиями траншей. Захватил 4 исправных орудия и кухню. Благодаря его умелым действиям дер. Вищин была занята, создан плацдарм на правом берегу Днепра для переправы артиллерии по льду…»

После взятия Вищина стрелковая рота старшего лейтенанта Хмеля пошла дальше на запад. А её командир погиб 21 февраля, отражая одну из вражеских контратак, и навсегда остался в Вищине. Его похоронили вместе с другими товарищами, павшими на днепровских берегах. За мужество и героизм 3 июня 1944 года указом Президиума Верховного Совета СССР Ивана Хмеля посмертно наградили званием Героя Советского Союза.

Сила памяти

В 1985 году на братской могиле погибших за Вищин возвели памятник. А в 2000-м Геннадий Титович привёз в деревню своих воспитанников, педагогов, таких же краеведов-энтузиастов. Вместе они отреставрировали монумент. Все эти годы памятник не забывают – в памятные даты его включают в маршрут автопробегов, навещают братскую могилу самые разные делегации.

Историк-краевед Геннадий Титович много лет изучает военное прошлое Рогачёвского края. Фото Олега Артёмишина.

Да и весь Рогачёвский район является, по сути, одним большим мемориалом. На земле, по которой прошла Великая Отечественная война, немало таких мест – буквально пропитанных солдатской кровью, вобравших в себя гнев и боль тысяч людей. Сегодня Рогачёвщину помнят и в России – сюда едут потомки оставшихся в этой земле солдат, активно работают поисковые группы, район обменивается опытом патриотического воспитания с Санкт-Петербургом, Орловской и Курской областями.

Очень хорошо, что и вы – старооскольцы, белгородцы – не теряете интереса к прошлому,- уверен Геннадий Титович. – Память о подвиге советского солдата – это то, что нас объединяет в очень непростое, опасное время. Нужно сделать всё, чтобы её сохранить!

Благодарим за помощь в подготовке материала Геннадия Титовича и редакцию рогачёвской районной газеты «Свободное слово».