Алексей Завьялов ушёл на спецоперацию 8 декабря 2023 года. И уже перед Новым годом пропал без вести. Все последующие девять месяцев были наполнены для его жены Юлии бессонными ночами, неустанными поисками и молитвами. Но у этой истории не случилось счастливого конца: Алексей погиб. И пережить эту страшную трагедию Юле было непросто…
Но сегодня она продолжает работать по профессии и параллельно активно помогает бойцам и их родным. Разве можно опустить руки, когда ты стольким нужен?
Долгий путь
Завьяловы прожили в браке почти 25 лет. Алексей погиб за несколько месяцев до празднования серебряной свадьбы. Юля с теплотой вспоминает, как она, юная выпускница Белгородского колледжа культуры, вернулась домой и встретила будущего мужа:
«Бабушка попросила меня помочь выбрать подарок племяннице. А свекровь работала продавцом в магазине. «Что это за новая девочка у нас появилась? Моя сноха будет!» – сказала она. «Ну вот ещё», – возмутилась я. А вечером Лёша появился в ДК, где я тогда работала. Мы сразу подружились, нашли общие интересы. Он, как и я, очень любил читать».
Добрый и отзывчивый, последнюю рубаху с себя снимет и отдаст – так характеризует она мужа. Полгода Алексей говорил с женой о том, чтобы уйти на СВО. Повторял: «Ребята там гибнут, а я здесь сижу!»
«И однажды пришёл и уже поставил меня перед фактом, что подписал контракт. Я не противилась, но тогда ещё не понимала, как всё это страшно. Да и он до конца, наверное, не понимал. В декабре я приехала к нему в гости, привезла гуманитарную помощь. В шутку спросила: «Ну что, может, домой?» – «Нет!» – ответил муж с горящими глазами. Он действительно хотел быть там», – рассказывает Юля.
Когда Алексей пропал, она день за днём искала хоть какую‑нибудь зацепку, хоть какую‑то ниточку…
«Я практически не спала, ездила по монастырям и церквям. Заказывала сорокоусты. И только о здравии. Обзванивала госпитали и всех людей, которые могли мне что‑то сообщить. Тогда я просто не понимала, как может быть такое, что боец пропал и никто не знает, где он. А сейчас уже прекрасно представляю, что происходит там, «за ленточкой», – говорит наша собеседница.
Теперь Юля знает: когда начался обстрел, бойцы бросились врассыпную, а её муж, невзирая на смертельную опасность, побежал вытаскивать тех, кого зацепило. Его самого посекло осколками. Военные вспоминали, как с ранами на лице он отправился на первую точку эвакуации. Один из военнослужащих рассказал, что до неё Алексей точно дошёл. А потом сел в уазик, отправлявшийся ко второй точке. Но в пункт назначения машина не доехала: подорвалась на мине.
После анализа ДНК гроб с телом наконец‑то привезли домой.
«К тому времени столько было пролито слёз, что, казалось, на похоронах я заплакать уже не смогу, – признаётся Юлия. – Иной раз и сейчас накатывает тоска. Очень сильно скучаю. Но успокаиваю себя тем, что сейчас муж как ангел помогает ребятам. Посмертно Алексея наградили орденом Мужества».
Страха нет
Юлия – человек творческий. Участвует в кукольном театре, поёт в народном ансамбле «Красняночка». Она методист по работе с детьми в Центре культурного развития «Радужный», поэтому каждый день окружена «цветочками» и «звёздочками» – так она ласково называет деток. Доброе слово всегда находится и для бойцов. Юлия администрирует чат, в котором собраны родные военнослужащих 12-го танкового полка, где служил её муж.
«Подписываются жёны, родители, сёстры, братья, дети бойцов, – объясняет она. – Есть в чате и родственники тех, кто погиб или пропал без вести. Там у нас размещаются новости, важная информация. Там же собираем деньги, чтобы помочь ребятам, и размещаем фотоотчёты, когда отвозим гуманитарную помощь. Вот сейчас, например, заказали две портативные электростанции, 30 пауэрбанков, москитные сети… Всегда везём с собой выпечку, конфеты, сгущёнку, молоко, чай, кофе».
Время от времени она кидает призыв о помощи и в другой чат, в котором состоят родные, друзья и одноклассники. Всё собранное бойцам всегда отвозит сама, чтобы отдать из рук в руки. Так на душе спокойнее.
«Бойцы редко что‑то просят, но я, когда езжу к ним, присматриваюсь и прислушиваюсь, чтобы понять, что им действительно необходимо. Да, там уже нет моего мужа, но эти ребята… Они все мои родные. Как женщине, как матери, мне жалко всех и всем хочется помочь. Страшно ли ездить туда? Совсем нет. Мне кажется, что я уже ничего не испугаюсь. Даже если меня вывести на поле и сказать «вытаскивай ребят». Страха нет. И наверное, это ненормально. Но после смерти мужа куда‑то пропал инстинкт самосохранения», – замечает волонтёр.
Всегда на связи
В телефоне одно за другим сыплются сообщения. Юля на связи с пятью сотнями человек.
Помочь, поддержать, утешить, проконсультировать… Многим она шаг за шагом помогает проходить тот страшный путь, который когда‑то прошла сама. Объясняет, с чего начать поиски.
«Кто‑то только в начале этого пути, не знает куда бежать и что делать. Надо подсказать. Консультаций много, но мне не в тягость. В своё время меня это, наверное, и вытянуло из депрессии. Звонили, писали – нельзя было раскисать, надо было постоянно быть на связи», – вспоминает Юлия Завьялова.
«За ленточку» она ездила и с концертами. Собрала своих творческих коллег и отправилась поддерживать моральный дух бойцов.
«Такие они самоотверженные, наши мальчишки… Как‑то мне рассказывали, что парнишке ноги оторвало, а он даже не почувствовал. Наверное, из‑за шока. Стоял, отстреливался на культяшках… А какие скромные! Попал наш боец в госпиталь. Звонит. Спрашиваю, что нужно, отвечает: «Ничего». Но я‑то уже опытная, думаю: пусть поспит. Утром опять звоню. И он уже говорит: «Мне так неудобно, но надо и то, и то». Тут же я девчонкам пишу: «Надо одеть, обуть, накормить бойца». Быстро всё собрали, отвезли», – вспоминает наша собеседница.
Она награждена медалью «За содействие СВО». Так, в хлопотах, и проходит день за днём. Юля, которую все привыкли до гибели мужа видеть улыбчивой и позитивной, вернулась к жизни. Но в глазах наравне с задорным огоньком теперь живёт боль горькой потери:
«Пока я искала мужа, похудела на 10 кг. Привыкла не спать. Ложилась в два-три ночи. А в пять-шесть уже просыпалась, потому что понимала, что кто‑то может написать мне. Наверное, с этой болью от потери дорогого человека можно с ума сойти. Она никогда не уйдёт. Просто спряталась глубоко внутри, закоксовалась, чтобы ненароком не выплеснуться…»
Анна Черкашина
Фото Алексея Дацковского и из личного архива героини публикации