Наименее заметные, отвергаемые коллективом учащиеся, а также подростки, уже состоящие на учете, могут стать будущими агрессорами. Об этом Агентству городских новостей «Москва» сообщила заведующая кафедрой юридической психологии и права факультета «Юридическая психология» МГППУ Римма Чиркина.
«Склонные к нападениям на школы подростки проявляют одновременно агрессивное и аутоагрессивное поведение. Резонансные случаи имеют общие черты и делятся на два типа: с участием состоящих на учете нарушителей общественного порядка и внешне благополучных, незаметных подростков. У первых накапливаются неразрешимые проблемы, фрустрация и непереносимые переживания на фоне дефицита поддержки и стигматизации», – сказала Чиркина.
Она отметила, что именно ощущение безвыходности провоцирует агрессию на случайные объекты или тех, кто назначен виновным.
«Второй тип характеризуется отсутствием явных признаков дезадаптации, создавая у взрослых иллюзию благополучия. Учителя и родители недооценивают страдания подростков от изоляции и игнорирования, в то время как те ощущают школьную среду как угрожающую. Повышенная чувствительность, накопление отрицательных переживаний и психические нарушения усиливают уязвимость. Формирование агрессивного поведения таких подростков начинается задолго до преступления, но остается незамеченным. Риски деструктивного поведения могут «сдетонировать» на всем протяжении взросления под воздействием внутренних и внешних факторов», – пояснила Чиркина.
Психолог добавила, что дети переносят в свое окружение привычные им модели поведения, усвоенные в семье.
«Нормативный кризис переходного возраста добавляет и усиливает риски проявления девиаций. При этом постепенное снижение таких проявлений может наблюдаться после 18-летия. Но если устойчивые формы антисоциального поведения сохраняются после совершеннолетия, то это чаще всего связано с межпоколенческой передачей паттернов деструктивной семейной системы. Определенные особенности поведения взрослых внутри семьи заставляют подростков быть агрессивными, так как они переносят полученный опыт во внешнюю среду», – сказала Чиркина.
Она пояснила, что на поведение подростка также влияют сверстники, однако при преодолении трудностей упор делается на семейные паттерны.
«Поведение определяется ценностями группы сверстников, однако в трудных ситуациях выбор способа совладания задается накопленным семейным опытом отрицательного или положительного подкрепления тех или иных реакций (наказания, стигматизация или помощь и опора на сохранные ресурсы). Переживание ситуации по типу «последней капли» или «я вам покажу» заимствуется из картотеки средств, подсказываемой интернет-источниками и модой, но базовая модель реагирования идет из семьи», – заключила Чиркина.
Ранее в СМИ появилась новость, что правительство РФ утвердило меры по борьбе с деструктивным поведением молодежи до 2030 года.