Реликвии, которые хранят голоса воинов Победы. Фронтовые письма-треугольники накануне читали в областном историко-художественном музее, где прошла лекция для школьников.
Какие строки особенно запомнились — расскажет материал нашего корреспондента.
Cтроки из писем, которые звучат в этом зале, великая ценность не только музея, но и всего народа. Это фронтовые письма-треугольники. В фондах музея их около 300-т. Некоторые можно сейчас увидеть, только трогать не разрешают. Среди этих реликвий — переписка гвардии генерал-майора Андрея Соммера и его жены Калерии. Имя прославленного танкиста носит одна из улиц Калининграда.
«Хочется написать много ласкового, нежного, дать почувствовать, что наша разлука для меня горестна «…». Но гордость солдата, закалённого в любых лишениях, говорит: пиши короче, скромнее, оставь свои горести для себя, не отягощай ими душу любимого тебе существа».
ОКСАНА МОЛЕВА, СТАРШИЙ НАУЧНЫЙ СОТРУДНИК КОИХМ:
— Для меня фронтовые письма значат очень много, они самые искренние, самые объективные, самые трогательные источники по истории Великой Отечественной войны. Это не сводки официальные, это то, что чувствовали люди, о чём они писали своим родным и близким.
А вот письмо солдата. Он мечтает о скорой встрече с семьёй. Но весточка дошла до дома уже после гибели бойца, который к тому моменту уже убит. Эти треугольники становились последней ниточкой, связывающей людей друг с другом, хранившей тепло любимых рук. Казалось бы, зачем сегодняшним подросткам знать эти далёкие трагедии? Но учитель истории Юрий Иванов видит в них очень важный смысл.
ЮРИЙ ИВАНОВ, УЧИТЕЛЬ ИСТОРИИ И ОБЩЕСТВОЗНАНИЯ ГИМНАЗИИ №32:
— Помнили, через что прошли люди того времени. Узнали, с какими проблемами им предстояло столкнуться. Узнали, через что люди прошли ради того, чтобы одержать победу. И самое главное, через какие ужасы люди бы не проходили, люди смогли остаться людьми и передать вот эту человечность последующим поколениям.
В конце встречи школьники сами попробовали сложить фронтовой треугольник. У одних получалось сразу, другие долго вглядывались в линии сгибов. И в этом простом усилии бумага словно обретала голос – тихий, но внятный. Голос тех, кто не вернулся, но продолжает говорить с нами через пожелтевшие страницы.
Анастастя Берестова