По контракту
После распада ЧВК «Вагнер» Хика подписал контракт с Министерством обороны и оказался на Угледарском направлении.
Позиции подразделения Хики располагались недалеко от села Никольское, украшением которого был огромный храм женского монастыря, построенный по образу Успенского собора Московского Кремля. Весь прострелянный снарядами и ракетами «укропов», этот храм каждое утро в лучах солнца упорно, назло своим врагам, начинал сверкать золочеными куполами.
Всё остальное вокруг было разбито и сожжено. Ни одного целого частного дома, не говоря уже о многоквартирных высотных домах. Все близлежащие поля были усеяны минами, перекопаны траншеями и противотанковыми рвами. Вся местность, как дырочками сито, была густо и очень часто усеяна воронками. На дорогах асфальта совсем не осталось – всё было выбито снарядами и танковыми траками. Везде, по всей длине дорог, на обочинах покоились спихнутые наспех с проезжей части остовы сожженных автомашин и боевой техники.
А отъедешь от этой разрухи на двадцать километров на восток — и глазу открывается совсем другая грань жизни. Недавно отремонтированная дорога от Донецка к Мариуполю до комендантского часа вся забита автомашинами. Везде благоухают сады и цветочные насаждения. Поля почти все засеяны и цветут подсолнухами, а в городах и поселениях кипит обычная гражданская жизнь со своими ежедневными проблемами и заботами. О войне напоминают порой только глухие звуки взрывов, доносящиеся с запада, и пока ещё не восстановленные дома.
Разительное отличие мест боев и совсем близкой от передка тыловой жизни поражало. Бойцы, выезжая в магазины или будучи проездом на полигоны, глядя на то, как быстро меняется жизнь на новых территориях, на которых совсем недавно шли бои и гибли их друзья и товарищи, и удивлялись, и радовались, и завидовали. Ведь всем хотелось пожить. Пожить как обычные люди, а не как солдаты войны.
В один из жарких дней штурма Угледара в июле 2024 года подразделение Хики получило приказ штурмовать обозначенную на военных картах 11-м номером лесополку.
Исполняющий обязанности командира роты Бишкек поручил Хике собрать группу для исполнения приказа.
Сочтя достаточной группу из четырех бойцов, Хика позвал с собой Гика как пулеметчика, Вала и Найбу. Вся группа была сформирована выходцами из Якутии.
Мотолыга довезла группу до пятой лесополки и, развернувшись, вернулась назад. Группа штурмовиков добралась до шестой лесополосы пешком, где располагался штаб, и, получив дополнительную инструкцию, последовала дальше. После шестой лесополки начинались наиболее опасные места.
Прилегающее к седьмой полке открытое место было под полным контролем «укропов». Контролировали с помощью дронов. Эту «открытку» надлежало пересечь как можно быстрее, пользуясь хотя бы временным отсутствием «птичек».
Дождавшись возможности, первым побежал Хика. Следом, отстав от него на некоторое расстояние, побежали Вал, Найба и замыкающим Гик.
Добежав до седьмой лесополки, Хика углубился в кусты. Не отставая, за ним прибежали Вал и Найба. Гика не было.
Оглядываясь назад, стали выискивать глазами Гика. Ведь никаких налетов и выстрелов не было, поэтому с ним всё должно было быть в порядке. Но вскоре Гик вышел на связь и сообщил, что во время пробежки до лесополки он упал и, ударившись, повредил колено. Группа осталась без пулеметной поддержки.
Неспешно передвигаясь, штурмовики пересекли «открытку», затем небольшой прогал и оказались в десятой лесополке, занятой нашими закрепами.
— Как дела, пацаны? – первый вопрос Хики, вроде никому не адресованный, но тем не менее заданный всем, остался без ответа.
— А кто старший-то хоть? – оглянув всех, вновь обратился ко всем.
— Я старший, – не поднимаясь со дна окопа, отозвался один из бойцов лет около сорока.
— Мы дальше, до одиннадцатой лесополки. Можете доложить, что там да как?
— Что там докладывать. Хохлов там много. Даже тут голову не высунуть. Вот и сидим, не высовываемся. Пойдут — будем отстреливаться. Но их много, очень много.
— Понятно. Значит, толком ничего не знаете и доложить не можете. Видимо, придется самим разбираться.
Возможность получить хотя бы минимум информации о противнике отпала. Оно и понятно. У закрепов свои задачи. Разведка рубежей противника им ни к чему. Главное — свои позиции удержать. Поэтому штурмовикам предстояло самим собирать информацию, необходимую для штурма.
Моросящий дождик и низкая облачность оказались на этот раз помощниками. Дронов не было, а легкая завеса дождя помогла остаться незамеченными при пересечении небольшого прогала до перпендикулярной лесополки, соединяющей десятую и одиннадцатую лесополки.
Хика медленно шел впереди, прислушиваясь к каждому шуму, высматривая всё происходящее впереди, а особенно проволоки растяжек, и предупреждая о них своих. Лесополка была нетронутая, с густой зеленью, и надежно укрывала штурмовиков, но вся была напичкана растяжками и усеяна минами. Группа в скором времени подошла к перекрестку одиннадцатой и перпендикулярной лесополок, к так называемому развалу.
Прежде чем войти в эту лесополку, Хика подал знак, чтобы затаились, а сам, с целью разведки, двинулся вперед ползком. Внезапно впереди послышался разговор по рации. В тихое время громко включенная рация слышна очень далеко. Видать, это не учли «укропы». Спрятавшись за куст, Хика стал высматривать источник звука, но из-за густой зелени увидеть что-либо не смог. Тогда он вспомнил про свой телефон, точнее про камеру в телефоне.
Осторожно раздвигая ветки, Хика стал высматривать через камеру телефона место, откуда ранее слышался разговор по рации. Приближая и отдаляя это место, он внезапно в экране телефона увидел направленный прямо на него ствол крупнокалиберного пулемета. От неожиданности резко пригнувшись к земле, штурмовик все-таки сообразил, что его не видели, а ствол пулемета и ранее был направлен в эту точку. Тем не менее, осторожно, чтобы даже ветку не шелохнуть, Хика развернулся и пополз к своим.
Уже вечерело. Если начать штурм сейчас, то вряд ли можно было успеть до темноты. Посовещавшись, штурмовики решили оттянуться назад, в десятую лесополку. Таким же образом, медленно и осторожно, с оглядками пробрались к своим, и оттуда Хика связался с Бишкеком.
— Бишкек, ответь Хике. Прием.
— На связи.
— Решили завтра с утра начать. Сегодня не успеваем. Да и предчувствие неважное. Прием.
— Понятно, Хика. Комбату объясню ситуацию. Но завтра сделай всё красиво, как ты умеешь это делать. Как понял? Прием.
— Понял, Бишкек. Прием.
— Завтра к утру жди подкрепление. Как понял? Прием.
— Понял. Жду.
— Всё. До связи.
Серое, всё с теми же низкими облаками и моросящим дождиком утро застало штурмовиков уже на подходе к одиннадцатой лесополке.
Было решено, что передним в штурме будет Хика, следом за ним должен идти Вал, а Найба — таскать боекомплект, подавать патроны и заряжать магазины.
От Бишкека к моменту начала штурма подошли трое штурмовиков во главе с бойцом с позывным Череп, вооруженным пулеметом.
Первыми прогал проскочили Хика и Вал. Зайдя в лесополку, Хика, щелкая зажигалкой, подал сигнал остальным. Все остальные следом за ним пересекли прогал без проблем.
К вчерашнему месту подошли довольно быстро. Так же, как и вчера, Хика осторожно из-за кустов стал выглядывать, выискивая пулемет. Ствол пулемета, как и вчера, был направлен прямо на штурмовика, а за пулеметом находился один «укроп», который сидел, уткнувшись и вроде бы всматривался в телефон. Остальное пространство рядом с пулеметом скрывали кусты, поэтому что-либо увидеть было невозможно. Сколько ни всматривался Хика, но никого, кроме одного «укропа», не увидел. Продолжалось это довольно долго. Никакого движения не было. Была нужна помощь. Отползя на некоторое расстояние, Хика связался с ротным.
— Бишкек, ответь Хике. Прием.
— На связи. Прием.
— Подлети на «птичке», глянь, что на точке творится, мне ничего не видно. Зависни там и координируй. Прием.
— Понял. Будь на связи.
Вскоре дрон Бишкека подлетел и завис над огневой точкой «укропов». Хика вновь оказался на своем месте, но за пулеметом никого уже не было.
— Хика, ответь Бишкеку. Прием.
— На связи. Прием.
— Возле пулемета никого нет. Можно действовать.
— Понял. Начинаем.
Подползя немного ближе, Хика увидел дверь блиндажа совсем рядом с пулеметом. Выдвинув внутреннюю трубу «мухи» и сдвинув планку, Хика спокойно нажал на шептало. Снаряд влетел в открытую дверь, откуда полыхнуло огнем и взметнулся дым. Не мешкая, штурмовики подбежали к блиндажу, куда Хика дополнительно бросил еще две гранаты. Из блиндажа раздались автоматные очереди.
— Эй, хохлы, сдавайтесь! Живы будете! Домой попадете!
— Пошел н…й! Сам сдавайся!
— Ну, тогда держитесь! Ждите! Взорву вас к чертям собачьим!
По всей видимости, уговоры сдаться были бесполезны. Рассудив таким образом, Хика, наказав своим никого не выпускать, побежал в обратную сторону, где по пути на лесополку видел установленные на поле противотанковые мины. В этот момент подлетел коптер и совершил сброс гранаты. Правый бок обожгло огнем, но, осмотревшись, Хика серьезных ранений не увидел и побежал дальше.
Используя припасенную веревку с крючком, подтащил к себе ТМ-ку, не выходя в «открытку», выкрутил взрыватель и вместо него вставил припасенный от дронщиков пластид, затем воткнул в пластид запал от гранаты и бегом вернулся к блиндажу.
— Хика, ты же весь в крови, – увидев его, сказал Вал.
— Ерунда, мелочь. Как они?
— Вроде согласились сдаться. Сейчас должны выйти.
Хохлы не заставили себя ждать. Первым вышел высокий худой в засаленной одежде, заросший бородой хохол, а за ним следовал второй – пониже ростом, прячась за переднего.
— Гранатааа! У него граната! – крик Найбы слился с автоматной очередью.
Только после выстрелов Хика увидел гранату в руке второго хохла, кольцо которой было вдето в указательный палец. Если бы Найба не увидел гранату в руках бандеровца, то исход сражения мог бы быть совершенно другим.
Осмотрев блиндаж, обнаружили тела ещё двоих «укропов». На этой огневой точке было всего четверо бандеровских солдат.
В это время от Бишкека поступила команда о продолжении штурма. Было приказано взять штурмом находящийся метрах в двухстах следующий опорник хохлов.
Оставив на пулемете одного из отправленных Бишкеком в подмогу бойцов, штурмовики двинулись дальше.
Подходя к опорнику, двинулись ползком. Но, как оказалось, часовой выставлен не был, что во много раз облегчало задачу.
Из блиндажа слышались громкие голоса спорящих о чем-то людей. Это было на руку, чем и воспользовались.
Брошенная Хикой граната взорвалась на входе, но, несмотря на это, штурмовики ворвались в блиндаж.
К своему большому удивлению, Хика увидел сидящих за столом и играющих в карты «укропов», которые даже на взрыв гранаты возле входа никак не среагировали и продолжали азартно играть. Все четверо находящиеся в блиндаже хохлы были уничтожены с игральными картами в руках.
Позже Хика, проанализировав для себя такую нестандартную ситуацию, сделал вывод, что этим хохлам никто не успел сообщить о штурме, и они просто не обратили внимание на выстрелы и взрывы, прозвучавшие невдалеке, сочтя их обычным делом на передке, а взрыв гранаты возле входа, который был еще и с небольшим коридорчиком с разворотом, возможно, приняли за сброс с коптера. В общем, война разным образом меняет людей. Да и Хика, получивший осколочные ранения в этот день, продолжил воевать, посчитав свои раны ерундой. Для людей, непричастных к войне, это удивительно и непонятно, а бойцы, непосредственно связанные с боестолкновениями, думаю, понимают.
В этот день, на закрепе оставив бойцов батальона, штурмовики вернулись на свои позиции. При пересечении злополучного прогала тяжелое ранение получил Найба, которого Хика дотащил до эвакопункта.
Очередной отпуск после очередного ранения пролетел быстро. Как бы ни было большим желание остаться дома, но долг воина заставил Хику купить авиабилет и вернуться в расположение своей воинской части в Южно-Сахалинске в последний день отпуска. Спустя несколько дней самолет его вместе с другими бойцами доставил на военный аэродром Ростова-на-Дону.
Уже после приземления он узнал, что его перевели в другую часть, в разведподразделение. Велико было желание вернуться в свою часть, к своим друзьям-однополчанам, но приказ есть приказ. Как обычно, служба после отпуска продолжилась с полигона, со слаживания с новыми сослуживцами в новом подразделении. Длились дни подготовки недолго. Спустя несколько дней подразделение Хики уже было направлено на передок, на линию боевого соприкосновения. И через день уже поступило боевое задание.
В тот день Хику вызвал к себе командир разведроты.
— Хика, как известно, мы своих не бросаем. Особенно это касается разведчиков. С нашего подразделения разведчик погиб возле села Малиновка. Примерное место мы знаем, но там есть останки и других бойцов. Нашего надо отыскать и вытащить. С тобой на задание пойдут Шкет и Алтай. Ребята без опыта. Присматривай за ними. На всё про всё вам дается три дня. То есть туда и обратно. Всё понятно?
— Кого ищем и кого вытаскиваем?
— Тебе на телефон отправили номер жетона бойца. Посмотри. Будете искать по жетону.
Приглядевшись в отправленное фото жетона, Хика воскликнул:
— Так это же вроде Беля. Я с ним в Вагнерах бок о бок воевал. Это он?
Комроты, внимательно всмотревшись в глаза Хики, согласно кивнул.
— Да, это он. Постарайся.
— Он мой друг. Был. Обязательно постараюсь.
Выдвинулись в этот же день и к вечеру добрались до места. Поиски начались на следующий день утром. Было много тел наших бойцов. То там, то тут именно в обозначенном на карте месте. Каждый раз ворочая тела погибших, Хика всякий раз надеялся отыскать тело своего друга. Но бесполезно. К концу дня, устав от такой работы, Хика уселся на краю лесополки. Лежащие в одном месте вповалку восемь тел бойцов вроде совпадали по описанию с теми, с кем Беля пошел на задание, а его самого не было. Откинувшись спиной к дереву, Хика вслух обратился к своему убиенному другу:
— Беля, как же так-то? Где ты? Покажись. Нам надо тебя обязательно вытащить.
После этих слов, немного посидев, Хика двинулся вдоль лесополки и невдалеке наткнулся на два тела. Разбухшие и почерневшие, эти два тела казались пролежавшими тут длительное время. Во всяком случае дольше тех, лежащих вповалку, бойцов. Но тем не менее надлежало проверить. Было видно, что убило их осколками от близкого попадания мины 120-го калибра.
Перевернув тело первого бойца, от которого исходил тошнотворный запах гниения, Хика проверил содержимое карманов и из нагрудного кармана вытащил фотографию. Он помнил это фото. Беля ему несколько раз показывал это фото, совместное с женой и дочерью.
Сразу нахлынула усталость. Посидев немного рядом с телом друга, Хика по рации позвал Шкета и Алтая, с которыми начали готовить тело к эвакуации. Тут же обнаружили карту, рацию, телефон, куда заносились секретные данные, нашли жетон. Сняли с тела рюкзак, броник, каску и разгрузку с боекомплектом и, соорудив из жердей носилки, понесли друга в эвакопункт. Обо всем было доложено командиру роты.
Так началась служба Хики в другой части и другом подразделении.
Не прошло и двух дней после эвакуации тела друга Бели, как поступило новое боевое задание.
Группе Хики были приданы ещё два бойца – Охотник и Иван. Оба тоже оказались необстрелянными новичками. Но ведь выбирать не приходится. Поступила команда, и она должна быть исполнена.
По заданию Хика должен был довести ребят до наблюдательного пункта и оставить там двух бойцов. Сам же должен был начать выполнение другого задания.
Село Малиновка в ДНР встретила штурмовиков роем дронов. Подходы к селу пролегали сплошь через «открытку», и, чтобы попасть в село, нужно было постараться проскочить эти открытые места быстро, выждав момент отсутствия или удаленности дронов. Задача представлялась трудной с учетом отсутствия опыта вообще у четырех членов группы. Хотя и пытался Хика им внушить необходимость постоянного перемещения, но при подлете дронов-камикадзе необстрелянные бойцы замирали, всматриваясь в подлетающего дрона, как кролик на удава. Поэтому Хике приходилось контролировать не только свое, но и их пространство. Но тем не менее до подвала в здании школы добрались благополучно, без потерь.
Решили двинуться дальше с утра, так как по теми передвигаться было сложнее из-за дронов «Баба-яга», оснащенных тепловизорами.
Утро наступило быстро. Группа двинулась дальше. До точки наблюдательного пункта добрались быстро. Там остались Охотник и Ван, а остальные двинулись обратно. При подходе обратно к селу Малиновка на группу напали сразу несколько дронов. Хика бежал впереди, следом Алтай и Шкет.
Подбегая к крайнему дому, Хика услышал позади звук взрыва. Следом сразу раздался крик Алтая. Прислонившись к стене остатков дома, Хика обернулся и увидел, что за ним следом оба штурмовика продолжают бежать, но из правой руки Алтая хлещет кровь.
— Покажи, покажи руку, – отводя левую руку от раны Алтая, сказал Хика.
— А-а-а, больно, – Алтай кричать перестал, но постоянно тяжело стонал.
Правой ладони Алтая практически не было. Из остатков ладони торчал только мизинец.
— Как так случилось? Это же простой сброс был, – вытаскивая у Алтая жгут и накладывая его выше локтя, говорил Хика. – Такой раны ведь быть не должно. От гранаты — и такая большая рана. Впервые вижу.
Вскоре, пользуясь моментом отсутствия на небе «птичек», Хика отправил Алтая на эвакуацию, а Шкета в качестве сопровождающего.
— Двадцать пятый, ответь Хике. Прием.
— На связи. Прием.
— Я остался один. Один «трехсотый» тяжелый. Один его сопровождает. Прием.
— Жди там. Позже свяжусь. Как понял? Прием.
— Понял. Жду.
Вечером, уже по темноте, поступил приказ откатываться на позиции. В ту же ночь, уже поздно, Хика вернулся на позицию своего подразделения. Отоспавшись и отдохнув, утром предстал перед командиром.
— Прими в группу Смирного, Викинга и Бороду и на лесополке «Стеклянная» организуй наблюдательный пункт. Действуй.
— А как там обстановка по пути?
— По пути во всех лесополках находятся наши закрепы. Пройдете без проблем.
Собрав приданных ему бойцов, Хика поинтересовался опытом каждого из них. Оказалось, что эти бойцы в штурма не ходили, постоянно были на наблюдательных пунктах разведчиками.
В этот же день без проблем добрались до лесополки «Система», где располагались бойцы подразделения части, где раньше служил Хика. В месте зауживания «открытки» и месте сближения лесополок можно было перекрикиваться, чем и воспользовались. На этой лесополке расположились знакомые из шестой роты, которые с охоткой поделились информацией. Перебравшись к ним, наметили место для перехода на лесополку «Стеклянная» и, используя момент отсутствия дронов, вначале Хика с Смирным, затем Викинг и Борода бегом перебежали через открытку.
Но их заметили. Дрон-разведчик все-таки их заметил, и тут же начался артобстрел. Переждав, пока утихнет обстрел, двинулись дальше. Но не прошли и минуты, как подлетели две «Бабы-яги».
Хика сбросил рюкзак и плащ-палатку и, отбежав в сторону, залег за кусты. Маневр с рюкзаком оказался удачным. «Старушки» стали сбрасывать свои заряды именно туда. Но тяжелые заряды, которыми были напичканы эти дроны, достали и на расстоянии.
Хику поразили два мелких осколка в левый бок, а Викингу досталось сильно. На ноге ниже колена перебило осколком сухожилия. Крови почти не было, а после перевязки вовсе остановилась, но нужна была срочная эвакуация.
Задание по оборудованию наблюдательного пункта практически было выполнено. Группа до намеченной точки добралась, и было кого оставить на точке.
Смирный и Борода тут же начали копать себе укрытие – «лисьи норы» и, закинув на дерево удлинитель антенны, уже были готовы к выполнению задания.
Хика выждал момент и, взвалив на себя довольно крупного, ещё и во всей солдатской экипировке Викинга, рванул через открытку. Была «открытка» хотя и небольшая, но из-за «птичек» пересечь было трудно.
Их все-таки заметили, и весь огонь артиллерии и всех дронов хохлы напустили на разведчиков.
Бойцы успели забежать под кроны деревьев, когда подлетели первые сбросники.
— Ты окопайся и лежи. Я их отвлеку, – с этими словами Хика побежал по лесополке в сторону от Викинга.
Весь огонь хохлов стал перемещаться за ним следом. В какой-то момент его потеряли, и это и спасло его – вскоре сбросы прекратились. Хика затаился под деревом и стал выжидать время. Прошло какое-то время, и наступила тишина. Хика осторожно, прячась за густую растительность, вернулся к Викингу, который уже соорудил себе укрытие.
— Ты оставайся тут. Кровь вроде не идет. Сообщу командиру, и тебя заберут. Я к мужикам обратно.
— Понял, Хика. Удачи.
Как ни странно, но следующий переход через ту же «открытку» прошел совершенно благополучно. Его не заметили, и лесополка его встретила непривычной тишиной и покоем. Выждав немного времени и насладившись непривычной тишиной, Хика связался с командиром по рации.
— Двадцать пятый, ответь Хике. Прием.
— На связи.
— Викинг «трехсотый». Оставил на «Системе», нужна эвакуация. На «Стеклянной» всё оборудовали. Какие будут указания? Прием.
— Ты сам проверь, что впереди, и доложишь. Конец связи.
— Понял. Конец связи.
Выждав некоторое время, сняв броник и оставшись только в маскхалате, Хика двинулся по лесополке вперед. Передвигался медленно, с остановками, прислушиваясь ко всему происходящему. Всё было спокойно, даже птицы в лесу не беспокоились. Наученный наблюдать на охоте за всем происходящим, Хика пока ничего опасного не улавливал. Хотя и передвигался медленно, но от наблюдательного пункта незаметно удалился на приличное расстояние.
В один из моментов Хика уловил запах сигарет. А может, показалось? Как насторожившийся зверь вытягивает шею, стараясь уловить запахи, так и Хика, вытягивая шею и приподнимаясь над кустом, стал втягивать воздух, стараясь уловить мелькнувший запах. Совсем небольшой ветерок или даже движение воздуха нанесло четко ощутимый запах дыма сигарет. Некурящий Хика в общем, настоянном на разнотравье воздухе теперь уже четко улавливал этот запах. Сомнений не оставалось – впереди кто-то был. Конечно же впереди были «укропы», а больше и некому.
Движения Хики вовсе замедлились. Ползком, стараясь даже ветку не шевельнуть, штурмовик двинулся вперед.
Хика прополз совсем небольшое расстояние и тут услышал громкий разговор. Не скрываясь и даже голос не понижая во время разговора, два «укропа», вольготно расположившись на верху своей «лисьей норы», о чем-то оживленно беседовали. Кроме них, в этой точке никого больше не было. Расстояние до них было для точного выстрела. Медленно изготовившись, проверив глушитель на автомате, Хика сделал два точных выстрела.
Осмотрев это укрепление, Хика понял, что это вынесенный вперед наблюдательный пункт, а настоящая огневая точка должна быть дальше. К тому же ему это подсказывало то, что он ранее слышал работу крупнокалиберного пулемёта в этом районе. Следовало идти дальше и выяснить всё до конца.
Хика прополз дальше меньше ста метров. В одном месте решил хорошо осмотреться и остановился, притаившись за деревом. Немного приподнявшись, он осторожно выглянул из-за ствола дерева и тут же почувствовал удар по лицу. От неожиданности отпрянув за дерево, Хика стал оглядываться, выискивая нанесшего такой неожиданный удар, и тут же услышал звуки выстрелов. Пули защелкали по стволу дерева, а лицо стало заливать кровью. Вспомнив, как обычно смущают в таких случаях новичков, Хика крикнул:
— Ты что, хлопчик, своих стреляешь?
И тут же в ответ из кустов, расположенных буквально в пяти метрах, услышал что-то в ответ. Хохла, видать, все-таки смутил его возглас, и он вступил с ним в разговор. Хика навскидку – промазать на таком расстоянии было невозможно – сделал сдвоенный выстрел. Из кустов раздался вскрик, переходящий в бульканье, и сразу же с другого места заработал другой автомат.
Началась перестрелка. В один из моментов, когда Хика выглянул из-за дерева, прилетела ещё одна пуля в правое плечо. Резко заболела рука, держать автомат сразу стало тяжело. Следом пришла мысль о предстоящей смерти: «Неужто здесь погибать? Не может быть». Пытаясь отогнать эту поганую мысль, Хика вновь обратился в первый раз к «укропу»:
— Ты охренел, хлопец? Что в своих стреляешь?
И тут же последовал ответ:
— Что говоришь?
Это и надо было штурмовику. Единственный шанс, подаренный ему врагом, Хика не упустил – короткой очередью срезал высунувшегося хохла. Но в этот момент из окопа вылетела граната. Стараясь укрыться от осколков, Хика вновь спрятался за дерево, но это не помогло. Удар в спину под левую лопатку был очень чувствительным. Сразу стало тяжело дышать, и сил совсем не стало. Пытаясь отстреливаться, высовывал автомат из-за ствола дерева и стрелял, лишь бы отстреливаться. Сознание помутилось, реальность стала куда-то уплывать. Поняв, что надо спасаться, иначе исход был один, Хика, с трудом поднявшись, шатаясь побежал в сторону открытки. Выйдя на поле, время от времени падая без сил, направился вдоль лесополки в обратном направлении. Неожиданно перед ним выросли два наших бойца.
— Эй, да ты совсем плох. Давай поможем, – воскликнул один из них.
— Ребята, сам управлюсь. Вы бегите туда. Там «укропов» добить надо. Тут поблизости, – с этими словами Хика махнул в сторону лесополки и, шатаясь, пошагал дальше.
Постояв секунду, глядя на него, эти два бойца побежали дальше.
Пошатываясь и еле держась на ногах, Хика доковылял до наблюдательного пункта, где остались Смирный и Борода. Там связался с командиром.
— Двадцать пятый, Хике ответь. Прием.
— На связи. Прием.
— Я «трехсотый».
— Пока будь там, Хика. Прием.
— Не могу. Я весь вытекаю. Сам дотопаю.
Ответа не последовало.
Впереди была опять эта треклятая «открытка». Когда Хика оказался посреди «открытки», налетели две «бабы-яги». Пытаясь отстреливаться, Хика куда-то стрелял, но результата никакого не было. Из-за слабости и потери крови, глядя на сбросы, он перестал совсем реагировать. Не отскакивал, не убегал и даже перестал пригибаться. Он просто двигался в своем направлении. Его спасло то, что сбросы все оказались мимо. В это время из лесополки начал работать снайпер, который один за другим сбил оба дрона. В общем-то, возможно, это его и спасло.
Перебравшись через лесополку, Хика оказался возле какого-то болота, заросшего камышами. Прохлада воды манила. Израненное и употевшее тело просило прохлады.
Несмотря на плавающие в озере трупы, Хика окунулся в воду. Сразу стал хлебать эту зеленоватую, усеянную трупами, но такую манящую воду. При пролете дронов он нырял, а когда их не было, потихоньку двигался вдоль открытой воды.
Вода и прохлада сделали свое дело. Раны болели уже не так сильно, жажда прошла, и вообще полегчало, так что можно было самому потихоньку двигаться дальше. Выйдя из озера, Хика в этот день сам добрался до эвакопункта, откуда его увезли в госпиталь.
То, что описано здесь, это только малая толика тех подвигов, которые были совершены Хикой в течение специальной военной операции, начиная с февраля 2023 года по сегодняшний день.
С этим легендарным Хикой я познакомился в 2024 году. Он очень настаивал, чтобы я написал очерк про Торнадо и Спауна, установивших российский флаг в селе Константиновка ДНР в день флага Украины. Я потом только узнал, что это один из легендарных бойцов ЧВК «Вагнер», а потом 39-й отдельной гвардейской Краснознаменной мотострелковой бригады, служивший с нашими знаменитыми земляками Тутой, Бурхатом, Монголом и Медведем в одном штурмовом подразделении. А в тот день он про себя скромно промолчал.
Восемь подтвержденных ранений, а каждое подтвержденное ранение – это только справка. А на самом деле может быть одновременно несколько осколочных и пулевых ранений на теле. И ведь издавна известно, что каждое ранение сродни официальным наградам.
Хика имеет несколько правительственных наград, в том числе несколько орденов Мужества и несколько медалей. Каждая из них достойно характеризует Хику как отважного и умелого воина, смелого человека, на которых Родина всегда может рассчитывать в трудную минуту.
Александр Седалищев