Шелководство становится настолько популярно, что в эту сферу приходят из других профессий. Вернувшись из научной карьеры в Сингапуре, биолог из штата Андхра‑Прадеш построила с нуля хозяйство по разведению шелкопряда и за несколько лет превратила эксперимент в устойчивый бизнес с примерно десятью циклами выращивания коконов в год и доходом порядка 1000 долларов в месяц. По её словам, серийные неудачи первых партий — вспышки болезней, нестабильная выживаемость личинок, ошибки в кормлении и микроклимате — удалось переломить именно за счёт научного подхода: строгой гигиены, контроля среды и постепенной оптимизации режимов выращивания, что повысило выход и качество коконов. Для фермеров это главное преимущество шелководства — при грамотной организации оно даёт не сезонный, а регулярный денежный поток с циклами в 25–30 дней, что особенно ценно для сельских семей, привыкших к зависящему от муссонов земледелию.
Новая волна развития отрасли строится на технологиях. Фермы автоматизируют контроль температуры и влажности датчиками и «умными» вентиляторами, обогревателями и увлажнителями, а камеры с алгоритмами компьютерного зрения и машинного обучения позволяют выявлять признаки болезни у личинок с точностью свыше 90–99% и изолировать заражённых особей ещё до массовой вспышки.
Индия при этом сохраняет уникальное положение на мировом рынке. Она остаётся вторым производителем сырого шёлка после Китая и единственной страной, где коммерчески выпускаются все четыре типа натурального шёлка — тутовый, тассар, эри и муга. Причём последний с его золотистым блеском является эндемиком Ассама и Мегхалаи и важным элементом региональной идентичности. Центральный совет по шелководству и профильные НИИ параллельно продвигают генетические исследования. С использованием методов редактирования генома создаются более устойчивые к заболеваниям линии шелкопряда и «климато‑умные» сорта тутовника, способные выдерживать жару и новые штаммы вредителей, что уже позволяет при сокращении числа фермеров увеличивать урожайность коконов с акра.
Финальная стадия цепочки — перемотка коконов в пряжу — тоже стремительно уходит от ремесла к индустрии. Современные перемоточные машины способны выдавать 50–60 кг сырого шёлка в сутки, а переход цехов на солнечную генерацию снижает энергозатраты производства. Однако переработчики предупреждают, что главный ограничитель роста — сырьё, так как часть второго поколения фермеров не хочет оставаться в шелководстве, а их участки слишком фрагментированы для масштабирования, тогда как без стабильного потока коконов простаивают мощности заводов. В Совете по шелководству уверены, что дефицит можно перекрыть за счёт повышения продуктивности и более тесной научной поддержки сельских хозяйств, а будущее отрасли видят не только в ткани, но и в побочных продуктах. Так, на каждый килограмм сырого шёлка приходится около двух килограммов сушёных куколок с более чем 50‑процентным содержанием белка, которые уже находят спрос в кормах для рыбы и птицы, превращая традиционный промысел в многоуровневую биоэкономику.
Категория информационной продукции 16+
Фото — Интермонитор