В бронзовом веке на территории Британии продолжали применять костяные инструменты для добычи и обработки медной руды даже после появления металлургии. Подобная практика сохранялась как минимум восемь столетий и, вероятно, распространялась не только на Британские острова, но и на другие районы Европы.
В 1991 году на севере Уэльса, в районе Грейт-Орм, археологи обнаружили медный рудник бронзового периода. Рядом с ним нашли свыше 30 тысяч костей животных. Более половины находок относились к крупному рогатому скоту, остальная часть — к овцам, козам и свиньям.
Часть костного материала вызвала у исследователей интерес. В 2011 году на отдельных образцах зафиксировали выраженные следы износа, напоминающие повреждения на каменных и металлических инструментах при длительной работе с твердыми породами и рудой. Это привело к предположению, что в бронзовом веке на территории Уэльса кости использовали как рабочие инструменты наряду с каменными и металлическими изделиями.
Группа британских археологов под руководством Ольги Загородной из Британского музея провела анализ 150 костей. Основное внимание уделили микроскопическим следам износа, способным указать на применение в горнодобывающих процессах. Целью работы стала проверка гипотезы, предложенной в 2011 году.
Исследование включало не только анализ находок. Загородная и ее коллеги изготовили копии древних костяных инструментов и испытали их в работе. С их помощью дробили породу, соскабливали материал, перемешивали руду с водой, после чего сравнили следы износа с археологическими образцами.
Эксперимент показал совпадение характера повреждений: современные костяные инструменты изнашивались так же, как и древние образцы. Следы оказались практически идентичными, что подтвердило использование костей в горнодобывающем деле.
Дальнейшие исследования показали, что древние мастера не использовали случайные фрагменты костей. Им придавали определенную форму под конкретные задачи.
Лучше всего подходили длинные кости конечностей. Из них изготавливали клинья для раскалывания относительно мягкой медной руды. Часть изделий дополнительно обрабатывали: заостряли, полировали и крепили к рукояткам. По функциям такие инструменты напоминали металлические кирки, хотя полностью состояли из органического материала.
Ребра животных использовали для соскабливания доломитизированного известняка при вскрытии рудных жил, а также при переработке руды. Их применяли для перемешивания смеси воды и рудного материала, чтобы отделить тяжелые минералы, содержащие медь, от пустой породы.
Отдельную категорию составляли инструменты из лопаток и тазовых костей. Их использовали как совки для сгребания руды. С их помощью перемещали рыхлый материал в шахтах и зонах переработки. По оценкам специалистов, такая практика на руднике Грейт-Орм продолжалась около восьми столетий — с 1700 по 900 год до нашей эры.
Авторы исследования пришли к выводу, что после появления металлургии жители Британии не отказались от костяных инструментов. Они продолжали использовать их вместе с каменными и металлическими орудиями. Кость входила в стандартный набор шахтерского инвентаря, а не выступала его заменой.
Ученые также отметили, что костяные инструменты не создавались заново. Их применение продолжало более раннюю традицию, существовавшую до развития металлургии. Причиной оставалась доступность материала: кости всегда находились под рукой, а изготовление инструментов из них требовало меньше усилий и затрат, чем производство металлических изделий. При износе такие орудия легко заменялись.
Рудник Грейт-Орм не единственное место подобных находок. Костяные инструменты для добычи и обработки медной руды ранее обнаруживали и на других древних шахтах Европы, что указывает на распространенность этой практики за пределами одного региона.