Цискаридзе сказал то, о чём в театральных кругах думают многие, но вслух не произносят. Ректор Академии Вагановой и премьер Большого театра высказался о «фейковых народных артистах» жёстко. Цискаридзе может говорить такие жёсткие вещи, потому что он заработал право на них. Его знают во всём мире не потому, что кто-то выдал ему корочку, а потому что он танцевал так, что залы замирали.
Суть его претензии такая: звание «Народный артист» давно перестало означать то, что должно. Его получают не те, кого любит народ, а те, кто умеет правильно сидеть в нужных кабинетах и плести интриги десятилетиями:
«Они тоже, как и я, народные артисты. Но их не знают даже соседи по подъезду. Вот где трагедия», — сказал Цискаридзе.
Фото: Коллаж Царьград
В прошлом году он оказался в Большом театре на юбилее восьмидесятилетнего деятеля, который десятилетиями держится за своё кресло. Напечатали буклетик на четыре странички, собрали зал. Стоя за кулисами, Цискаридзе поймал себя на мысли: люди в зале понятия не имеют, чей юбилей они отмечают. Ученики юбиляра вышли на сцену и танцевали один хуже другого. Народный артист, а результата никакого. Ни в зале, ни на сцене. Для сравнения он вспомнил юбилей легендарного Асафа Мессерера из своего детства — когда на сцену выходили звёзды огромной страны и масштаб личности был понятен каждому сидящему в зале. «А когда карьера среди крыс… Мне никогда этого не хотелось», — добавил артист.
Звание просто бюрократическая галочка
В советское время «Народный артист СССР» означало абсолютное признание. Папанов, Раневская, Евстигнеев — их цитировала вся страна, их любили до слёз. Звание лишь официально подтверждало то, что и так было очевидно каждому.
Фото: Коллаж Царьград
Сейчас звание нередко превращается в инструмент для надбавки к пенсии, строчки на афише или отдельной гримёрки. На экране появляются люди с высшими государственными наградами — и зритель в недоумении спрашивает: а кто вообще такой и в каком месте он народный? На этом фоне особенно горько вспоминать тех, кого народ носил на руках, но кто ушёл без заветного значка. Владимир Высоцкий — самый очевидный пример. Ему не нужна была бумага с печатью, чтобы быть народным по-настоящему. А тем, кто её получил через связи и выслугу лет — бумага не помогла. Их всё равно никто не знает.
Любовь нельзя назначить приказом. Быть народным артистом — значит откликаться в сердцах людей. Заставлять зал плакать и смеяться. Если этого нет, никакой буклет на четыре странички и никакая корочка с печатью от забвения не спасут. Николай Цискаридзе жалеть фейковых народных артистов не стал. И поделом.