Тут необходимо сделать дисклеймер. Или предупреждение, говоря по-нашенски: в кулинарной рубрике сегодня будут травмирующие сцены. Точнее сказать, вся колонка ведущего кулинара номера Александра Федорова состоит из травмирующей сцены. Но разве это может удержать храбрых читателей «РП» от прочтения? В награду за храбрость в финале будет рецепт, но до него еще дожить надо.
Длинные новогодние каникулы семья моих знакомых Сергея и Марины всегда проводит за городом, на своей даче, которую уместнее назвать домом или даже усадьбой.
Участок для нее предприниматель Сергей «по случаю» купил на Пятницком шоссе еще в начале «нулевых» и за 20 лет не только построил там большой двухэтажный дом с подвалом, гараж на несколько машин и баню с приличным бассейном, но и взял в аренду на 49 лет гектар прилегающего к участку леса с березами и соснами.
У Сергея и Марины сегодня есть кому там гулять: пятеро детей, няня, три собаки и два кота.
В большой семье сложились свои традиции. Одна из них — холодец, который Марина каждый год обязательно готовит на Рождество. Однако в этом году с рождественским холодцом, увы, не задалось. И на то были уважительные причины.
Во-первых, уехал в командировку «генеральный заказчик» холодца — муж Сергей.
Во-вторых, как по команде один за другим сразу после Нового года загрипповали младшие дети: четырехлетняя Маруся, семилетний Миша и десятилетний Федор. Двое старших — Егор и Лиза — были к холодцу уже равнодушны, но делегировать им приготовление фирменного семейного блюда Марина не решилась.
К полосканиям горла и промываниям носов добавилась другая напасть — снег, который не переставая шел с начала января. Каждое утро Марина выглядывала в окно и гадала, что наступит раньше: вернется из командировки Сергей, выйдет на работу водитель Эдик, который уехал на каникулы к родственникам в Кемерово, или прекратится снег?
Снегопад закончился. И наконец пришел водитель. Перед входной дверью уже намело полуметровый сугроб, который Эдик минут десять раскидывал лопатой.
Марина облегченно вздохнула, в очередной раз промыла носы выздоравливающим детям, а потом отправилась на кухню — готовить холодец и заниматься брошенным хозяйством. Муж должен был приехать на следующий день, да и на Эдика можно было положиться.
С водителем Сергею и Марине, как они считали, повезло. Тридцатипятилетний Эдуард аккуратно возил детей в сад и в школу, заботился о семейном автопарке и вообще был мастером на все руки. Самое главное — он немногословный и деликатный. Практически никогда не начинал разговор первым и вообще больше слушал, чем говорил.
Из-за каникул везти Эдуарду в тот день было некого, поэтому по просьбе Марины он занялся уборкой снега, которого в иных местах участка навалило уже по пояс. В хозяйстве был компактный трактор, который летом мог косить траву, а зимой превращался в юркий и производительный снегоуборщик. На нем-то и отправился по снежной целине Эдуард.
Шнеки крутились, вгрызаясь в сугробы и снежные переметы, практически весь световой день. Как дым из печной трубы, из снегоуборщика валил в небо снег, которого, конечно, становилось меньше, но и оставалось немало. Эдик дважды заправлял трактор бензином и работал уже при свете фар. Сугробы постепенно перемещались в лес, на газон и на обочины, но все равно не так быстро, как хотелось бы. Ближе к ночи, кажется, устал не только водитель, но даже трактор, потому что Эдуарду приходилось раз в полчаса останавливаться и глушить мотор, чтобы специальной лопаткой очищать желоб снеговыбрасывателя от льда и мокрого снега.
Эдуард почувствовал, что замерзает. Он уже очистил больше половины дорожек. «Еще полчаса — и остальное завтра», — сказал себе он, но в этот момент снег в очередной раз забил желоб и снова не хотел лететь в нужную сторону.
Эдик решил не глушить мотор и попробовал снова прочистить выброс лопаткой. Но набилось так много, что она не помогла. Тогда он снял с правой руки перчатку и попробовал кулаком протолкнуть слипшийся ком. Мокрый снег никак не хотел падать вниз, и тогда Эдик решил размять эту массу пальцами…
Няня, которая пошла прогуляться с выздоравливающей младшей Марусей по очищенным дорожкам, видела, как Эдик копошится около трактора. Дальше все было как будто во сне: нечеловеческий крик Эдика заставил ее вздрогнуть и броситься к нему. Она поняла, в чем дело, и повернула ключ в замке зажигания.
Двигатель заглох.
Шнеки остановились.
Эдик продолжал кричать.
Схватив в охапку Марусю, няня бросилась в дом.
— Там Эдик в лесу рукой в снегоуборщик попал, — выпалила она Марине, которая на кухне только-только поставила на плиту кастрюлю с промытыми кусками мяса для холодца.
Марина сделала одновременно три действия: выключила плиту, начала надевать валенки и куртку и громко закричала в сторону второго этажа старшему сыну:
— Егор, спускайся скорее, там с Эдиком беда, давай бегом к нему!
…Полузакрыв глаза, Эдик стоял на коленях у ковша снегоуборщика и стонал. Кисть его правой руки скрывалась в недрах металлического желоба снеговыбрасывателя, а на снегу внизу уже расплывалось пятно крови.
— Руку достать можешь? Я повязку наложу, — обратилась к водителю Марина. Она держала наготове перевязочный пакет из аптечки.
— Нет, — простонал Эдик. — Зажало все. Руку. Пальцы…
Егор вызвал скорую и спасателей. Чем еще помочь Эдику до их приезда, Марина и сын не знали.
Фельдшер с ярко-оранжевым чемоданчиком приехал первым, минут через пятнадцать. Он подошел к Эдику и задал тот же самый вопрос:
— Руку достать можешь?
Эдуард отрицательно помотал головой.
Фельдшер вздохнул:
— И я руку достать не могу. Не моя это работа. Да и нечем: у меня в чемодане только ножницы с тупыми концами есть. Спасатели нужны, у них инструменты.
По телефону 112 ответили, что спасатели выехали, но, так как вызовов из-за непогоды очень много, приедут не раньше чем через час.
— Да вы с ума сошли! — закричала в трубку Марина. — Какая непогода? Тут человек кровью истечет, если вы сейчас не приедете!..
В ожидании инструментов фельдшер теми самыми ножницами с тупыми концами разрезал рукав куртки и свитера и добрался до плеча Эдика. Сделал укол болеутоляющего.
— Ты держись, — успокаивал он Эдуарда. — Сейчас руку освободят, мы ее перевяжем, а потом в Химкинскую больницу отвезем, там сегодня у меня знакомый врач дежурит…
Спасатели приехали через полчаса. Принесли бензорез — устройство типа бензопилы, только с диском для резки металла вместо цепи. Чтобы освободить руку Эдика, им понадобилось не больше пяти минут.
Зажмурившись, Марина посмотрела на то, что еще недавно было кистью правой руки Эдика. От вида кровавого месива из кожи и костей ей стало нехорошо.
Фельдшер начал накладывать жгут и повязку, а Марина вспомнила про Сашу — мужа своей подруги, который работал хирургом в большой столичной клинике. К телефону подруга подошла сразу, а муж оказался рядом.
— Не наша история, Марин, — выслушав сбивчивый рассказ, ответил врач. — Я занимаюсь гнойной хирургией. Лечением гнойных заболеваний тканей и суставов, если коротко. А вам нужен кистевой специалист. Везите вашего водителя в больницу в Свиблово, я адрес скину, этим там занимаются. А если отправите его по скорой в районную — ночью никто разбираться не будет, отрежут просто руку.
Выслушав просьбу отвезти пострадавшего в больницу в Москву, фельдшер отказался наотрез.
— Нет, мы областная скорая. В Москву не возим. Не предусмотрено протоколом. Могу в Химки. Пишите отказ от госпитализации, и я поеду дальше.
Было решено, что Эдика повезут в московскую больницу старшие дети — 25-летний Егор и 22-летняя Лиза. По пустой дороге навигатор показывал 35 минут.
Напоследок фельдшер сделал какие-то манипуляции с рукой, которая в наложенной повязке увеличилась раза в три, замотал ее в фольгу и уехал.
Егор сел за руль отцовского внедорожника, Лиза и Эдик расположились сзади.
Лиза позвонила уже через 15 минут.
— Мам, снова кровь пошла. Повязка набухает. Эдик говорит, что фельдшер перед отъездом снял жгут и забрал его с собой.
— Вот ведь будь он неладен! Надо новый жгут наложить, — вспомнила Марина. — В багажнике есть аптечка со жгутом, но времени искать нет. Надо перетянуть руку чуть выше локтя. Придумаешь что-нибудь?..
И Лиза придумала. Она вытащила толстый шнурок из капюшона своего худи, а для надежности перемотала еще зарядным кабелем от «айфона». Кровь остановилась.
— Вот вы молодцы, что поехали сюда, — похвалила всех пожилая медсестра в приемном отделении. — Знаете, какие у нас доктора уникальные работают? Вот, например, Сухинин. Помните, случай был, когда девушке муж ревнивый обе руки отрубил топором? Так вот Тимофей Юрьевич ей одну кисть пришил и спас, хотя она полдня в сугробе пролежала. Рука, в смысле. Все будет хорошо.
Эдик отправил Егора и Лизу домой. Ему сделали перевязку, снимки, вкололи еще один укол. На то, что было вчера его рукой, он старался в это время не смотреть.
— Придется подождать, дежурный доктор занят на операции, — объявила Эдику через полчаса другая, молодая медсестра. Она зашла в палату, наверное, прямо из операционной, в зеленом хирургическом костюме и с маской на лице. — Не беспокойтесь, ничего с вашей рукой в течение суток не случится, мы ее зафиксировали.
В семь утра пришел молодой врач с внимательными, похожими на две маслины карими глазами.
— Меня зовут Армик Александрович, — представился он. — Буду вас лечить. Но есть один момент… Анестезиолог, с которым я планировал делать операцию, еще занят. Там сложный случай, уже пять часов работает бригада. И неизвестно, когда закончит.
Эдику такое начало не очень понравилось.
— А мой случай несложный? Надо снова подождать? Руку ведь зафиксировали? — с вызовом спросил он врача.
— Ваш случай непростой, — терпеливо начал объяснять хирург. — Работа займет несколько часов. Может, три, а может, пять. А может, больше. И другого анестезиолога, который сможет делать вам общий наркоз, у меня сейчас нет. И есть два варианта. Первый — ждать анестезиолога до вечера… или до завтра. Когда будет уже поздно. А второй — оперировать прямо сейчас, но под местным наркозом. Тогда мы успеваем все сделать вовремя.
Прочитав сомнение в глазах Эдика, доктор успокоил:
— Ничего не почувствуете, обещаю. Можете просто отвернуться и смотреть в сторону. Или слушать музыку…
Эдик согласился на местный наркоз.
В отличие от обычных хирургов, которые стоят, кистевые делают свою работу сидя.
На руке Эдика было семь повреждений. Из пяти пальцев относительно цел остался один. Пострадали кости и сосуды.
Сначала Армик Александрович соединял кости. Потом восстанавливал сухожилия. Дальше начался сосудистый этап, микрохирургический. Восстановил отток крови — вены, потом приток, соединил артерии. В самом конце восстанавливал нервы.
Армик Александрович просидел около Эдика восемь часов сорок минут.
Закончив, он сказал, что вчера Эдику повезло с погодой: было чуть ниже нуля — неплохие условия для сохранения тканей.
После всего, что было Армиком Александровичем сшито и скреплено, в кисти остались две спицы. Их пообещали убрать в течение месяца, но для этого надо будет сделать еще две небольшие операции.
Марина во вторник доварила холодец и отправила большой лоток в больницу.
А выписали Эдика в пятницу.
Пальцы он чувствует и уже может немного ими шевелить.
Ну а коллаген, которого так много в холодце, — настоящий кладезь полезностей. Для кожи, хрящей, сухожилий и костей.
Это Эдику сейчас очень важно.
Рецепт
Холодец из свинины и курицы
Лучше разделить процесс приготовления на два дня. В первый — вымочить свиную голяшку и ножку (оставить на ночь в воде), а утром приступить к варке.
Вам понадобятся:
• ножка свиная с копытом — 1 шт.;
• рулька свиная — 1 шт.;
• куриные окорочка — 2 шт.;
• морковь — 1 шт.;
• чеснок — 5–7 зубчиков;
• репчатый лук — 1 большая луковица;
• черный, душистый перец, лавровый лист, соль — по вкусу;
• корень петрушки — 1 шт.;
• вода — 2 л.
Приготовление
Разрубить на пару частей, промыть и очистить свиную ножку, промыть и очистить рульку. Вымочить не менее 6 часов в холодной воде (менять 1–2 раза), очистить складки кожи.
Варить в большой кастрюле на сильном огне с курицей, снять всю пену.
Варить далее на медленном огне не менее 2,5 часа.
Добавить корень петрушки, луковицу, морковь, перец. Посолить по вкусу.
Варить еще 1 час на медленном огне под крышкой, не допускать выкипания, не добавлять воду.
Добавить в конце чеснок.
Вынуть шумовкой мясо и морковь, бульон процедить.
Отделить мясо от костей, нарезать, разложить равномерно по лоткам. Можно добавить вареную морковь и варенные вкрутую яйца.
Залить лотки еще горячим бульоном, дать остыть, убрать в холодильник до застывания.
Подавать с горчицей, хреном.