Почему в России не хватает работников и растет неполная занятость. Об этом пишет «Московский Комсомолец».
Российский рынок труда, похоже, вступил в период серьезной турбулентности. Властные структуры утверждают, что экономика испытывает острый дефицит кадров, не хватает тех специалистов и этих… А независимые эксперты бьют тревогу: начиная с весны нынешнего года в стране резко растет скрытая безработица. Что это такое, россияне знают не понаслышке — вынужденные отпуска, перевод персонала на неполный рабочий день и неделю. Соответственно, с сокращением зарплаты. Так что же на самом деле происходит на рынке труда: жесткий недостаток кадров или их явный переизбыток, который «некуда девать»? За ответом «МК» обратился к специалисту — профессору Финансового университета при Правительстве РФ, доктору экономических наук Александру Сафонову.
Увольнять, не увольняя
За последние несколько недель глава Центробанка Эльвира Набиуллина несколько раз публично повторила тезис о том, что дефицит кадров в настоящее время — одна из главных экономических проблем страны. Причем, по ее словам, Россия впервые в современной истории столкнулась с нехваткой рабочей силы. И это не временный перекос, а устойчивая реальность. Подобную мысль высказывал и глава Минэкономразвития Максим Решетников.
А вот независимые эксперты рисуют совсем иную картину. По их данным, не всегда официальным, все больше работодателей переводят своих сотрудников в режим неполной занятости — «в силу объективных экономических обстоятельств». Что это за объективные обстоятельства, ни для кого не секрет: торможение экономики, усиление налоговой нагрузки, падение платежеспособного спроса, неподъемные проценты по кредитам...
Как же уживаются на одном рынке труда эти противоречивые обстоятельства: провозглашаемый с высоких трибун дефицит кадров и их явный переизбыток, заставляющий работодателей массово переводить своих сотрудников на неполную занятость? Об этом спрашиваем профессора Сафонова.
— В экономике любой страны всегда есть дефицит кадров, — отвечает наш собеседник. — Так устроен рынок труда. И в России сегодня, как вчера, год и десять лет назад, одновременно существуют и дефицит кадров в одних отраслях, и рост скрытой безработицы в других. Это противоречивое явление объясняется структурным дисбалансом на рынке труда и актуальными экономическими тенденциями. По оценкам Минтруда, экономике уже сейчас не хватает около 1,5 млн работников, а к концу десятилетия это число может увеличиться до 2 млн. Ключевая причина — демографический спад 1990-х годов, из-за которого численность трудоспособного населения оказалась ниже необходимого рынку труда уровня. Плюс есть проблема, связанная с перераспределением рабочей силы. Например, отток кадров из отдельных отраслей с невыгодными условиями труда в сферы, где платят больше. Эта тенденция уже не первый год актуальна, прежде всего для бюджетных отраслей.
— Ну а какое место в этом ряду проблем занимает скрытая безработица?
— Это не менее важная задача, которую надо решать, что называется, здесь и сейчас. У нас на фоне низкой официальной безработицы (по данным Росстата, около 2,1–2,2%) растет скрытая безработица — это когда работники формально трудоустроены, но их занятость сокращена или неэффективна. Что проявляется в работе неполный рабочий день или неполную неделю (по данным на конец 2025 года, доля таких работников достигала 14,4%); в простоях (число работников в простое в 2025 году выросло до самого высокого за постпандемийный период уровня). А еще есть административные отпуска за свой счет. Если мы сравним оценку нехватки рабочей силы в 1,5 млн и 2,5 миллиона неэффективно используемой рабочей силы, то получим 1 миллион тех, кому нужна работа на полный день.
— Что же делать при таких разнонаправленных показателях безработицы?
— К сожалению, у нас часто для оценки рынка труда используют стандартные макроэкономические формулы: низкая безработица — это «перегрев» рынка труда. Но еще в начале 90-х годов наш рынок труда выработал уникальные механизмы: увольнять, не увольняя. Это когда работник фактически не работает, но и не числится безработным. Поэтому нельзя, оперируя только данными о безработице, заявлять о дефиците кадров.
— А на что еще тогда следует обратить внимание?
— Важный аспект нашего рынка труда — это огромный ежегодный оборот рабочей силы, когда работники из-за неблагоприятных или неконкурентных условий труда увольняются, а потом снова трудоустраиваются. Таких у нас в среднем по году 10 миллионов человек. А теперь представьте на минуту, что работодатели стали внимательнее и бережнее относиться к сотрудникам. Мы получим сокращение увольнений и периодов нахождения человека в поиске работы. И это, по грубым расчетам, даст нам прибавку еще в 1 миллион работников.
Резюмируя, можно сказать, что у нас проблема не в физическом количестве людей, а в неэффективном использовании трудовых ресурсов. У нас упорно сохраняется старая трудозатратная модель, когда имеем много работников, платим им небольшую зарплату, реагируем на рост спроса через увеличение интенсивности труда и найм мигрантов.
Требуется 60 тысяч роботов
— А нужна ли сегодня в принципе дополнительная рабочая сила, если российская экономика находится в стадии торможения и многие предрекают ей минимальный рост ВВП в 2026 году?
— Рабочая сила нужна всегда. Мы же не можем перестать учить, лечить, заниматься наукой, печь хлеб, словом, заниматься всеми теми видами деятельности, которые обеспечивают существование общества. Но в целом физического количества работников нам достаточно — и с точки зрения текущего снижения темпов экономического роста, и с точки зрения будущего увеличения этого роста. Правда в ряде отраслей (здравоохранение, образование, силовые структуры) людей не хватает физически. Но основная причина этого — отток кадров из-за уровня заработной платы и высокой нагрузки.
— А в целом по стране в каких отраслях ощущается нехватка рабочей силы?
— В промышленности не хватает рабочих с профильной подготовкой: токарей, наладчиков, операторов станков с ЧПУ, электросварщиков, механиков робототехники. Выпуск специалистов среднего звена не покрывает спрос. В строительстве требуется больше монтажников, сварщиков, отделочников, особенно в регионах. В медицине не хватает врачей, среднего медперсонала и сотрудников лабораторий, особенно в небольших городах. Логистика и складское хозяйство увеличивают потребность в водителях, курьерах, кладовщиках и специалистах по управлению потоками. В IT-сфере сохраняется спрос на высококвалифицированных специалистов в области ИИ, машинного обучения, кибербезопасности. В этих отраслях компании сталкиваются с тем, что откликов на вакансии недостаточно, а закрытие позиций затягивается.
— Некоторые экономисты винят в сложившейся ситуации зумеров, молодое поколение до 30 лет, мол, они не вливаются дружно в рабочие ряды, как их отцы и деды. Зумеров почти 15 миллионов, как эту проблему решать?
— Зумеры такие же люди, как и представители других поколений. Они не хотят работать за низкую заработную плату. Им подавай нормальную занятость с хорошими и безопасными условиями труда, с достойной заработной платой, уважением к их личным интересам. Но если разобраться, то что здесь плохого? Кто этого не хочет? И естественно, зумеры идут работать в те отрасли, где зарплата позволяет решать важные бытовые и житейские проблемы: иметь жилье, машину, отправиться в отпуск, растить детей, не считая каждую копейку. Решение этой проблемы вполне очевидно — достойный труд с достойной оплатой.
— Как вы относитесь к шестидневной рабочей неделе по 12 часов в день? Такое предложение высказывают некоторые видные бизнесмены и политики...
— Это старая история. Если вспомнить, то еще в 2011 году такую идею продвигал олигарх Михаил Прохоров. Мотив, правда, был несколько иной: мол, таким образом мы даем людям зарабатывать больше. Обращает на себя внимание сам подход: мы не думаем о повышении производительности труда и росте зарплаты, мы думаем об увеличении продолжительности рабочего времени. В такой логике нет места инвестициям в развитие, есть попытка усилить эксплуатацию одного лишь ресурса — рабочей силы.
— Что касается сегодняшнего дня, то зачем увеличивать продолжительность работы, если организации используют сокращенный рабочий период и не могут обеспечить всех работой на полном графике? Где логика?
— Бизнесу надо думать о другом. Мы застоялись в области применения средств автоматизации и роботизации. Это тот путь, который снимает многие вопросы и по производительности труда, и по качеству продукции, и по потребности в физических штатных единицах. Суверенность экономики — это прежде всего эффективное использование ресурсов, повышение качества рабочей силы, сохранение здоровья работников.
— Безработица на уровне 2% — это хорошо или плохо для экономики? Может, наоборот, нужна конкуренция за вакансии?
— Конкуренция за вакансии в нашем случае — это возможность для собственников не думать о вложениях в основной капитал. По данным Росстата, процент обновления основных фондов у нас составляет всего 4% в год. То есть купленное сегодня оборудование обновится только через 25 лет! Но в современном мире 25 лет — это очень и очень долго. В Китае в 2024 году было установлено 295 тыс. новых роботов — это 54% от всех мировых установок, а всего в Поднебесной их более 2 млн единиц: крупнейший парк в мире! В Японии около 450,5 тыс. единиц, а в 2024 году установлено 44,5 тыс. роботов. В России нет четкого статистического показателя, но по разным оценкам эта цифра колеблется от 14 до 20 тысяч единиц. Вот здесь нам физически не хватает как минимум 50–60 тысяч роботов.
— Могут ли изменения на рынке труда подтолкнуть нашу экономику к более значимому росту? И если да — то какие именно?
— Для того чтобы экономика пошла в рост, в первую очередь нужно обеспечить людям достойную заработную плату. Рост внутреннего потребительского спроса — это важнейший фактор, если только у компаний нет альтернативного способа каким-то чудесным образом расширить экспорт продукции за рубеж в больших объемах. Второе условие — доступность кредитных ресурсов. Они в нашей стране очень дорогие, что подрывает саму мысль о каких-то инвестициях в новые технологии. Государство только через бюджетные деньги не сможет заместить ни первый, ни второй фактор.
Присоединяйтесь! Будьте солидарны, корпоративны! Союз юридических лиц «Республиканская Конфедерация Предпринимательства» всегда открыт для новых предложений активных предпринимателей!
Почта Республиканской Конфедерации Предпринимательства: office@rce.by
Дирекция Республиканской Конфедерации Предпринимательства: +375 17 322 23 18+375 17 322 23 59
Телефон горячей линии Республиканской Конфедерации Предпринимательства:+375 29 399 97 75