Мэр Уфы просидел в СИЗО меньше недели
С момента громкого задержания мэра Уфы Ратмира Мавлиева прошло 8 дней: первые два он провел в изоляторе временного содержания, еще 6 дней — по решению Советского районного суда Уфы — в СИЗО. Сегодня Верховный суд Башкортостана освободил Мавлиева из-под стражи, но все же ограничил его передвижения домашним арестом. Что интересно, ВС РБ еще и скостил срок меры пресечения почти на две недели: если в СИЗО его отправляли до 11 июля, то сегодня ВС Башкортостана сообщил, что под домашним арестом Мавлиев будет до 28 июня.
«С учетом обстоятельств дела, данных о личности обвиняемого и наличия у него малолетних детей суд апелляционной инстанции не нашел оснований для применения самой строгой меры пресечения в виде заключения под стражу, — так аргументировали в суде решение об освобождении Мавлиева из изолятора. — В связи с этим суд пришел к выводу, что цели органов предварительного следствия могут быть достигнуты избранием более мягкой меры пресечения в виде домашнего ареста».
Когда следствие просило арестовать Мавлиева, то аргументировало это тем, что у него большие связи в политике, а в последние годы он часто бывал за границей, а значит, может скрыться. Также, как только началось расследование, мэр уничтожал следы, давил на свидетелей, а участок санатория пытался вернуть в муниципальную собственность, заявлял представитель следкома. Видимо, эти доводы не убедили Верховный суд РБ.
Стоит отметить, что между арестом и рассмотрением жалобы защиты Мавлиева прошло буквально три рабочих дня. Для Башкортостана это нормальная практика: адвокат Мавлиева Марат Самойлов в беседе с корреспондентом «БИЗНЕС Online» по вопросу скорости рассмотрения жалобы лишь сообщил, что это «порядок делопроизводства». «Лишь одна тяжесть предъявленного обвинения не может служить основанием для избрания меры пресечения в виде СИЗО», — так объяснил он причину, по которой его клиента выпустили под домашний арест.
При этом сам Мавлиев не унывает: по словам защитника, мэр Уфы «держится хорошо и чувствует поддержку от уфимцев».
В чем обвинили Мавлиева и как он отрицал вину
Мавлиева задержали в начале прошлой недели в Уфе по подозрению в ряде коррупционных преступлений. В уголовном деле три эпизода, каждый из которых относится к разным периодам.
Первый эпизод. По версии органов предварительного следствия, он якобы незаконно отчуждал части земельного участка и гаража, входящих в территорию санатория «Радуга», в результате чего государству и обществу причинен существенный ущерб на сумму более 13 млн рублей. При этом действовал Мавлиев, как считает следствие, через посредника, коим мог быть, по версии правоохранительных органов, один из крупнейших застройщиков Уфы — он якобы обратился к руководству ГК «Прайм Девелопмент», чтобы те приобрели участок, а он бы взамен им предоставил свое покровительство.
25 ноября 2025 года группа компаний участок приобрела, а после право собственности перешло Мавлиеву. Таким образом, считает следком, мэр получил взятку в особо крупном размере в виде оказания ему незаконных услуг и фиктивного приобретения участка санатория.
Второй эпизод. По версии СКР, Мавлиев организовал сбор денежных средств от рекламных агентств, выигравших торги на право заключения договоров на размещение рекламных конструкций в Уфе, в фонд социального, культурного и экономического развития на общую сумму более 30 млн рублей. Затем якобы по его указанию за счет средств, пожертвованных рекламными агентствами, было организовано приобретение в собственность муниципального образования автомобиля Lexus стоимостью более 21 млн рублей.
Третий эпизод. 8 марта 2024 года Мавлиев якобы получил взятку в 10 млн рублей от бенефициара группы компаний «Первый трест» Ильдара Гарипова «за общее покровительство и действия в пользу взяткодателя и его юрлица». Стоит отметить, что этой весной в Ленинский суд Уфы поступило дело, в котором фигурирует эта фирма, где еще одного бенефициара Рифата Гарипова заподозрили в мошенничестве в особо крупном размере. Сам Гарипов находится в международном розыске.
Мавлиев свою вину в преступлениях не признает, а его адвокат и вовсе называл уголовное преследование мэра «местью» со стороны «недобросовестных застройщиков» за принципиальную позицию Мавлиева по «отстаиванию интересов города». «Я и моя команда в сентябре прошлого года обратились в суд [c заявлением] о возврате земель, которые украла компания, в собственность города. Это 30 гектаров. Компания нанесла этим ущерб бюджету и жителям Уфы в размере 21 миллиарда рублей. Тем самым я не мог покровительствовать этой компании», — говорил сам Мавлиев в суде.
Участок на территории санатория, который Мавлиев, по версии следствия, получил как взятку, на него не оформлен, продолжал он защищаться. К слову, на этом участке расположен гараж. И он до сих пор оформлен на ГК «Прайм Девелопмент». «А где же тогда логика? Я получил гараж взяткой, но оформлен он на „Прайм“, а мы к тому же подали иски к ним. Полное противоречие!» — не сдавался он. ГК «Прайм», по его словам, совершала неравноценные обмены земель, меняя 1 га частной земли на 10 га муниципальной.
Взяли слово и адвокаты: «Все, что касается автомобиля Lexus… Судебная практика показывает, что всегда чиновники оформляли такое имущество на себя или родственников. А тут Lexus оформлен на муниципалитет. Неужели это нарушение?»
Радий Хабиров: «До принятия решений судом главой города является Ратмир Рафаилович»
Накануне ситуацию с уголовным делом Мавлиева впервые прокомментировал глава Башкортостана Радий Хабиров. Руководитель региона положительно оценил итоги работы градоначальника и отметил, что при нем город «расцвел».
«Ратмир Рафаилович очень много сделал для развития Уфы, в годы его работы действительно Уфа расцветала. Хорошая была работа. К сожалению, возбуждено уголовное дело, будем смотреть все в установленном порядке. Сейчас важно, чтобы все службы работали в обычном режиме. Вы знаете мою позицию, до принятия процессуальных решений судом главой города является Ратмир Рафаилович», — заявил глава республики.
Кроме того, сегодня в сети появился пресс-релиз от имени ГК «Первый трест», которая фигурирует в одном из эпизодов дела Мавлиева. ГК через пресс-релиз дала понять, что ни к каким действиям, описанным в уголовном деле, не причастна.
«Деятельность ГК „Первый трест“ осуществляется в строгом соответствии с действующим законодательством Российской Федерации. От имени компании ни действующие, ни бывшие сотрудники не совершали никаких действий, которые можно было бы трактовать как нарушение законов Российской Федерации. Попытки представить успехи компании на рынке следствием какого-либо общего покровительства со стороны действующей администрации города Уфы и якобы передачи за это денежных средств являются действиями, направленными на введение органов следствия в заблуждение», — цитируют местные СМИ пресс-службу компании. В официальном заявлении также говорится, что у ГК сейчас 12 проектов общей площадью 400 тыс. кв. м и порядка 10 тыс. дольщиков, которых группа компаний заверяет, что все обязательства выполняются в полном объеме.
От ГК «Прайм Девелопмент», также фигурирующей в обвинении, подобных заявлений не было.
«Мы делаем вывод, что идет какая-то большая игра»
«БИЗНЕС Online» поинтересовался у экспертов, чем может быть обусловлено такое стремительное освобождение мэра Уфы из-под стражи после довольно громкого ареста и есть ли в этом какой-то сигнал, скрытый смысл?
Андрей Потылицын —политтехнолог:
— В каких случаях людей выпускают под домашний арест? Во-первых, когда завершены следственные действия, когда само следствие заявляет о том, что ему не нужно больше держать человека под арестом, так как он уже не может повлиять на следствие, не может оказать давление на свидетелей, не может убежать из страны. Этот сценарий мы рассматривать не будем, потому что прошло, можно сказать, три дня. Следствие точно не закончено, а состояние Мавлиева никак не изменилось начиная с 28-го числа. Если он мог повлиять на свидетелей, то может сделать это и сейчас.
Второй случай, когда происходит подобное кардинальное изменение меры пресечения — это включение в игру каких-то могущественных сил, которые противостоят всему этому. Такой вариант я рассматриваю как более вероятный. Мы делаем вывод, что идет какая-то большая игра, где задействованы достаточно могущественные силы, которые находятся по разные стороны баррикад. Одна сторона может организовать подобное тому, что случилось 28 апреля, а вторая — то, что случилось сегодня.
В первом случае суд счел доводы следствия достаточными и существенными для того, чтобы заключить Мавлиева под стражу. Во втором случае выяснилось, что доводы и свидетельские показания оказались недостаточными.
Это то, что мы видим на поверхности. Надо немного подождать. Еще с самого начала были ощущения, что [одна из сторон] погорячилась. Когда мы услышали заявление объединенной пресс-службы судов Республики Башкортостан, где были перечислены все обвинения, появилась такая мысль, потому что пресс-служба судов на ранней стадии расследования обычно таких комментариев не дает.
Сегодня «Первый трест», по сути, заявил, что не давал взяток. При этом один из учредителей находится в федеральном розыске. Это тоже вызывает ряд вопросов.
Дмитрий Журавлев — гендиректор Института региональных проблем:
— Возможно, в ходе расследования выяснилось, что его роль здесь была небольшой. Но, конечно, слишком быстро для того, чтобы это выяснить. Поэтому, я думаю, они просто посмотрели и решили пока Бангладеш не расчесывать. Раз его задержали, значит, основания были. Чиновников такого уровня совсем без оснований не задерживают. Вероятно, основания пока недостаточны для постоянного содержания его в СИЗО, а он, наверное, дал какие-нибудь важные показания. Если сейчас все спустят на тормозах, то это плохая работа.
Хабиров тоже высказывался, мог сыграть роль. Но я думаю, что, когда принимали решение об аресте, примерно знали, кто какую позицию займет. В любом случае эта позиция будет играть свою роль. Следователи не могут не задумываться о последствиях собственных действий. В их кабинетах в таком случае долго не продержишься.