К этой дате в Белгородском государственном историко-краеведческом музее подготовили мини-выставку «Конструктор планеров» (12+) о Борисе Шереметеве, имя которого по праву занимает почётное место среди основателей авиационной науки. До 18 мая посетители смогут увидеть посвящённые ему архивные документы, личные вещи, фотоматериалы и печатные издания из фонда музея. А пока на ней побывала «Белгородская правда».
Подражая птицам
Ещё в давние времена люди заметили, что птицы летают не только взмахивая крыльями, но и паря в небе. Они плавно скользят на распластанных крыльях, и спускаясь вниз, и взмывая вверх, без затраты мускульной силы, используя для этого энергию восходящих потоков воздуха или ветра.
«Планер – это летательный аппарат, подражающий таким парящим птицам, – объясняет в своей книге 1959 года «Планеры» Борис Шереметев. – У него также есть широко распростёртые неподвижные крылья, а все остальные части имеют хорошо обтекаемую воздухом форму, напоминающую формы птицы. Историческое значение планера заключается в том, что в нём были заложены основные принципы конструкции самолёта. Первые самолёты были планерами, на которых устанавливался мотор. Главным отличием планера от самолёта является отсутствие на планере двигателя. Кроме того, конструкция планера проще и легче».
Расцвела авиация в XX веке, но очевидные предпосылки к её развитию можно наблюдать уже в XIX.
«Особое место в истории мировой авиации занимает имя Александра Можайского, – рассказывает куратор выставки, старший научный сотрудник музея Наталья Яицкая. – Российский морской офицер, изобретатель-самоучка, он был одним из первых, кто предпринял попытку создать летательный аппарат тяжелее воздуха, способный к самостоятельному полёту».
По её сорвам, в 1880-х годах он построил воздухолетательный снаряд, ставший важной вехой на пути к покорению неба и предвосхитивший многие инженерные решения, которые позже нашли применение в авиастроении
Друзья воздушного флота
С 1910-х в России начинает развиваться планерный спорт. В Москве, Киеве, Петербурге, Тифлисе и других крупных городах появляются центры планеризма.
«Планеры изготавливали на авиационных заводах в Петербурге и Москве, и русские планеристы к концу 1910-х годов были в числе передовых планеристов мира, – подчёркивает Наталья Ивановна. – А в 1920 году в стране открылись авиационные учебные заведения и начались испытания нового, уже советского планера».
В 1923 году по инициативе Владимира Ленина создали Общество друзей воздушного флота (ОДВФ), которое положило начало развитию массового авиационного спорта. Активисты поставили своими задачами распространять знания об авиации, приобщать население к овладению самолётом, планером и парашютом, создать в каждой школе авиамодельный кружок, на каждом предприятии кружок планеристов и в каждом промышленном центре аэроклуб.
Отделение ОДВФ открылось и в Белгороде. В 1927 году приемником этой организации стало Общество содействия авиации и химической обороне.
В конце 1923-го на собрании уездного отделения местные любители авиации поставили перед собой цель построить свой планер «Белгородец». Руководил работами Борис Шереметев.
Родился будущий конструктор в Брест-Литовске (сейчас белорусский город Брест). В 1910 году, будучи авиационным механиком и помощником лётчика Льва Мациевича, он решил самостоятельно конструировать летательные аппараты и окончил Харьковский технологический институт.
В 1916-м Шереметев переехал в Белгород, куда до этого уже перебрались его родители. Здесь он работал учителем в школе, а потом перешёл на работу в Общество содействия авиации и химической обороне, которое находилось в здании бывшего мужского Свято-Троицкого монастыря (сейчас там возводят Белый квартал).
Через некоторое время городские власти предоставили кружку планеристов помещение в бывшей аптеке на углу перекрёстка Гражданского проспекта и улицы Николая Трубецкого. Там кружковцы и построили первый планер конструкции Шереметева «Белгородец».
В 1927 году он поучаствовал с ним во Всесоюзном планерном слёте в Коктебеле. Там летательный аппарат показал себя с лучшей стороны: отлично слушался управления, легко поднимался в воздух и плавно снижался.
Лётные качества планера высоко оценил присутствовавший на соревнованиях Александр Яковлев – выдающийся советский авиаконструктор, основатель опытно-конструкторского бюро (ОКБ) имени Яковлева. Он прославился созданием истребителей серии «Як» (Як-1, Як-7, Як-9, Як-3), которые стали основой советской истребительной авиации в годы Великой Отечественной войны.
Всего построили более 40 тысяч таких машин – около двух третей всех советских истребителей того периода.
После войны под его руководством разработали первый советский реактивный истребитель Як-15, всепогодный перехватчик Як-25, сверхзвуковой разведчик Як-27Р и первый в СССР серийный самолёт вертикального взлёта и посадки Як-38. Всего ОКБ Яковлева создало свыше 200 типов летательных аппаратов.
«Лавры пилота не для него»
Яковлев пригласил Шереметева на работу в Москву, в столичное Общество содействия авиации и химической обороне. Вскоре Бориса Николаевича назначили старшим конструктором на планерный завод. За 7 лет работы он спроектировал 13 типов планеров и самолётов, некоторые из которых строились серийно.
В апреле 1940 года Шереметева командировали с группой главного конструктора Олега Антонова в Ленинград, где он также строил планеры и самолёты. В первые дни Великой Отечественной войны Борис Николаевич перешёл на работу в конструкторское бюро при Военно-воздушной академии.
После эвакуации в Волжск создавал там десантные планеры, чтобы бойцы могли бесшумно прибывать в назначенное место. Позднее в составе конструкторского бюро Олега Антонова участвовал в создании самолёта Ан-2.
Интересно, что, в отличие от многих других конструкторов, Шереметев не был пилотом. Олег Антонов в своей книге «На крыльях из дерева и полотна» вспоминает, как тот однажды испытал собственный планер:
«…У нас хватает ума натянуть шнур для первого раза слегка, так, чтобы получился только самый крохотный воздушный прыжок. Планёр отделяется от земли.
Борис Николаевич делает несколько поспешных движений ручкой от себя и на себя и заканчивает десятиметровый полёт классическим «тыком» лыжей в землю. Отстегнув дрожащими руками удержавший его на сиденье пояс, он медленно поднимается с сиденья и, согнувшись в три погибели, делает несколько неуверенных шажков вперёд. Поза и весь его вид настолько уморительны, что мы, вместо того чтобы подбежать и помочь ему прийти в себя, падаем и катаемся по земле, задыхаясь от приступа неудержимого, головокружительного смеха. Счастье, что эксперимент кончился благополучно, но с тех пор Борис Николаевич окончательно решил, что лавры пилота не для него».
Всего Шереметев проектировал планеры более 40 лет. Благодаря ему вкус неба почувствовали многие тысячи спортсменов, которые ставили мировые и всесоюзные рекорды.
Умер Борис Николаевич в 1978 году, но его идеи продолжили жить в конструкторском бюро Антонова.
Уже в преклонные годы авиаконструктор передал в дар белгородскому краеведческому музею личные предметы и документы. Среди них напечатанная в 1959 году московским издательством ДОСААФ книга «Планеры» с подписью «…от автора – старого белгородца».
«Это не просто техническое издание, а настоящий мост между мечтой о полёте и её воплощением, – отмечает Наталья Яицкая. – Книга стала проводником в мир безмоторной авиации для тысяч читателей».
Анна Емельянова