Определение Верховного Суда РФ от 20.01.2026 по делу № 21-КГ25-8-К5 разъясняет порядок защиты права собственности и снятия ареста с имущества, наложенного в рамках уголовного судопроизводства. Оно имеет практическое значение для органов местного самоуправления, собственников и добросовестных приобретателей.
Суть дела
МКУ «Департамент городского имущества и земельных отношений местной администрации городского округа Нальчик» (далее- МКУ) обратилось в суд с иском к М. и Х. о признании недействительными договоров купли-продажи земельного участка, а также о признании права муниципальной собственности на спорный участок, аннулировании записи в ЕГРН и истребовании имущества из чужого незаконного владения. Истец утверждал, что земельный участок выбыл из владения муниципального образования помимо его воли в результате противоправных действий третьих лиц и, следовательно, подлежит возврату в муниципальную собственность.
Ответчики подали встречный иск к МКУ и администрации г. Нальчик о признании права собственности М. на земельный участок, а также о снятии ареста, наложенного на участок. Они заявляли, что М. является добросовестным приобретателем, права которого были зарегистрированы в ЕГРН, и основания для ограничения его владения отсутствуют.
Решением Нальчикского городского суда Кабардино-Балкарской Республики от 1 августа 2024 г. исковые требования муниципалитета были удовлетворены полностью, встречный иск ответчиков оставлен без удовлетворения. Удовлетворяя требования МКУ, суд первой инстанции исходил из того, что земельный участок выбыл из владения органа местного самоуправления помимо его воли, в результате противоправных действий третьих лиц, в связи с чем подлежит изъятию из чужого незаконного владения.
Апелляционная судебная коллегия Верховного Суда Кабардино-Балкарской Республики от 27 марта 2025 г., оставленная без изменения кассационной инстанцией Пятого кассационного суда общей юрисдикции 30 июля 2025 г., отменила решение суда первой инстанции, отказала в удовлетворении иска муниципального органа и удовлетворила встречный иск о признании права собственности и снятии ареста с участка. Суд указал, что не установлен фактический владелец земельного участка, не учтено бездействие публично-правового образования по принятию своевременных мер по оспариванию правоустанавливающих документов ответчика и его правопредшественников, права ответчика на спорный земельный участок и принятие им мер по регистрации своих прав на недвижимое имущество.
В кассационной жалобе муниципальный орган оспаривал законность и обоснованность решений апелляционной и кассационной инстанций, требуя оставления в силе решения суда первой инстанции.
Позиция ВС РФ
Судебная коллегия по гражданским делам ВС РФ отметила, что апелляционное определение и постановление кассационного суда приняты с нарушением норм материального и процессуального права. Верховный Суд подчеркнул, что в соответствии с п. 1 ст. 209 ГК РФ собственнику принадлежат права владения, пользования и распоряжения своим имуществом. В соответствии со ст. 301 ГК РФ собственник вправе истребовать своё имущество из чужого незаконного владения, а согласно разъяснениям, изложенным в п. 32 постановления Пленума Верховного Суда РФ и Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ от 29 апреля 2010 г. № 10/22, при применении ст. 301 ГК РФ следует учитывать, что собственник вправе истребовать имущество независимо от возражений лица, у которого оно фактически находится, включая добросовестного приобретателя.
Суд подчеркнул, что добросовестное приобретение в смысле ст. 302 ГК РФ возможно только в случаях, когда имущество приобретено не у собственника, а у лица, которое не имело права отчуждать имущество, и при этом имущество утеряно собственником или выбыло из владения помимо его воли. Последствием сделки с нарушением прав собственности является не двусторонняя реституция, а возврат имущества из незаконного владения (виндикация). Юридически значимыми обстоятельствами по делу являются обстоятельства утраты собственником владения спорным
имуществом или лицом, которому собственник передал владение этим
имуществом (по их воле или помимо их воли).
ВС РФ указал, что апелляционный суд неверно сосредоточился на установлении фактического владельца земельного участка, не установив юридически значимые обстоятельства: факт утраты муниципальным образованием владения земельным участком помимо его воли в результате противоправных действий третьих лиц, что подтверждено вступившим в законную силу приговором суда. Также указал, что проведение правовой экспертизы документов, осуществляется на основании документов, предоставляемых заявителем, а не сотрудниками Росреестра.
При удовлетворении требований М. о снятии ареста апелляционный суд не учёл, что арест наложен постановлением Нальчикского городского суда Кабардино-Балкарской Республики от 16 декабря 2021 г. в рамках уголовного дела. Согласно ст. 115 УПК РФ, арест имущества является мерой процессуального принуждения и может быть снят только органом, в производстве которого находится уголовное дело, когда отпадает необходимость в применении меры или истёк срок ареста. Апелляционный суд не учёл этих положений, что является существенным нарушением материального права.
ВС РФ сделал вывод, что апелляционное определение и постановление кассационной инстанции приняты с существенными нарушениями норм материального и процессуального права, которые повлияли на исход дела и без устранения которых невозможно восстановление нарушенных прав. В связи с этим Судебная коллегия постановила отменить акты апелляционной и кассационной инстанций и направить дело на новое рассмотрение в суд апелляционной инстанции.
Мнение эксперта
Определение Верховного Суда РФ от 20.01.2026 по делу № 21-КГ25-8-К5 имеет высокую практическую значимость, поскольку формализует подход к защите права собственности в условиях смешения гражданских и уголовных правоотношений. Во-первых, решение закрепляет, что органы местного самоуправления вправе обращаться в суд для защиты своих имущественных прав, в том числе при нарушении порядка распоряжения земельными участками. Во-вторых, Верховный Суд уточнил, что добросовестное приобретение имущества третьим лицом не освобождает его от обязанности вернуть имущество собственнику, если оно выбыло из владения незаконно, что крайне важно для предотвращения злоупотреблений при сделках с недвижимым имуществом.
Кроме того, определение демонстрирует правильное разграничение полномочий уголовного и гражданского судопроизводства: меры обеспечительного характера, наложенные в рамках уголовного дела, не могут быть отменены судами гражданской юрисдикции, что снижает риск нарушения законности и предотвращает неправомерные снятия ареста. Для практикующих юристов это решение служит ориентиром при формировании мотивированных доводов по искам о виндикации, а также при оценке законности действий органов местного самоуправления и добросовестных приобретателей.
"Определение Верховного Суда РФ повышает правовую определённость и способствует единообразию судебной практики, снижая риск споров и ошибок в оценке обстоятельств утраты владения собственником и законности сделок. Оно помогает судам корректно определять юридически значимые обстоятельства, а также обоснованно мотивировать отказ или удовлетворение требований, связанных с истребованием имущества и снятием ареста", - отметила Лиана Камалиева, член Союза юристов-блогеров на базе МГЮА им. О. Е. Кутафина при поддержке Ассоциации юристов России, кандидат юридических наук, доцент.
Источник: LegalBulletin.online
Фото: Шедеврум