Ковылкинский райсуд приговорил 48-летнего отца-одиночку Алексея Алямкина и 41-летнего сотрудника охранной организации Вадима Лунченкова к 9,5 года строгого режима (каждого!). Третий подельник, 42-летний специалист по производству пластиковых окон Сергей Шнякин, получил сразу 10 «строгих» лет. Эта троица «наркоплантаторов» была признана виновной в «незаконном культивировании растений, содержащих наркотические средства», а также — в «покушении на незаконный сбыт наркотических растений, в крупном размере, группой лиц по предварительному сговору». Приятели превратили в наркоплантацию заброшенный приусадебный участок в ковылкинском селе Унуевский Майдан. Туда они приезжали по очереди, чтобы ухаживать, поливать и удобрять, как сказано в материалах дела, «тем самым повышая урожайность и устойчивость к неблагоприятным метеорологическим условиям». «В результате культивирования» осужденные вырастили не менее 82 растений. Переработанное «зелье» хранили в Саранске — в гараже на ул. Пушкина. Сотрудники УФСБ и УНК МВД по РМ обнаружили у «наркоаграриев» целых 10 килограммов марихуаны! Подробности — в материале Валерия Ярцева.
Трое вышли в путь…
Алексей Алямкин, Сергей Шнякин и Вадим Лунченков до поры до времени являлись неразлучными жителями Саранска. Они были знакомы с детства — жили в одном районе, посещали одну школу и после получения аттестатов связь друг с другом не потеряли.
Лунченков трудился в группе быстрого реагирования охранной организации и содержал собственную автомастерскую. Алямкин и Шнякин работали в фирме по изготовлению пластиковых окон. При этом первый в одиночку, как выяснилось, воспитывал двоих детей и характеризовался исключительно положительно. Ранее он работал в администрации одного из районов республики, но затем пошел по наклонной. По данным правоохранителей, Алямкин и Шнякин имели за плечами судимости за «незаконное хранение запрещенных веществ». Вместе с Лунченковым они частенько употребляли «травку» для расслабления, но устали тратиться на разовые дозы и однажды решили выращивать коноплю в фантастических масштабах. Для этих целей Лунченков предложил использовать приусадебный участок дома, оставшегося в наследство от бабушки в селе Унуевский Майдан Ковылкинского района. Товарищи вскопали и засеяли территорию. За конспирацию не беспокоились. Вокруг «плантации» находились заброшенные соседские участки — никто из посторонних туда не заглядывал. Рядом обретался всего-то один сосед, да и тот дачник. При этом «труженики полей» старались соблюдать меры конспирации, растение сажали небольшими участками, которые находились в окружении бурьяна. А канистры с водой для полива прятали в высокой траве. «Огородники» разделили обязанности и по очереди ездили в село, как на вахту, — поливать, полоть, удобрять, собирать и перерабатывать «сырье» в марихуану.
Кстати, «аграрии» хорошо изучили «технологии». Растения давали урожай постепенно. За лето наркофермеры собирали его несколько раз. В планах была реализация «зелья». Цех по переработке оборудовали в гараже Лунченкова — на саранской улице Пушкина. Вскоре об этом стало известно представителям УФСБ. В конце сентября они нагрянули туда вместе с оперативниками из УНК МВД. Правоохранители сняли на видео задержание хозяина гаража и его подельника. «Откуда у вас марихуана?» — прозвучал вопрос. «Нарвал на поле в Ковылкинском районе!» — ответил Лунченков. «Выращивали сами?» — «Нет! Это дичка! Могу показать! У меня ее совсем немного, чисто покурить… в пакетике… Не сбывал никому!» На следующих кадрах предстал его товарищ Шнякин. «Откуда у вас наркотики?» — задал вопрос правоохранитель. «Здесь угостился! Сам взял…» «Зелье» было спрятано в специально оборудованном тайнике. Затем правоохранители обыскали дом в Ковылкинском районе. Там также велась оперативная съемка. На кадрах видны кусты конопли, подвешенные в сенях на деревянные балки. На кухонном столе в бумажных буклетах лежит готовое к употреблению «зелье». «Что это такое? Поясните!» — «Растительный мусор», — неуверенно ответил Лунченков. «Зачем обманываете? Это курительная смесь, приготовленная из марихуаны. Пройдемте в сарай, посмотрим, что у вас там!» В полутемном помещении кусты конопли были подвешены к потолку, словно березовые веники. «Это что?» — задал вопрос оперативник. «Конопля», — еле слышно произнес задержанный. «Где сорвали?» — «В огороде!» — «Ее вырастили вы?» — «Да! Поливал, ухаживал, срывал листочки…» Затем правоохранители осмотрели наркоплантацию. Было обнаружено около 100 кустов конопли. А в специально оборудованном тайнике в гараже обнаружены свертки и пакеты с марихуаной общей массой 487,9 грамма, а также 5,5 килограмма растительного сырья для переработки. А еще стражи порядка нашли пакетики с разовыми дозами «зелья». Общая масса запрещенного вещества в высушенном виде превысила 10,5 килограмма! На время предварительного следствия «земледельцев» арестовали.
Посеяли и пожали
В ходе судебного процесса все трое «наркоплантаторов» признали вину частично. Мол, действительно, культивировали, ухаживали, удобряли самыми разными видами удобрений для повышения урожайности, поливали… И да, высушивали, перевозили, расфасовывали… Но исключительно, граждане судьи, для личного потребления. А никакого покушения на незаконный сбыт не было! Все только для себя… Почему, ваша честь, вы говорите, что вот в таких огромных, прямо-таки промышленных масштабах?.. Ну так это чтобы просто каждому из нас троих хватило от души… Однако служители Фемиды признали такие доводы несостоятельными, так как они оказались опровергнуты исследованными доказательствами. В итоге 48-летнего отца-одиночку из Саранска Алексея Алямкина и 41-летнего сотрудника охранной организации из Рузаевки Вадима Лунченкова приговорили к 9,5 года строгого режима каждого. Третий подельник, 42-летний специалист по производству пластиковых окон Сергей Шнякин из столицы Мордовии, получил 10 «строгих» лет. Загорелые мужчины были признаны виновными по двум статьям: «Незаконное культивирование растений, содержащих наркотические вещества» и «Покушение на незаконный сбыт наркотических средств… группой лиц по предварительному сговору… в крупном размере», за что грозило, между прочим, до 15 лет неволи. Но были взяты во внимание различные смягчающие обстоятельства.