Неаполь! Совсем мало людей, которые ничего не слышали об этом городе. Слышат люди о нем в основном хорошее. Когда звезды напевают о том, что «все хотят быть итальянцами», в качестве обобщенного образа имеется в виду не спортсмен горнолыжник из Селларонды, скорее всего, итальянец, которым все хотят быть — это посетитель бара на берегу Неаполитанского залива.
Нам тоже хотелось приобщиться к празднику, первая попытка была лет тридцать назад. Тогда, мы вышли из здания вокзала, прошли метров сто, ну может двести, после чего, Ириша, еще не отвыкшая от строгих советских нравов, несмело спросила, нравится ли мне это все, а я категорически ответил нет. Мы сели на поезд и уехали в Помпеи, где нам очень понравилось. В окружении окаменевших покойников, мы наконец почувствовали себя комфортно.
В этом году мы решили, что самое время нам вернуться и посмотреть Великий Неаполь. Что смотреть мы хорошо понимали, благодаря множеству интересных и информативных рассказов на Туристере и ничуть не сомневались, что город безусловно интересный.
Но достопримечательности — это не все, ведь еще хочется духа, тех величайших из великих, которые жили в этом городе и любили его. Знаете, сидит молодая Софи Лорен в простеньком, легком платьице за столиком уличной кафешки. Крупный план — бисеринки пота, как маленькие жемчужинки, сверкают на большой, загорелой груди, дальний план -неторопливо, чуть вальяжно к столику идет Карузо, снимает шляпу и как запоет.
Шиш тебе Миша. Таксист просит червонец, поверх счетчика, при этом обсуждает с коллегой на армянском, в основном матом, до чего жлобский пошел турист. На красный свет почему-то не останавливается, хотя в Ереване, откуда мы прилетели, люди водят автомобили достаточно дисциплинировано.
Подъехать к гостинице он не сумел, что не удивительно. Она повернулась к лесу передом, а к клиентам задом. Окна номера выходили внутрь роскошной Галереи Умберто Первого, а входить нужно было через достаточно мрачную подворотню, в затрапезный подъезд, дальше нужно было бросить десять центов в жадную машинку, установленную в древнеримском лифте и подняться на третий этаж.
Войдя в гостиницу, мы впервые столкнулись с важным неаполитанским принципом — внутри помещения очень чисто и ухожено, а прямо за дверями начинается предзонник, ни заключенные, ни охрана его убирать не хотят. Этот принцип распространяется на большинство мест, которые мы в Неаполе посетили: музеи, рестораны, соборы…
Гостиница — Матильда, где мы остановились, оказалась роскошной — просторно, удобно, великолепные завтраки и даже как, ни удивительно не шумно. Первый раз в жизни наши окна выходили не на улицу, а во внутреннюю галерею огромного магазина.
Первая мысль была про то, что наконец довелось пожить в ГУМе, но Ириша, посмотрев в окно нашла образ получше. Увидев название магазина напротив, она провозгласила «Ночь с Зарой» — это отсылка к любимому фильму «Завтрак с Тиффани». Если кто не смотрит древние фильмы, там фантастически красивая, но еще бедная Одри Хепбёрн тренируется жить в окружении роскоши. Утром покупает кофе в бумажном стаканчике и замученный круасан, но ест свой жалобный завтрак в самом роскошном ювелирном магазине.
Расположение гостиницы было тоже чрезвычайно удобным, наша подворотня выходила на пешеходную улицу Толедо, которую можно условно принять за ствол дерева, тогда ветки этого дерева — боковые улицы, которые ведут к главным достопримечательностям города.
По идее именно в кафе на Толедо и должна была сидеть Софи Лорен, но ее там не было. Была большая, двигающаяся в обе стороны, толпа людей, настолько большая, что, если кто-то пытался остановиться, возникала пробка. Люди видимо были местные и гуляли, так сказать, себя показать, на других посмотреть. Они вели себя как местные и даже говорили на итальянском, но на итальянцев, в моем понимании, похожи не были. Хотя, где я видел «настоящих» итальянцев? Правильнее сказать, что люди, гуляющие по улице Толедо, не были похожи на знакомые мне портреты и автопортреты, а похожи они были на турок, но говорили точно не на турецком. Гуляющие много ели и бросали упаковки от еды прямо под ноги.
Периодически, сквозь толпу пробивалась группа относительно молодых мужчин, видимо это были христиане, или они сами себя так идентифицировали. Молодые люди Били в барабаны, Дудели в трубы и Кричали, Требуя денег на церковные нужды. Бог им в помощь. Если отойти от улицы Толедо в любую сторону на десять метров, все гуляющие исчезали, шум радостных встреч доносился издалека, было загадочно, правда немного страшно, ведь свои бойцовские качества я уже во многом утратил.
Мы спустились до конца Толедо, это у нас получилось метров пятьдесят и попали на главную площадь Неаполя, которая называется площадь Плебисцита. Площадь Плебисцита была полной противоположностью улицы Толедо, она было очень просторна, а людей на ней практически не было. Почему все неаполитанцы гуляют на узкой улице Толедо и никогда не ходят на широкую площадь Плебисцита, я так и не понял, но их право на выбор признаю.
Площадь Плебисцита архитектурно и идеологически чрезвычайно насыщена. В Италии принято решать важнейшие вопросы в жизни страны всеобщим голосованием. Плебисциты в Италии случаются относительно часто, даже в этом году один уже был, но площадь названа в честь самого главного, когда в 1860 году Неаполь, Тоскана, Сицилия и чуть позже Рим вошли единое Королевство Италии. Самое старое и значительное здание на площади — это безусловно королевский дворец. В нишах перед зданием дворца стоят памятники лучшим людям королевства — особо запомнившимся народу правителям.
Напротив дворца стоит базилика Сан-Франческо-ди-Паола. Здание безусловно интересное и красивое, но немножко странное. Я когда-то занимался изобретательством, там предполагается, что ничего абсолютно нового придумать нельзя, поэтому в «шапке» изобретения сначала приводится ссылка на «прототип», а потом пишется «основное отличие от прототипа». Так вот ди-Паола отличается от собора Св. Петра в Риме (прототипа) тем, что в середину воткнули римский Пантеон (основное отличие).
Часть города в районе Площади Плебисцита, прибрежного парка и Нового замка выглядит не так чтобы чисто, но прилично. Здесь прекрасный вид на Неаполитанский Залив, деревья, фонтаны, старинные дворцы. Это не Рим, но это прилично. Место называется Санта Лючия, видимо именно здесь итальянские граждане, насмотревшись на свое голубое море, написали песни, нашедшие популярность во всем мире.
Сказать, что я с детства мечтал побывать в Санта Лючии, будет неправдой, я ведь даже не знал, что это географическая точка, но наверно не так много людей в мире столь раз слушали песню Санта Лючия в исполнение Робертино Лоретти сколько я. Я слушал пока диск не кончался, т. е. совсем не кончался, его уже больше нельзя было слушать (с патефоном этот процесс занимал не так много времени) и очень просил купить новый.
Каким образом полупрозрачный итальянский мальчик забрел в наш холодный Союз, я не знаю, но его волшебный голос и нежная музыка песен, которые он исполнял, были каким-то инопланетным зовом. Я понимал, что Робертино жестоко эксплуатируют капиталисты и готов был бороться за его освобождение, но это было вторично. Как-то мы с раннего детства научились разделять то, что мы должны понимать и что мы хотим делать. Интересная штука путешествия — едешь в далекую страну, а попадаешь в свое детство.
Из парка пошли в порт и купили там билет до Капри. На Капри мы не собирались, но почему бы не съездить, если так близко, может мы потому и не собирались, что не знали где Капри. В порту увидел старый наверно древнеримский пирс, метров на пять выше современной отметки. В очередной раз удивился, почему это никому не интересно, может это вообще самое главное. Уровень воды упал? Какой? Мирового Океана? Нет конечно, так не бывает. Значит берег поднялся. На пять метров всего за пару тысяч лет? У нас неверное представление о динамике движения поверхности Земли? Мы ведь должны как-то с этим разобраться, от этого во многом зависит жизнь человечества, уж как-то это поважнее будет выхлопов самолетов.
От порта поднялись к Кастель-Нуово. Часто слово «новый» входит в название всего самого старого, так и здесь. Кастель-Нуово совсем старенький замок, тринадцатый век. Мне очень понравился, выглядит могуче, как и полагается настоящему боевому замку.
Замок был открыт, но внутрь мы не пошли. Приближалась ночь, а ночью нужно есть, иначе станешь хмурым и нервным. Первый же ресторан, в который мы вошли, произвел очень положительное впечатление. Помните я упоминал выше радикальные отличия внутренних помещений от улиц. В ресторане было очень чисто и Пахло, не воняло дешевым перегоревшим маслом, а нежно пахло едой, которую готовил умелый повар. Обоняние не подвело, день закончили на очень высоком творческом уровне, хорошей едой и качественным старым вином.
Первый, хоть и не полной день в Неаполе, можно оценить положительно. Понятно, что город непростой, но если научиться им пользоваться можно хорошо провести время.