23 апреля в Театре Армии прошел пресс-показ монументальной постановки «Идиота» Ф.М. Достоевского в версии режиссера Павла Сафонова. Этот зарекомендовавший себя мастер драматического искусства, который ставил малые и крупные театральные формы, например, в Театре Вахтангова – «Чайку», «Самоубийц», «Старика и море», оправдал ожидания. Теперь традиции театра Римаса Туминаса с его «духовным зрением» с подачи Сафонова пришли в Театр Армии.
Трудно представить себе постановку, более соответствующую замыслу Фёдора Михайловича Достоевского, которая бы так наглядно показала образы героев и идеи, заложенные автором. Духовный взгляд на искушение человека, смену вех в обществе, уход со сцены дворянского сословия получился ярким и весьма очерченным.
Создатели спектакля обозначили его как «внутреннее, духовное путешествие героя (князя Мышкина – прим. ред.)». Что же, пожалуй, так.
В центре повествования – Настасья Филипповна Барашкова, дворянская девушка-сирота, развращенная опекуном и ставшая его наложницей. Исполнительница этой роли Екатерина Шарыкина показывает съедающее героиню чувство вины, которое её гордыня приписывает исключительно собственному выбору. Она – женщина-искушение, роковая красавица, которая сотрясает души всего общества. Никто не может пройти мимо неё стороной и не осудить как порочную.
Режиссер отказывается от развития одной из любимых тем Достоевского – защиты детства, и тезисно отмечает контекст «нравственного падения» девушки. На сцене лишь звучит, что она не виновата в том, что с ней сделал опекун. Но эта мысль заглушается тем, что в итоге получилось от злодеяния графа – не сумевшая вырваться из греха душа становится сама его рассадником и движется к самоубийству.
Спектакль сконцентрирован на основной теме произведения – разговоре о преодолении грехопадения, который общество от собственной греховности всячески старается обратить в инструмент расправы над жертвой. В этом хоре лишь один сострадательный голос – и подает его худенький, больной и слабенький человек.
«Ах, кабы добра! Всё было бы спасено!» – пожалуй, на эту мысль, вложенную в голову князя Мышкина, ставится основной акцент спектакля. Образ, созданный Артемием Серёгиным, позволяет прочувствовать трагизм ситуации – имеющий от природы «духовное зрение» князь слишком слаб душой, чтобы помочь любимой женщине. Он понимает свой порок – и оттого становится горше.
В конце концов Лев Николаевич растаптывает душу невесты – Аглаи и получает нервный срыв. Выходит, Мышкин не лучше своего соперника – чтобы уберечь человека от самоубийства, он губит свою любовь?
Максим Чиков блестяще воплотил Рогожина. Гордыня купчишки перевешивала даже его страсть. Для Рогожина Настасья Филипповна казалась легкой жертвой по цене 100 тысяч рублей – но собственное тщеславие, двусмысленное положение и понимание разделяющей их пропасти не дало ему насладиться победой. Жертва забрала у мучителя жизнь.
Почти во всех сценах режиссёр не оставляет героев в одиночестве, передавая ощущение единого социума действующих лиц. Столь разные образы выступают ансамблем, исполняющим реквием по потерявшему духовную основу русскому дворянству.
«Идиот» был уроком обществу, которому не стало сил противиться злу, которое потеряло иммунитет против грехопадения. А ведь единственное оружие против этого – молитва, путь в церковь.
Художественное оформление «Идиота» осуществил Максим Обрезков. Как и режиссер, он сделал всё, чтобы взгляд зрителя обрел духовный фокус, а в конце обрел надежду на то, что русская дворянская культура жива и молитва продолжается.