За последние десять лет Саудовская Аравия инвестировала в мировой спорт более $51 млрд, превратившись из экзотического спонсора в одного из главных драйверов роста индустрии. Однако весной 2026 года государственная программа диверсификации экономики и преодоления нефтяной зависимости Vision 2030 была радикально скорректирована. Королевство берет курс на рыночную рентабельность, сместив фокус с внешней экспансии на развитие внутренних экосистем. Forbes Sport рассказывает, почему задержки зарплаты Криштиану Роналду стали декларацией новой финансовой дисциплины и как приватизация «Аль-Хиляля» создала прецедент для масштабного прихода частного капитала в арабский футбол
Историческая «Скважина №7» и $100 млн на гольф-лигу ежемесячно
В 1933 году король Саудовской Аравии Абдул-Азиз, доведенный до отчаяния из-за падения цен на жемчуг и сокращения паломничества — главных источников наполнения государственной казны — решился на радикальный шаг. Монарх подписал историческое соглашение с американской компанией Standard Oil of California, передав ей исключительное право на разведку и добычу нефти на 60 лет. Цена сделки по сегодняшним меркам кажется ничтожной — £35 000 золотом (эквивалент нынешних £2,5 млн).
На протяжении пяти лет специалисты компании CASOC (будущей Aramco) безуспешно прочесывали пустыню, вгрызаясь в каменистую почву Даммама. Шесть пробуренных скважин оказались сухими, американцы уже хотели свернуть проект, но главный геолог Макс Стайнеке настоял на последней попытке. В марте 1938 года на глубине 1440 м скважина №7, получившая имя «Скважина процветания», наконец оправдала риск, выдав мощный фонтан нефти и навсегда изменив будущее страны. Источник непрерывно работал 44 года — за все время скважина выдала около 32 млн баррелей нефти.
В 1980-х Саудовская Аравия не только вернула контроль над своими ресурсами, досрочно выкупив долю у американцев, но и превратила Saudi Aramco в самую прибыльную компанию планеты. Сегодня владеющий 16% мировых запасов нефти Эр-Рияд только на счетах своего Суверенного фонда (PIF) накопил $930 млрд, и к 2030 году планирует увеличить этот показатель до $2,67 трлн.
К этой цели арабское государство движется с 2016 года в рамках амбициозной программы Vision 2030 — манифеста экономической трансформации, призванного избавить королевство от нефтяной зависимости. План, идейным вдохновителем которого выступил наследный принц Мухаммед бен Салман, фактически пересмотрел общественный договор: государство превратилось из распределителя ренты в глобального инвестора, а одним из ключевых драйверов несырьевого ВВП стали глобальные вложения в спорт.
Сначала PIF осуществлял разовые, но громкие имиджевые акции: в 2018-м был подписан десятилетний контракт стоимостью $1 млрд с рестлинг-промоушеном WWE, еще через год Саудовская Аравия приняла ралли «Дакар» и провела первый большой боксерский бой — реванш Энтони Джошуа и Энди Руиса. В начале нынешнего десятилетия после долгих переговоров и одобрения со стороны британских контролирующих органов PIF приобрел за $400 млн клуб английской Премьер-лиги «Ньюкасл Юнайтед». Также в Джидде прошел первый Гран-при Саудовской Аравии королевских автогонок «Формула-1».
Высокие амбиции шейхов подтвердил запуск в 2021 году проекта LIV Golf с бюджетом более $2 млрд, призванного бросить вызов американскому монополисту PGA Tour. Тактика использовалась прямолинейная — звездных игроков завалили деньгами. Легенды калибра Фила Микельсона и Дастина Джонсона получали за переход в новую лигу огромные бонусы. По данным The Athletic, сегодня лига тратит порядка $100 млн в месяц, исходя из чего генеральный директор LIV Golf Скотт О'Нил заявил, что лиге потребуется от пяти до десяти лет, чтобы начать получать прибыль.
За последние десять лет PIF вложил в спорт $51 млрд
Параллельно Эр-Рияд начал строить цифровую империю. В 2022 году через дочернюю компанию Savvy Games Group фонд анонсировал инвестиционную программу в киберспорт на невероятные $37,8 млрд. Сделка по покупке крупнейших турнирных операторов ESL и FACEIT за $1,5 млрд в одночасье сделала Саудовскую Аравию главным игроком в индустрии гейминга.
Еще один разрыв пласта в спортивном ландшафте PIF осуществил после прошедшего в соседнем Катаре чемпионата мира по футболу 2022 года, взяв под контроль 75% акций «Большой четверки» местной футбольной Суперлиги — клубов «Аль-Наср», «Аль-Хиляль», «Аль-Иттихад» и «Аль-Ахли». Это стало сигналом к началу беспрецедентной в истории футбола закупочной кампании. Подписание Криштиану Роналду, за которым последовали Неймар и Карим Бензема, превратило локальный чемпионат в глобальное медиашоу. С 2021 года только на приобретение игроков без учета гигантских зарплат — один только Криштиану зарабатывает свыше $200 млн в год — было потрачено $3,3 млрд.
Кульминацией этой экспансии стало получение статуса единственного претендента на проведение чемпионата мира по футболу 2034 года. По сути, право принять турнир стало финальным трофеем в этой многолетней гонке вооружений. По самым консервативным оценкам, за последние десять лет совокупные инвестиции Королевства в спорт превысили отметку в $51 млрд, что сопоставимо с ВВП небольшого государства.
Однако в начале 2026 года PIF четко продемонстрировал, что роль щедрого мецената является не константой, а лишь временной стратегией захода на рынок. Саудовская Аравия никогда не планировала вечно субсидировать мировые спортивные институты — она инвестировала в них, чтобы в определенный момент заставить систему работать на себя. Предвестником больших перемен в подходе фонда к финансированию спортивных проектов стал февральский демарш Роналду. Звездный португалец возмутился задержками зарплаты в «Аль-Насре» и отсутствием денег на трансферы и устроил бойкот.
В ответ саудовская Про-лига ответила жестким заявлением, подчеркнув, что «ни один человек, каким бы значимым он ни был, не определяет решения за пределами своего клуба». В итоге Криштиану сменил риторику и вернулся на поле, а уже весной стало понятно — это был не технический сбой, а декларация новой политики арабского государства. PIF официально утвердил пересмотренную стратегию на 2026–2030 годы, которая зафиксировала жесткий переход от модели внешней экспансии к внутренней устойчивости и рентабельности.
«Мы решили, что доля внутренних инвестиций должна составлять 80%, а международных вложений — 20%», — заявил управляющий PIF Ясир Аль-Румайян в интервью саудовскому телеканалу Al Arabiya Business.
Пятилетний план объединяет отрасли в шесть так называемых экосистем, которым фонд будет уделять приоритетное внимание. Это туризм, путешествия и развлечения; городское развитие и качество жизни; передовое производство и инновации; промышленность и логистика; чистая энергия, водоснабжение и инфраструктура возобновляемых источников энергии; и города будущего NEOM.
Продажа «Аль-Хиляля», сокращение инвестиций в LIV Golf
Яркой иллюстрацией новой парадигмы стала приватизация самого титулованного клуба Саудовской Аравии «Аль-Хиляля», 70% акций которого за $261 млн выкупила компания Kingdom Holding. Это классический маневр инвестора, который выводит актив из-под государственного баланса, фиксируя его рыночную оценку. Принц Аль-Валид ибн Талал, которому принадлежит Kingdom Holding, купил не просто футбольную команду, а бизнес-модель, которая отныне должна генерировать доход. Государство больше не намерено в одиночку нести бремя раздутых зарплатных ведомостей — оно передает операционные обязательства частному бизнесу, сохраняя за собой лишь стратегический контроль и роль архитектора индустрии, отмечает Bloomberg.
«Очевидно, что следующий шаг развития саудовской Премьер-лиги — это приватизация, — утверждал еще прошлым летом ведущий подкаста Finance of Football и один из самых авторитетных футбольных аналитиков мира Киран Магуайр. — Переходя от государственных расходов к частной собственности, королевство стремится профессионализировать свою внутреннюю лигу, чтобы она могла конкурировать с другими топ-дивизионами мира. PIF уже произвел значительные инвестиции в инфраструктуру и составы команд для привлечения интереса. Правда, есть большие сомнения, что клубы станут самодостаточными и смогут получать прибыль».
В конце прошлого года три небольших клуба — «Аль-Холуд», «Аль-Зульфи» и «Аль-Ансар» — уже были проданы частным компаниям, а теперь приватизация дошла до клуба «Большой четверки». Ожидается, что следующим в списке станет «Аль-Наср», чьи капитализация и медийность взлетели до небес благодаря Роналду.
Этот внутренний аудит неизбежно рикошетит и по глобальным амбициям Королевства. Самым уязвимым звеном в новой системе координат оказался LIV Golf. Перед проектом, траты на который к началу 2027 года достигнут отметки $6 млрд, стоит незавидная перспектива прекращения финансирования. Это привело к тому, что сейчас менеджеры LIV Golf проводят совещания по поводу дальнейших шагов лиги, одновременно подыскивая место новой работы.
За прагматичным аудитом бюджетов стоит и фундаментальная смена политических приоритетов. После завоевания права проведения ЧМ-2034 Саудовская Аравия завершила первоначальный этап «мягкой силы» — так называемого sportswashing. Это стратегия, при которой государство использует спорт для улучшения своей репутации и отвлечения внимания от внутренних проблем. После достижения изначальных целей инвестиции в имидж ради имиджа теряют свою рациональность. Задачи на внешнем периметре решены, и теперь фокус Vision 2030 смещается внутрь страны, где от спорта ждут не просто узнаваемости бренда Saudi Arabia, а конкретных социально-экономических показателей, отмечает изучающая взаимосвязь бизнеса и глобальной политики организация ESCP Business School.