«Главным преступлением в Освенциме было быть беременной», — рассказывала в 1982 году в интервью The New York Times гинеколог Гизелла Перл. Она сама оказалась в концлагере в 1944-м и втайне от нацистов спасала женщин, которым грозила смерть. Этот опыт оказался настолько тяжелым, что после освобождения Перл даже хотела бросить медицину. Forbes Woman рассказывает ее историю
«Ты будешь гинекологом в лагере. Не беспокойся об инструментах, у тебя их не будет. Теперь твоя аптечка принадлежит мне», — сказал Гизелле Перл главный врач Освенцима Йозеф Менгеле на второй месяц ее пребывания там. Менгеле стал известен тем, что проводил неэтичные исследования на людях, чтобы «установить генетическую основу человеческих талантов и несовершенств». Он выбирал себе помощников из новоприбывших заключенных — так в группе из пяти врачей и четырех медсестер оказалась и Гизелла Перл.
Беременных заключенных отправляли на смерть, и, чтобы спасти их, Перл приходилось тайком проводить им аборты. «Я молила Бога помочь мне спасти мать, иначе я никогда больше не прикоснусь к беременной женщине», — писала она позже в мемуарах.
Врач для всех
Гизелла Перл родилась в 1907 году в венгерском городе Сигете (сегодня территория Румынии) в еврейской семье. Талант и стремление к учебе у нее проявились с самого детства — Гизелла говорила на нескольких языках, в том числе венгерском, румынском, немецком, французском и идише, а в 16 лет попросила отца отправить ее в медицинскую школу. Тот сначала отказал ей, заявив, что не хочет, чтобы его дочь «отошла от иудаизма», но затем согласился — Гизелла пообещала ему, что сохранит веру.
Отучившись в Берлине на гинеколога, она вернулась в Венгрию уже вместе с мужем-хирургом. Первое время жизнь на родине была размеренной и счастливой — Гизеллу обожали пациентки, она воспитывала двоих детей. Все изменилось в марте 1944 года, когда немецкие войска вторглись в Венгрию. Гизеллу и большую часть ее семьи отправили в переполненное гетто в Сигете, почти все жители которого в течение нескольких месяцев были переведены в Освенцим. Оказавшись там, Перл продолжила работать по своей специальности, однако в крайне суровых условиях. Перл проводила операции порой буквально на полу с помощью нескольких примитивных инструментов.
Первый аборт она сделала надзирательнице Ирме Грезе, которая потребовала этого, угрожая Перл оружием. Зная, что в системе концлагерей беременность для еврейских женщин часто означала смертный приговор, Гизелла начала тайно делать аборты заключенным, чтобы спасти им жизнь. Со временем правила изменились: аборты ненадолго разрешили, но с условием передачи эмбрионов Менгеле для экспериментов.
Потом один из руководителей концлагеря собрал беременных женщин якобы для перевода в специальный лагерь с более комфортными условиями, однако в итоге они были казнены. С этого момента беременность тщательно скрывали от охраны и даже от лагерных старших. В этих условиях Перл снова стала проводить операции подпольно, рассматривая их как единственный способ спасти жизнь женщин. Делать их приходилось то по ночам в лагерной больнице при свете свечи, то прямо в коридорах бараков, находя темный скрытый угол, в грязи.
Помимо этого, Гизелла Перл перевязывала кровоточащие раны, вырывала инфицированные зубы, фиксировала сломанные ребра. Для медицинских манипуляций в лагерной больнице у нее были только ржавые ножницы и нож, который ей приходилось точить о камень. Лекарств не выдавали, единственное, что оказывалось в распоряжении женщины, — бумажные повязки.
Когда заключенных с лихорадкой обязали сдать кровь для проверки на брюшной тиф, Гизелла вместе с другими врачами подменила образцы больных пациентов пробирками с собственной кровью, чтобы спасти их от неминуемой казни, которая ожидала всех больных.
Жизнь после Освенцима
После эвакуации Освенцима в январе 1945 года Гизелла Перл прошла через несколько лагерей, включая Берген-Бельзен. После освобождения она в течение нескольких месяцев пыталась разыскать свою семью в Германии. Узнав, что ее муж и сын погибли, женщина впала в депрессию и пыталась покончить с собой.
После пережитого в Освенциме Перл оставила медицину. В 1947 году она при поддержке Венгерско-еврейского фонда получила американскую визу и переехала в США, где проводила публичные выступления и рассказывала о пережитом, называя себя «послом шести миллионов» — считается, что столько евреев погибло во время Холокоста. Узнав ее историю, бывшая первая леди Элеонора Рузвельт пригласила Перл на обед и убедила ее вернуться к медицинской практике. В том же 1948-м Перл выпустила мемуары под названием «Я была врачом в Освенциме», где подробно рассказала о преступлениях нацистов.
После встречи с Рузвельт Перл получила американское гражданство и открыла свой кабинет на Манхэттене, а также стала сотрудницей родильного отделения в местной больнице и специалистом по лечению бесплодия. С 1955 по 1972 год Перл выпустила девять научных работ по акушерству и гинекологии. Гизелла изучала инфекции у беременных женщин, эффекты противозачаточных препаратов и способы лечения и диагностики молочницы. Она в шутку называла себя «самым бедным врачом на Парк-авеню».
В 1979-м Перл переехала в Израиль к своей дочери, которую во время войны укрывала приемная семья. Гизелла работала до самой своей смерти в 1988 году. Ее коллеги вспоминали, что каждый раз перед тем, как принять роды, она останавливалась перед дверьми родильного зала и молилась: «Боже, ты должен мне жизнь, живого ребенка». В 2003 году по мотивам биографии Гизеллы Перл был снят фильм «Из пепла», рассказывающий историю врача, которому приходилось делать сложный выбор, чтобы спасать женщин, чья беременность выпала на время Холокоста.