Легенду о невероятной значимости завтраков для здоровья придумали в 40-х годах прошлого века, чтобы обуздать «безудержную безнравственность американцев». Почему незыблемость этой «истины» с тех пор только укрепилась и как противостоять окружающей нас дезинформации — в отрывке из книги Озана Варола «Пробуди своего гения. Как избавиться от шаблонного мышления, вернуть внимание и мыслить нестандартно»
Озан Варол — профессор права, бывший инженер и участник марсианской миссии NASA и автор бестселлера «Думай как Илон Маск. И другие простые стратегии для гигантского скачка в работе и жизни», который стал международным хитом и был переведен на десятки языков.
В своей новой книге «Пробуди своего гения. Как избавиться от шаблонного мышления, вернуть внимание и мыслить нестандартно» Варол показывает, как современное общество подавляет наши способности к творческим прорывам через образовательные системы, корпоративную культуру и социальные ожидания. Он предлагает практические стратегии, потенциально способные помочь нам вырваться из ловушки шаблонного мышления, восстановить связь со своим потенциалом и начать жить свою подлинную жизнь и думать свои настоящие мысли.
Книга сочетает научные исследования, истории из жизни предпринимателей и миллиардеров и конкретные упражнения для тех, кто чувствует, что живет не своей жизнью и хочет найти собственный путь к подлинному просветлению. Книга выходит в апреле в издательстве «Бомбора». Forbes публикует отрывок.
Действительно ли завтрак — самый важный прием пищи? Это мнение настолько распространено, что стало клише, которое повторяют родители по всему миру, чтобы заставить своих детей позавтракать: «Завтрак — самый важный прием пищи за день».
Менее известно происхождение этой мантры: маркетинговая кампания 1944 года, созданная фирмой General Foods, чтобы помочь продавать больше кукурузных хлопьев.
Кампания называлась «Ешь хороший завтрак, чтобы лучше работать». В ходе нее продуктовые магазины распространяли брошюры, рекламирующие преимущества завтрака, а реклама на радио гласила: «Эксперты по питанию говорят, что завтрак — самый важный прием пищи». Кампания сыграла ключевую роль в повышении популярности хлопьев как основного утреннего продукта питания.
Хлопья для завтрака, в свою очередь, были изобретены на рубеже веков. Доктор Джон Харви Келлогг, который дал свое имя бренду хлопьев Kellogg, разработал кукурузные хлопья для подавления сексуального желания и предотвращения мастурбации, что, по его мнению, было «самым опасным из всех сексуальных злоупотреблений». В своей книге «Простые факты для старых и молодых» Келлогг писал, что ароматная пища оказывает «несомненное влияние на сексуальную природу мальчиков, стимулируя слишком раннюю активность половых органов и вызывая искушения согрешить, которых в противном случае не было бы».
Чтобы обуздать эту безудержную безнравственность, американцам нужен был более пресный завтрак.
Так и появились на свет кукурузные хлопья. Прошло более 75 лет с момента маркетинговой кампании, которая закрепила за завтраком статус самого важного приема пищи в течение дня. Но данное мнение продолжает повторяться и распространяться, как будто это срочная новость.
Повторение порождает ложную уверенность. «Ложь, сказанная однажды, остается ложью, но ложь, повторенная тысячу раз, становится правдой», как гласит популярная поговорка. Если вы постоянно слышите, что летучие мыши слепы, или что мы используем только 10% своего мозга, или что завтрак — самый важный прием пищи, вы склонны поверить, что это правда.
Эти давние мифы продолжают повторяться даже тогда, когда научные данные их опровергли. Летучие мыши не слепы. На самом деле некоторые виды летучих мышей видят лучше, чем среднестатистический человек. А информация про 10% мозга «настолько неверна, что почти смешна», как отмечает невролог Барри Гордон. В течение дня мы используем практически 100% нашего мозга.
Однако в случае с завтраком, по-видимому, есть научные основания для его притязаний на славу самого важного приема пищи. Исследование 2019 года, опубликованное в Journal of the American College of Cardiology, показало, что пропуск завтрака «значительно увеличивает риск смертности от сердечно-сосудистых заболеваний».
Вот выборка заголовков новостей, в которых сообщалось об исследовании:
- «Завтракать каждое утро может быть полезнее для вашего сердца». Вверху этой статьи есть обнадеживающая надпись «Факт проверен» ( Healthline ) (По приведенной автором ссылке статья с таким названием больше не открывается. — Forbes)
- «А вы завтракаете? Согласно исследованию, пропуск утреннего приема пищи повышает риск смерти от сердечных заболеваний» ( USA Today )
- «Исследование сообщает, что пропуск завтрака увеличивает риск смертности от сердечных заболеваний на 87%» ( FOX 11 Los Angeles )
- «Пропустить завтрак вредно для вашего сердца?» ( Webmd ) (Этой статьи больше нет на сайте по приведенной ссылке. — Forbes)
Может быть, вам все-таки стоит есть эти кукурузные хлопья? Давайте не будем торопиться. Связь между двумя вещами — пропуском завтрака и риском сердечных заболеваний — не означает, что одна из них ответственна за другую. Иными словами, корреляция — это не причинно-следственная связь.
Вот несколько нелепых примеров , иллюстрирующих эту мысль. Существует корреляция между количеством фильмов, в которых появляется Николас Кейдж, и количеством людей, которые тонут, упав в бассейн. Существует также корреляция между потреблением маргарина и уровнем разводов в штате Мэн. Но это не значит, что фильмы Кейджа заставляют людей тонуть или что употребление маргарина вредно для отношений в штате Мэн. Могут быть веские причины перестать есть маргарин или смотреть фильмы с Кейджем, но предотвращение разводов или утоплений не входит в их число. В обоих случаях за результаты ответственны другие факторы.
Возвращаемся к исследованию про завтраки. Оказывается, люди, которые пропускали завтраки, также занимались всевозможными видами нездорового поведения, любое из которых могло вызвать сердечные заболевания. Как признают ученые, данные участники с большей вероятностью были «бывшими курильщиками, заядлыми алкоголиками, неженатыми, физически неактивными, с меньшим семейным доходом, меньшим общим потреблением энергии и худшим качеством рациона по сравнению с теми, кто регулярно завтракал». Другими словами, те, кто пропускал завтрак, возможно, заболели сердечными заболеваниями из-за того, что слишком много курили, или слишком много пили, или не занимались спортом, а не потому, что не ели по утрам. Несмотря на то что в исследовании пытались контролировать некоторые из этих переменных, «чрезвычайно трудно (на самом деле просто невозможно) точно скорректировать то, что относится к принципиально разным людям», как объяснил доктор Питер Аттиа, который первым раскритиковал эту работу.
Тем не менее заголовки превратили корреляцию в причинно-следственную связь и исказили эти научные данные. Почему? Газеты хорошо продаются, когда в них меньше сомнений и больше четких, понятных утверждений. Сенсационные заголовки привлекают больше кликов и ретвитов. В мире, требующем мгновенного удовлетворения, нам нужен простой вывод, лайфхак, серебряная пуля — без нюансов, которые все усложняют. Вместо объяснения деталей и ограничений исследования средства массовой информации раздавали предписывающие советы: ешьте завтрак или вы рискуете заболеть сердечными заболеваниями.
Сенсационные статьи, подобные этим, затем быстро распространяются из одного средства массовой информации в другое. Когда люди видят, что одна и та же новость повторяется в разных местах, их уверенность в ее достоверности возрастает. Более того, их друзья читают те же источники, так что никто не может оспорить их точку зрения. Это быстро приводит к ошибочному консенсусу.
Проверка фактов не решает проблему. Начнем с того, что большинство издателей полагается на то, что авторы проверяют факты в своих собственных работах. На самом деле, если материал вообще проверяется на достоверность, то устраняются наиболее очевидные ошибки, такие как даты, имена людей и клеветнические утверждения, которые могут привести к дорогостоящему судебному разбирательству.
Иногда, особенно когда приближается крайний срок сдачи материала, проверка фактов проводится небрежно. Однажды я взял в руки книгу, несколько недель занимавшую первое место в списке бестселлеров New York Times, в которой повторялось смехотворно ошибочное клише о том, что мы используем только 10% мозга.
Более того, проверка фактов не обязательно является объективной. Журналисты — обычные люди, которые живут в реальном мире. Как и все мы, они привносят в свои работы собственные политические и идеологические пристрастия. Либеральные авторы склонны тщательно изучать правых, а консервативные — левых, при этом давая своему собственному «племени» серьезную поблажку.
Большинство из нас не может найти время на чтение и переваривание научных исследований, касающихся каждого аспекта нашей жизни. И даже если мы прочитаем подобное исследование, мы можем не знать, на чем сакцентировать внимание или о чем спросить.
Поэтому мы обращаемся к мнениям экспертов. К сожалению, интернет битком набит предполагаемыми экспертами, которые утверждают, что открыли правду. В сети экспертные знания стали самопровозглашенной квалификацией. Новостные агентства, отчаянно нуждающиеся во внимании, прибегают к надежному списку подобных специалистов, которые предпочитают единообразие точности и уверенность нюансам.
Перед лицом безудержной дезинформации кому мы можем доверять? Как мы обнаруживаем подлог и отделяем полезное от бесполезного?
У всех великих мыслителей должно быть то, что Эрнест Хемингуэй назвал «встроенным детектором халтуры».
Я поделюсь процессом обнаружения халтуры, которому следую сам. Поскольку это мое изобретение, оно может подойти не всем. Возьмите то, что вам подходит, и измените или опустите остальное. И не относитесь к этому как к протоколу интеллектуальной гигиены — стерильному и скучному. Это скорее забавная головоломка. Цель состоит в том, чтобы с любопытным скептицизмом подвергнуть сомнению то, что вы читаете, и обнаружить драгоценные камни, погребенные под устаревшим общепринятым мнением.
Встроенный стрессоустойчивый детектор халтуры
Проявляйте скептическое любопытство. Каковы подтверждающие факты? Откуда автор их почерпнул? Остерегайтесь предложений, которые начинаются со слов «наука утверждает» или «исследования показывают» и заканчиваются без ссылок. Отфильтруйте статьи низкого качества (под этим я подразумеваю, например, статью «Восемь удивительных суперпродуктов, которые вы должны употреблять каждый день для долгой жизни», которая занимает первое место в результатах поиска Google).
Спросите себя: если бы я разговаривал с автором, какие вопросы я бы задал? Если бы я дискутировал с ним, на что бы я указал? Например, вопросы к авторам исследования, посвященного завтраку, могут включать в себя такие: что значит «пропустить» завтрак? Если кто-то не завтракает до полудня, считается ли это пропуском? Что ели участники опроса и как это могло повлиять на частоту сердечных заболеваний?
Остерегайтесь источников, которые говорят в абсолютных выражениях. Научные факты существуют в широком спектре истин. Для ученых «вопрос не в том, истинно это или ложно, а в том, насколько вероятно, что это будет правдой или ложью», как объясняет нобелевский лауреат Ричард Фейнман. Остерегайтесь никогда не сомневающихся экспертов, которые пытаются заглушить свою неуверенность наплывом уверенности и преувеличенными жестами. Остерегайтесь универсальных утверждений («Завтрак — самый важный прием пищи для всех» или «Медитация — универсальное средство…») и авторов, которые не признают ограниченности своих аргументов, добавляют нюансы к своим утверждениям или обращаются к исследованиям, которые ставят их выводы под сомнение.
Остерегайтесь источников, которые используют клише или говорят в общих чертах. Вот пример из письма акционера компании: «Наши талантливые сотрудники, глобальное присутствие, финансовая мощь и обширные знания рынка создали устойчивый и уникальный бизнес». Это сущая ерунда. Что делает людей талантливыми? Каким образом знания компании о рынке являются обширными? Что именно означает «финансовая мощь»? В чем уникальность этого бизнеса?
Подобные обобщения часто используются для того, чтобы скрыть пробелы. Так было в случае с Кеннетом Лэем и Джеффри Скиллингом, руководителями компании Enron, которые написали только что процитированное мной предложение в 2000 году — за год до того, как компания обанкротилась. Сами Лэй и Скиллинг позже были обвинены в уголовных преступлениях.
Есть ли у автора личная заинтересованность в результате? Продвигает ли он продукт, в который вложил деньги, — например, бренд хлопьев, рекламирующий достоинства завтрака?
Медицинские исследования, например, часто спонсируются фармацевтическими компаниями. Возьмем New England Journal of Medicine — один из самых престижных медицинских журналов в мире. Из 73 исследований новых лекарств, опубликованных журналом за годичный период, «60 финансировались фармацевтическими компаниями, 50 были написаны в соавторстве с сотрудниками фармацевтических компаний, а в 37 был ведущий автор, как правило, академик, который ранее получал деньги от фармацевтической компании-спонсора в форме оплаты труда консультанта, грантов или гонораров».
Конфликты интересов не ограничиваются академическими кругами. Они также встречаются в правительственных организациях. Рассмотрим, например, Национальную образовательную программу США по холестерину, которая создает официальные рекомендации по уровню холестерина в крови. В 2008 году восемь из девяти членов комиссии, ответственных за разработку этих рекомендаций, имели прямые связи с производителями статинов, а следовательно, могли получить солидную прибыль, если комиссия установит более низкие целевые уровни холестерина.
Эти связи не обязательно влияют на результаты. Но люди, как правило, неохотно кусают руку, которая их кормит. Как справедливо заметил американский писатель Эптон Синклер, «трудно заставить человека что-то понять, когда его зарплата зависит от того, что он этого не понимает».
Остерегайтесь относительных значений риска. В исследовании про завтраки сообщалось, что пропуск этого приема пищи увеличивает риск смерти от сердечных заболеваний на 87%. Звучит грандиозно!
Но необработанные цифры говорят совсем о другом. Среди тех, кто завтракал, 415 из 3862 умерли от болезней сердца (10,7%). Среди тех, кто пропускал завтрак, 41 из 336 умер от болезней сердца (12,2%). Сообщения СМИ об относительном снижении риска на 87% преувеличивают то, что на самом деле является гораздо меньшим абсолютным снижением риска (1,5%). Марк Твен был прав: «Есть три вида лжи: ложь, наглая ложь и статистика».
Кто не согласен с приводимыми аргументами? Многие источники представляют только одну точку зрения на тот или иной вопрос. Например, ни в одной из цитированных ранее новостных статей, в которых сообщалось об исследовании, не упоминалось никаких контраргументов. Вам нужны источники, которые представляют множество перспектив, что может смягчить создание ложных убеждений.
Один из трюков заключается в том, чтобы исследовать утверждение, противоположное тому, которое вы проверяете (после того, как вы сами подумаете). Вместо поиска по запросу «завтрак — самый важный прием пищи за день» или даже «является ли завтрак самым важным приемом пищи за день?» поищите «завтрак — не самый важный прием пищи за день». Результаты дадут вам некоторые недостающие точки зрения.
Не обманывайте себя. Вы хотите верить в то, что читаете? Если это так, будьте осторожны. Будьте очень осторожны. Если вам нравится завтракать каждый день, вы, скорее всего, поверите, что это самый важный прием пищи, и проигнорируете любые аргументы в пользу обратного. Если что-то противоречит нашим внутренним предубеждениям, мы подсознательно активируем предвзятость подтверждения и называем это доказательством. Затем мы называем любой вызов нашей системе убеждений фейковыми новостями.
В конце концов, Андре Жид был прав: «Верьте тем, кто ищет истину; сомневайтесь в тех, кто ее находит». Поиск истины — непрерывный процесс. Он не даст никаких сиюминутных ответов. По большей части вы столкнетесь с противоречивыми выводами и большей неопределенностью. Но лучше быть неуверенным в себе, чем заведомо неправым.