Именно из северной столицы в Хабаровск пришли первые работы будущей коллекции
Фото: ДВХМ
У Дальневосточного художественного музея – солидная дата, летом ему исполняется 95 лет. И хотя расположен он далеко от столицы, но музей наш – совсем не провинциальный, коллекция его поистине уникальна, а западноевропейское собрание живописи – одно из лучших в стране.
Сколько лет музею на самом деле, как он создавался, кто стоял у его истоков и чем он интересен нынешнему посетителю, корреспондент ИА «Хабаровский край сегодня» говорит с искусствоведом Людмилой Козловой, которая работает здесь ровно полвека.
Гродеков воспользовался служебным положением
- Музей создавали люди, которые в силу своих амбиций хотели превратить Хабаровку в город, в котором по примеру европейских непременно будет своя публичная художественная галерея, - говорит Людмила Козлова. - Они организовали первое профессиональное сообщество художников, потому что верили: пройдет время, и их станет больше, в Хабаровске появятся люди, которые услышат о нем в Санкт-Петербурге и приедут сюда с выставкой, а может быть, здесь останутся, очарованные нашей природой. Или местные художники поедут учиться в Москву или Петербург, и там, освоив академическое искусство, вернутся домой и начнут работать творчески.
Первые работы поступили в Хабаровск благодаря подвижничеству Николая Гродекова. Удивительный человек! Кадровый офицер, писатель, этнограф, историк, а вдобавок ко всему еще и любитель изящного искусства. Он считал, что в столице края должен быть достойный музей.
Гродеков воспользовался служебными связями, человеческим обаянием, чтобы убедить руководство Академии художеств отобрать для Хабаровска энное количество произведений. И тогдашний цвет академического сообщества, а это Илья Репин, Архип Куинджи, Павел Чистяков, - откликнулись на эту просьбу.
Несколько раз отправляли они на Дальний Восток работы, выбирая все самое лучшее.
Среди первых работ оказались полотна очень большого формата, как, к примеру, работа Петра Суходольского «Битва греков с амазонками», которая украшает коллекцию музея и поныне.
В конце февраля 1902 года в Хабаровск из Санкт-Петербурга, из Императорской академии художеств пришла первая партия живописных полотен и графики. Справедливо считать этот год датой создания музея.
Установить ее удалось бывшему главному хранителю музея Светлане Жук, светлая ей память. Долгие годы поисков, работа в трех десятках государственных фондов помогли ей определить дату со всей достоверностью. Но мы почему-то придерживаемся официальной точки зрения. А наверное, пора внести ясность в исторические даты.
Президент академии художеств граф Иван Толстой поддержал начинание далекой окраины России и даже упросил графиков пожертвовать свои работы. Так, к семи отобранным работам добавилось еще 27 графических листов.
В итоге Академия отобрала для Хабаровска коллекцию из 40 первоклассных живописных, графических работ и скульптуры – русской, а также лучших образцов античного искусства.
Николаю Гродекову энергично помогал его брат Владимир Иванович, член главного военного суда в Санкт-Петербурге. Очень занятой человек, он находил время для создания в Хабаровске городского художественного музея.
Владимир Иванович заказывал багетные рамы для больших работ, руководил упаковкой их в ящики, коими была забита вся его квартира, так что напоминала склад. Следил за отправкой картин в порт и погрузкой их на пароход.
И потом телеграфировал в Хабаровск, сообщая, где теперь картины и когда прибудут во Владивосток.
- Никто не считал то, что они делали, подвигом, а только своим гражданским долгом, - замечает моя собеседница.
Картины плыли через Атлантический океан
Работы погрузили на пароход «Князь Горчаков» и отправили в путь сначала по Балтийскому морю, потом через Атлантический океан, Индийское море - до Владивостока, а уже оттуда по железной дороге бесценный груз пришел в Хабаровск. Это случилось 28 февраля 1902 года.
А уже 5 марта Хабаровская городская дума приняла коллекцию в дар и решила впредь до постройки собственного помещения просить помещать художественные произведения в женской гимназии и других местах, а по постройке здания – разместить всё в большом думском зале.
Газета «Приамурские ведомости» писала, что музею будет отведен верхний этаж в новом городском доме, которым «городская дума решила украсить Хабаровск».
В основу облика нового здания думы был принят «премированный проект одесской земской управы, идея которого заимствована из архитектуры парижского муниципалитета». Речь шла о здании на улице Муравьева-Амурского, где теперь располагается Дом детского творчества.
Естественно, депутаты сразу же определили деньги на содержание музея - 200 рублей в год. Сам Николай Гродеков пожертвовал еще больше тысячи рублей на закупку картин и предметов искусства.
А пока здание возводилось, произведения определили в краеведческий музей тогдашнего Императорского географического общества. Образовался музей в музее. И там даже была устроена выставка, на которой показали щедрые дары, сделанные городу.
Потом власть сменилась, и строительство музея отложили. А там грянула революция, Гражданская война. Слепки с античных работ, скульптуры русских художников-ваятелей были безвозвратно утрачены, они не выдержали постоянных переездов и превратились в труху. Так хрупок мир искусства! К счастью, живописные полотна и графику удалось сохранить, а ведь они тоже могли сгинуть в огне войны.
Передать синагогу под культурные нужды
А потом, уже в 30-е годы, музей получил коллекцию работ из Пушкинского музея, Третьяковской галереи, Исторического музея, Русского музея, Эрмитажа. Мы стали обладателями полотен знаменитых авторов: Иван Айвазовский, Иван Шишкин, Исаак Левитан, Фёдор Васильев, Василий Тропинин, Илья Репин, Василий Суриков, Архип Куинджи, Василий Поленов, Алексей Боголюбов, Пётр Верещагин, Иван Крамской. Из Третьяковки пришло много предметов прикладного искусства, иконопись.
- Можно только представить, как людям, которые собирали и хранили все эти сокровища, невыносимо трудно было с ними расстаться, - говорит Людмила Козлова. - Теперь, понятно, никто бы такие бесценные вещи никому не отдал.
Первым директором музея был Пётр Покровский. Настоящий профессионал! Он учился в Дерптском университете, его педагогом была дочь Шлимана, открывшего миру Трою. Петр Покровский стал заведующим художественным отделом и параллельно руководил отделом революции, что называется, сидел на двух стульях.
К тому времени здание бывшей синагоги по улице Фрунзе, 45 было передано населению города под культурные нужды. И вот такой культурной нуждой как раз стал художественный музей.
Жила семья Покровского там же, на втором этаже, искусственно созданном для хранения работ. Здесь же стояла кровать с маленькими матрасами, на которой спали его домочадцы.
Покровский когда-то занимался изучением народов Севера здесь, на Дальнем Востоке, для него было интересно искусство коренных народов Приамурья.
На свои деньги он с фотографом ездил по городам и весям, точнее весям, городов тогда еще не было, собирал предметы национального искусства, потому что хорошо понимал их ценность. Теперь они стали золотым фондом музея.
Покровского не спасло то, что он занимался еще и революцией, его обвинили в шпионаже в пользу Японии и расстреляли.
- Музей – живой организм, он рождается, растёт, меняется, временами болеет, чахнет, потом расцветает, - говорит моя собеседница. - Но он есть и готов показывать свои ценности. Он совсем рядом!