Андрей Танасейчук – специалист по американской литературе XIX – начала XX века, переводчик, автор книги «Джек Лондон: одиночное плавание», вышедшей в серии «ЖЗЛ» в 2017 году
В ночном мраке трехмачтовая шхуна "Софи Сазерленд" скользила по черным волнам, словно призрак. Тишину, царившую на судне, нарушал лишь дружный храп гарпунёров. Бодрствовали только вахтенные да 17-летний матрос, притулившийся у фальшборта. Держа в руке блюдечко с маслом и дарившим скудный свет фитильком, он жадно поглощал страницу за страницей романа "Анна Каренина". Звали матроса Джон Гриффит Лондон...
За несколько дней до того "Софи Сазерленд" вышла из Сан-Франциско в браконьерский рейс: моряки шли охотиться на морских котиков у японских и российских берегов — у Хоккайдо, в районе Курильских островов и в Беринговом море. Дело это было прибыльным, но опасным: за браконьерство можно было поплатиться конфискацией судна и отправкой экипажа на рудники. Так что никто из команды не жаждал столкнуться с представителями властей Японии или России. А узнав, что самый молодой матрос на судне читает роман русского писателя, бывалые морские волки могли в сердцах швырнуть книгу за борт. О России на "Софи Сазерленд" Джек Лондон мог услышать лишь то, что там Сибирь и страшная каторга...
Кто ответит сейчас, так ли все было на самом деле? Или Ирвинг Стоун, автор биографии Джека Лондона "Моряк в седле", позволил себе художественную вольность? Как бы то ни было, Стоун утверждает, что среди томов, взятых будущим писателем в рейс на "Софи Сазерленд", была и "Анна Каренина". Книги юноша позаимствовал у работавшей в Оклендской библиотеке мисс Айны Кулбрит, которую позже не раз вспоминал добрым словом.
Писатель-бродяга
Джон Гриффит Лондон (Джек Лондон) родился 12 января 1876 года в Сан-Франциско. Его отцом был астролог Уильям Чейни, матерью — увлекавшаяся спиритизмом учительница музыки Флора Уэллман. Пара не состояла в законном браке. Узнав о беременности подруги, Чейни сбежал. Позже Флора вышла замуж за вдовца с двумя дочерьми Джона Лондона. Отчим усыновил маленького Джона и дал ему свою фамилию. С детства у мальчика было две страсти: океан и книги.
Семья сильно бедствовала, так что Джеку (Джек — уменьшительная форма имени Джон) пришлось рано начать трудиться: он разносил газеты, расставлял кегли в кегельбане, был уборщиком в барах, в 14 лет стал рабочим на консервной фабрике. В погоне за "настоящим заработком" Джек влез в долги, купил подержанную шхуну, стал "устричным пиратом" (незаконно ловил и продавал устриц) и пристрастился к выпивке и дракам. Потеряв судно в одном из столкновений с такими же "устричными пиратами", Джек пошел на службу в патруль, боровшийся с браконьерами.
В 1893 году Лондон отправился в рейс на шхуне "Софи Сазерленд". В 1895-м участвовал в походе безработных на Вашингтон, стал хобо (бродягой), был арестован и месяц просидел в тюрьме. Затем поступил в Калифорнийский университет, но бросил его, поскольку не мог платить за обучение. Весной 1897-го, поддавшись золотой лихорадке, уехал на Аляску, однако уже в следующем году ни с чем вернулся в Сан-Франциско. В 1900-м Джек Лондон женился на Бэсси Маддерн, в семье родились две дочери. В 1904 году писатель в качестве военкора отправился на Русско-японскую войну. В 1905-м брак с Бэсси распался. Тогда же Джек Лондон женился на Чармиан Киттридж. В 1907–1909 годах пара отправилась в кругосветное плавание на шхуне "Снарк", но путешествие пришлось прервать из-за болезни Лондона.
Еще в 1905 году Лондон приобрел ранчо в Калифорнии, занялся сельским хозяйством, но в итоге разорился и оказался в долгах. Единственной возможностью расплатиться стал писательский труд, который Лондон в итоге возненавидел.
В 1914 году Джек Лондон отправился военкором в Мексику, где США в тот момент оккупировали крупнейший порт Веракрус. Репортажи писателя, оправдывавшие действия правительства, привели в ярость товарищей по Социалистической трудовой партии Америки, в которой Лондон состоял с начала ХХ века. В итоге писатель вышел из партии.
Джек Лондон скончался 22 ноября 1916 года на своем ранчо от передозировки морфия. Многие исследователи считают, что он покончил жизнь самоубийством.
ЛУЧШАЯ КНИГА О ДЖЕКЕ ЛОНДОНЕ
В СССР хорошую биографию Джека Лондона мог написать сотрудник Института мировой литературы, доктор филологических наук, критик и переводчик Алексей Матвеевич Зверев. Но к 100-летнему юбилею американского писателя он получил заказ от Всесоюзного общества "Знание" всего лишь на тонкую брошюру. Зверев был автором немалого количества предисловий к сборникам Лондона, выходившим в Советском Союзе. Так что каждый истинный поклонник творчества знаменитого прозаика наверняка помнит эту фамилию, в чем-то созвучную приключениям героев на ледяных равнинах Аляски и на берегах золотоносной реки Клондайк.
Эту тонкую брошюру, размером с записную книжку, которую легко поместить в карман, Андрей Танасейчук считает лучшим из всего, что он читал о Лондоне. Андрей Борисович — специалист по американской литературе XIX — начала XX века, переводчик, автор книги "Джек Лондон: одиночное плавание", вышедшей в серии "ЖЗЛ" в 2017 году, — является сегодня одним из самых известных российских биографов американца. Со Зверевым Танасейчук был знаком, хотя бесед с ним о Лондоне молодой преподаватель из Мордовского государственного университета не вел. В те времена Андрей Борисович только раз обратился к творчеству американского прозаика: во время учебы в аспирантуре он проходил практику в Ленинградском университете, где прочитал норвежским студентам лекцию о Джеке Лондоне.
Эту тонкую брошюру, размером с записную книжку, которую легко поместить в карман, Андрей Танасейчук считает лучшим из всего, что он читал о Лондоне. Андрей Борисович — специалист по американской литературе XIX — начала XX века, переводчик, автор книги "Джек Лондон: одиночное плавание", вышедшей в серии "ЖЗЛ" в 2017 году, — является сегодня одним из самых известных российских биографов американца. Со Зверевым Танасейчук был знаком, хотя бесед с ним о Лондоне молодой преподаватель из Мордовского государственного университета не вел. В те времена Андрей Борисович только раз обратился к творчеству американского прозаика: во время учебы в аспирантуре он проходил практику в Ленинградском университете, где прочитал норвежским студентам лекцию о Джеке Лондоне.
Танасейчук и представить не мог, что спустя пару десятилетий примет своеобразную эстафету от Зверева. После успеха книги в серии "ЖЗЛ" издательства заказывают профессору из Саранска предисловия и комментарии к сборникам произведений Джека Лондона. Но догнать и перегнать в этом Зверева не получится: все-таки Лондон был одним из самых издаваемых зарубежных писателей в СССР. "Да и покрупнее Зверев будет, чем я, — скромно замечает Андрей Борисович. — Вот Алексей Матвеевич создал бы настоящую книгу о Лондоне".
Сегодня на семинарах студентки нередко спрашивают профессора кафедры русской и зарубежной литературы Андрея Танасейчука о том, почему Джек Лондон плохо относился к женщинам. Почему писал, что женщина — это неудавшийся мужчина? И сетовал на то, что у него рождались дочери, а не сыновья? Профессор категорически не согласен с такой постановкой вопроса. Ну да, существовал у писателя свой взгляд на женский вопрос. Однако до крайностей он не доходил. В конце концов разве не Лондон утверждал: "Мужчина, ни разу не получивший раны от любви к женщине, — это половина мужчины"?
НЕУДАВШЕЕСЯ ПУТЕШЕСТВИЕ В РОССИЮ
Летом 1906 года, разрабатывая маршрут кругосветного путешествия на яхте "Снарк", Джек Лондон запланировал посещение России: он собирался бросить якорь в порту Санкт-Петербурга и провести в нашей стране целую зиму. Увы, не сложилось. Вместе со своей второй женой, Чармиан Киттридж, Лондон посетил Гавайи, Таити, Бора-Бора, Фиджи, Самоа, Маркизские и Соломоновы острова. Плавание, после которого появилась автобиографическая повесть "Путешествие на "Снарке", завершилось в Австралии. А если бы все сложилось так, как планировал писатель? Джек Лондон и целая зима в России! "Почти все его сюжеты растут из его личного опыта, — говорит Танасейчук. — Не все писатели так работают. А он был таким. Свой опыт он драматизировал. Наверняка в его книгах появились бы русские герои".
В этом можно не сомневаться. На Аляске Джек Лондон, будучи неопытным "чечако", провел всего одну зиму, однако как после этого обогатил мировую литературу! А сколько героев для своих рассказов нашел бы зрелый писатель в России? Вот и Андрей Танасейчук уверен, что Лондон испытывал немалый интерес к нашей стране. Кстати, развить его помогла эмигрантка из Российской империи Анна Струнская. Вместе с родителями она переехала в США в 9-летнем возрасте, окончила Стэнфордский университет и стала писательницей. В Стэнфорде она подружилась с Джеком Лондоном. Позже, уже в Сан-Франциско, они оба были участниками группы молодых калифорнийских писателей и художников "Крауд" (The Crowd — "Толпа"), проповедовавших социалистические идеи. Лондон влюбился и даже сделал предложение руки и сердца, но Анна его не приняла. Своеобразным итогом их отношений стал эпистолярный роман "Письма Кэмптона — Уэсу", анонимно опубликованный в 1903 году.
Но все это было уже после того, как в 1893 году молодой Лондон отправился в рейс на "Софи Сазерленд", на борту которой рассказы бывалых моряков о далекой и богатой России, холодной Сибири и каторге, видимо, увлекли будущего писателя. Не зря же потом их отголоски прозвучали в самом знаменитом романе Джека Лондона, "Морской волк": "...он отбыл три года на сибирских соляных копях за браконьерство: охотился в русском заповеднике на Медном острове"...
С тех пор как вышла книга Танасейчука, я при встречах с ним постоянно завожу речь о Джеке Лондоне. Хотя понимаю, насколько забавно говорить об авторе "Северной Одиссеи", "Белого Клыка", "Рассказов Южных морей" в городе, где море фигурирует лишь как предмет курортных воспоминаний. Однако такие разговоры иногда приносят сюрпризы. К примеру, недавно Андрей Борисович признался, что в истории его семьи есть что-то "джек-лондоновское".
В первые десятилетия после революции в СССР действовали различные программы переселения. В 1920-е годы семья Танасейчуков перебралась на берега реки Хор — притока Уссури. Новые места были богаты красной рыбой и пушниной. Да и земля здесь оказалась плодородней. Соседями переселенцев стали удэгейцы и нанайцы. Деду Андрея Борисовича, Сергею Силычу Танасейчуку, было в то время всего 15 лет. Он поступил в лесотехнический техникум. А когда перед семьей замаячила угроза репрессий, пришлось бросить налаженное хозяйство и, претерпев немало злоключений, бежать в Амурскую область. Позже Сергей Силыч отучился на бухгалтерских курсах, участвовал в войне с японцами, немало постранствовал. Но куда бы ни забрасывала его судьба, он везде возил с собой домашнюю библиотеку. Потом ее продолжил собирать его сын, а затем и внук.
Надо сказать, в 1920–1930-е годы произведения Джека Лондона были неимоверно популярны: освоение Севера, воспевание мужества и преданности делу — эти мотивы стали востребованы в молодой советской стране. И Сергей Силыч, конечно, читал книги Джека Лондона.
Вот бы дед удивился, узнав, что в XXI веке большинство сборников произведений Джека Лондона в России будет выходить с предисловиями его внука!
НЕСГИБАЕМЫЕ ГЕРОИ
Впервые о Джеке Лондоне я узнал, когда прочитал "Повесть о настоящем человеке" Бориса Полевого. В ней рассказывалось о подвиге военного летчика Алексея Маресьева (в книге — Алексей Мересьев). В апреле 1942 года, во время операции в Новгородской области по прикрытию бомбардировщиков, Як-1 Маресьева был подбит. Попытка посадить самолет в лесу оказалась не слишком удачной: Як-1 рухнул с высоты 30 метров. Маресьеву раздробило обе ступни. 18 суток он полз через леса и болота на восток, ориентируясь по солнцу. Быстро закончившийся бортовой паек сменили кора и шишки.
Героя рассказа Джека Лондона "Любовь к жизни" преследовал крупный волк, а советский летчик вступил в схватку с медведем-шатуном. Спасли Маресьева случайно нашедшие его колхозники. В госпитале летчик услышал слова хирурга: "Про ваши приключения друзья рассказывают что-то такое совершенно невероятное, что-то джек-лондоновское". "Что-то джек-лондоновское!" — подумал Мересьев, и в памяти возникло далекое воспоминание детства — рассказ о человеке, который с обмороженными ногами движется через пустыню, преследуемый больным и голодным зверем" — так пишет в своей знаменитой повести Борис Полевой.
"Что-то джек-лондоновское" встречается и в произведениях Александра Фадеева. В его неоконченном романе "Последний из удэге" один из главных героев живет по законам своего рода, как аляскинские индейцы у Джека Лондона. Можно вспомнить и Григория Федосеева — инженера-геодезиста, автора книг о природе Севера и Дальнего Востока. Кинолента "Злой дух Ямбуя", снятая по повести Федосеева, в 1978 году получила премию Джека Лондона на I Международном фестивале фильмов об Арктике, проходившем во французском Дьепе.
А геолога и геофизика, писателя Олега Михайловича Куваева Андрей Танасейчук прямо называет советским Джеком Лондоном. Самым известным произведением исследователя Чукотки стал приключенческий роман "Территория", рассказывающий об открытии в конце 1940-х годов золотых приисков на реке Ичвувеем.
Сомневаться в популярности рассказов и романов Джека Лондона в СССР не приходится. Близость Аляски к нашей территории, схожесть климатических условий и поведенческих реакций героев на вызовы судьбы создавали у некоторых читателей впечатление, что в произведениях Лондона присутствует немало русских персонажей. Однако это не так. Как считает Андрей Борисович, на самом деле Джек Лондон не имел какого-либо серьезного представления о России. И наверняка подивился бы популярности своих романов и рассказов в нашей стране.
Сейчас я допытываюсь у Андрея Танасейчука: мог ли Джек Лондон читать "Анну Каренину" на борту шхуны "Софи Сазерленд", как о том пишет Ирвинг Стоун? Преследуя стадо котиков, промысловики дошли до берегов Сибири. Джек работал на веслах вельботов, с которых велась охота на животных. "Стоун был прав, когда писал, что "Софи Сазерленд" "был одним из последних парусников, державших курс на Корею, Японию и Сибирь", — рассуждает Андрей Танасейчук. — Уничтожали котиков безжалостно. Возмущенная жестокостью американских промысловиков мировая общественность требовала вмешательства. В 1892 году Франция, Англия и Россия собрали специальную комиссию для решения этого вопроса. Американцы сопротивлялись, но в конце концов вынуждены были смириться. Запрет вступил в силу в 1893 году. Рейс "Софи Сазерленд", по сути, действительно был браконьерским".
После плавания на промысловой шхуне Джек Лондон напишет очерк "Тайфун у берегов Японии", ставший его литературным дебютом. Позже появится рассказ "Исчезнувший браконьер", в котором в качестве действующих лиц появятся русские военные моряки. Нарушившая границу промысловая шхуна "Мэри Томас" была арестована командой русского крейсера, взявшего ее на буксир. "Они и слушать нас не будут. Нарушили границу — и все. Заберут нас и отправят на соляные копи. А дядя Сэм — как он об этом узнает? До Штатов ничего не дойдет. В газетах напишут: "Мэри Томас" исчезла со всем ее экипажем. Вероятно, попала в тайфун в Японском море". Вот что скажут газеты и люди. А нас отправят в Сибирь, на соляные копи. И хотя бы мы прожили еще пятьдесят лет, для всего мира, для родных и знакомых мы будем похоронены", — сокрушается в рассказе Джон Льюис по прозвищу "Морской законник".
Спасает браконьеров самый юный член команды — Малыш Рассел, которого русский лейтенант забирает с собой на крейсер. Ночью он перерезает трос, с помощью которого крейсер буксирует "Мэри Томас"... "Это было реально существовавшее судно, на которое Джек Лондон планировал завербоваться после "Софи Сазерленд", но не успел, — продолжает Андрей Борисович. — Шхуна не вернулась из рейса. Ходили слухи, будто бы ее потопил русский сторожевой корабль. Что же до "Анны Карениной"... В 1890-е годы произведения Льва Толстого были популярны в мире. Роман "Анна Каренина" вполне мог оказаться на борту "Софи Сазерленд" вместе с Лондоном. Вот только вряд ли он был взят из личной библиотеки Айны Кулбрит, как пишет Стоун. Джек Лондон общался с ней в Окленде, когда был еще мальчишкой".
ВОЕНКОР, ШПИОН, ДРАЧУН?
Андрей Танасейчук признается, что был несколько разочарован, прочитав рассказы Джека Лондона в оригинале. Говорит, с прозой американского писателя работали отличные советские переводчики. Так что Лондону с Россией повезло. Его герои, преодолевающие невероятные трудности ради достижения цели, нравятся русским читателям. "Главный образ в произведениях Джека Лондона — человек, который побеждает, — рассуждает Андрей Борисович. — Кроме того, не стоит забывать и о сильном мотиве товарищества среди золотоискателей, который близок русским традициям артельности". Правда, русских героев среди золотоискателей у Лондона нет. "В его первом напечатанном рассказе об Аляске, "За тех, кто в пути!", перечисляются национальности собравшихся в хижине старателей, которых писатель называет пришельцами из разных стран: англичанин Принс, янки Беттлз, француз Савой и немец-скупщик Майерс, — перечисляет Танасейчук. — Русских нет. Они ему просто не встретились на Аляске. Иначе он бы обязательно о них написал".
Но все-таки стоит вспомнить, что в рассказе "Потерявший лицо" писатель упоминает о том, как на Аляске захваченные индейцами русские подвергаются пыткам. Или вот, к примеру, рассказ "История Джис-Ук", в котором в жилах главной героини течет индейская, эскимосская и русская кровь. Правда, больше всего о русских Джек Лондон пишет в своих репортажах с Русско-японской войны 1904–1905 годов, куда отправился в качестве корреспондента газеты "Сан-Франциско экзаминер" (San Francisco Examiner). И хотя в этих статьях можно разглядеть сочувствие к русским солдатам (Джек Лондон был приверженцем сомнительной расовой теории о превосходстве "белого человека"), все же симпатии его в этой войне были не на стороне России.
Кстати, военкор Джек Лондон прибыл в Йокогаму в январе 1904 года на судне, которое называлось "Сибирь". Из Нагасаки он отправился в Моджи, откуда планировал на пароходе доплыть до Чемульпо. Но его приняли за шпиона и арестовали. "Моджи на военном положении. Японская полиция — "очень жаль", но все же она арестовала меня. Конечно, я упустил пароход. "Очень жаль", но они отвезли меня в понедельник ночью в город Кокуру. Снова допрашивали. Держали под арестом. Во вторник судили. Оправдали. Конфисковали найденные 5 йен и фотографический аппарат. Телеграфировал американскому послу в Токио. Теперь он старается вернуть аппарат", — писал Джек Лондон.
Японские власти всячески препятствовали попыткам иностранных военных корреспондентов попасть на фронт. Лондон нервничал, болел, становился все более раздраженным. К тому же к каждому военкору японцы приставили слуг-соглядатаев. Как-то Лондон застал одного из таких "денщиков" за воровством провизии у соседей и избил его. Писателя арестовали, его ждал военный трибунал. В дело вмешался президент США Теодор Рузвельт. Он связался с властями в Токио, Джека Лондона освободили, но поставили условие: в 24 часа он должен был вернуться на родину...
ПЕВЕЦ БЕЛОГО БЕЗМОЛВИЯ
Пожалуй, одним из самых известных и любимых читателями произведений американского писателя стала повесть "Белый Клык", впервые опубликованная в США в 1906 году.
"В дипломных работах наши студенты уже не раз сравнивали повести "Белый Бим Черное ухо" Гавриила Троепольского и "Белый Клык", — делится автор монографии "Художественный мир Джека Лондона", доктор филологических наук, профессор кафедры русской и зарубежной литературы Московского государственного университета просвещения Ирина Лунина. На мой взгляд, это немного неожиданно, ведь роднит два произведения только одно: тема преданности собаки своему хозяину. А с другой стороны — чему тут удивляться? Ведь даже репортажи о гонках на собачьих упряжках в России не обходятся без упоминания о четвероногих героях Джека Лондона. И это притом, что сам он вряд ли более двух-трех раз запрягал собак. Как ни странно, на Аляске ему больше пригодились навыки матроса.
"...Начали мы свой двухтысячемильный путь вниз по Юкону к порту Сент-Майкл", — пишет Джек Лондон в очерке "Из Доусона в океан", в котором рассказывает о возвращении с Аляски. Между прочим, свое название порт Сент-Майкл получил в 1897 году, а прежде это был редут Святого Михаила, построенный в 1833-м экспедицией Российско-американской компании (РАК) под руководством лейтенанта Михаила Тебенкова и управляющего РАК Адольфа Этолина. Самое северное поселение русских на Аляске числилось торговым фортом. Но разразившаяся в 1898 году аляскинская золотая лихорадка превратила Сент-Майкл в базу грузов для старателей. Описывая свое плавание, Джек Лондон упоминает в очерке Русскую миссию и "опасный мыс Романов", где писатель и его спутники подобрали иезуитского священника, "которому туго пришлось в водовороте". Ах, эти водовороты! Только опыт моряка помог Джеку Лондону проплыть сотни миль по горным рекам. Пороги и стремнины, из-за которых тонули десятки лодок, писатель на своем суденышке преодолевал виртуозно. Когда стало ясно, что Юкон вот-вот замерзнет, Лондону и его спутникам пришлось устраиваться на зимовку. Месяцы, что он провел у слияния рек Юкон и Стьюарт, позволили писателю оценить и полюбить суровую красоту Севера.
А знал ли Джек Лондон об истории русской Аляски? Ирина Лунина считает, что знал. Иначе не начал бы малоизвестный у нас очерк "Охотники за золотом с Севера" со слов русского губернатора Аляски Баранова (см.: "Русский мир.ru" № 2 за 2015 год, статья "Земля российского владения"). Вот эти строки: "Иван, я запрещаю тебе продолжать это дело. Ни слова об этом, иначе нам всем конец. Если американцы и англичане узнают, что в этих горах есть золото, тогда мы разорены. Они набросятся на нас тысячами..." Так говорил старый губернатор Баранов в Ситке в 1804 году одному из своих охотников-славян, который только что достал из кармана пригоршню золотых самородков".
...В каталоге огромной библиотеки Джека Лондона, хранившейся в его доме на ранчо в калифорнийской Лунной долине, Ирина Лунина не обнаружила книг русских писателей. Так держал ли он в руках роман "Анна Каренина"? Вполне возможно. Ведь точно известно, что писатель в 1900 году читал повесть "Смерть Ивана Ильича", значит, с произведениями Льва Толстого он был знаком. Есть на сей счет еще одно предположение. Вспомним романы Джека Лондона, относящиеся к калифорнийскому циклу: "Время-не-ждет", "Лунная долина", "Маленькая хозяйка большого дома". Все они посвящены проблемам семейных отношений и идеализируют тихую деревенскую жизнь. Может, прочитанный на борту "Софи Сазерленд" роман Льва Толстого подтолкнул Лондона в итоге осесть на земле и заняться сельским хозяйством? Ведь именно об этом в "Анне Карениной" мечтает Константин Лёвин. Могут ли так измениться мечты юности и страсть к приключениям? Пожалуй, могут. И в этом тоже есть что-то "джек-лондоновское"...