Секешфекеш

— Король Иштван из Дома Арпадов, Первый своего имени, Король Мадьяров, Тарьянов и Кабаров, Владыка семи племен и Защитник Государства. Да правит он долго!

— Пётр Орсеоло из дома Орсеоло, Первый своего имени, Король Мадьяров, Тарьянов и Кабаров, Владыка семи племен и Защитник Государства. Да правит он долго!

— Андраш из Дома Арпадов, Первый своего имени, Король Мадьяров, Тарьянов и Кабаров, Владыка семи племен и Защитник Государства. Да правит он долго!

— Бела из Дома Арпадов, Первый своего имени, Король Мадьяров, Тарьянов и Кабаров, Владыка семи племен и Защитник Государства. Да правит он долго!

Долго ли коротко ли, уж как у кого получилось. Но всем, ясное дело, хотелось подольше.

Мы в венгерском Реймсе, перед нами Сад руин.

1 из 4

Это такое поэтическое название, а так-то просто руины. Когда-то здесь была базилика, где короновали всех венгерских королей. Ну, а потом в ней же их и хоронили. Так что мы с вами практически на кладбище.

— Вы фсё врёте! Самый первый король Иштван короновался не здесь, а в Эстергоме!

— Какой вы умный! Я уж надеялась, прокатит. Ну приврала маленько для красного словца.

Да, Иштван Первый Святой короновался в Эстергоме. Я про это рок-оперу смотрела. Но зато уж все прочие, все эти Белы, Гезы и Андраши короновались здесь, на этом самом месте. В руины базилику превратили турки. Но потом справедливость восторжествовала, и турецкое наследие в виде бань теперь тоже в руинах.

А базилику Святого Иштвана отгрохали в 18 веке заново, вот полюбуйтесь. Простенько, да? Можно было цветистей отгрохать, но это вам все же не Будапешт.

— А что, что? Не Будапешт, а что тогда? Чего вы фсё тянете резину, не говорите, где мы?!

— Какой вы нервный! Не резину тяну, а держу интригу! Сейчас скажу: мы в Секешфехер, в Секешфекеш…

— Что за Фекешсекеш такой, куда вы меня привели! Я буду жаловаться!

— Вот псих! Не Фекешсекеш, а Секешфекеш. Нет, Фехер. Секешвехервар! Секешфехервар, точно!

Я ведь уже говорила, что венгерский язык очень простой! В нем все наоборот, противоположно тому, как это бывает у нормальных людей. Вот и Székesfehérvár такой! В нем «с» на самом деле «ш», а то что кажется «ш» или «ж», это и есть «с». Меняйте все звуки шиворот навыворот и вы в два счета научитесь читать по-венгерски!

Что-то я еще хотела вам сказать… Сбил меня этот псих! Мысли у меня как осенние листья: только сгребла их в кучку — вжух, и они вмиг разлетелись как попало!

Ладно, начнем сначала, от вокзала. Из Будапешта добраться до Секешфекеша просто, всего около часа на электричке. Конечно, я хотела в Секешфекеш! И конечно, у меня был план! Даже План! По дороге я открыла карту, желая запечатлеть мысленный образ Плана в своем слабом сознании более отчетливо, чтобы не пропустить ничего важного.

Посмотрела на карту, тряхнула списком, тут же рассыпав двадцать пять пунктов плана, и вижу: тю, да тут не План, а так, план! Даже планчик! Чего мудрить, вот три улицы: Арани Янош, Кошута и Фё, одна площадь, пяток церквей, волнистый домик, башенка и замок. Уж мимо замка я не промахнусь, уж в трех соснах улицах я не заблужусь, уж на площади я не закружусь, уж… Одним словом:

— На Кошута! — скомандовала я, когда мы вышли из здания вокзала.

— Есть! — взял под козырек Мишка, и мы устремились к центру.

По утреннему времени город был тих и как-то сонно улыбчив. Уже проснулся, но пока нежится под одеялом и рад возможности еще повалятся.

Святой Иштван замер на своем бронзовом коне, сахарная снежная пудра густо осела на траве, но истаяла на мостовых.

Баба Катя катит свою тележку, навеки запав колесами в расщелины булыжников.

Припаркованные машины стоят рядами анахронизмов на узких улочках 18 века.

Они — самое новое, что есть в городе, а самое древнее — старушка Святая Анна, маленькая часовенка 15 века.

Ой, а вот и волнистый Павлиний домик изгибается всем фасадом, так и светится теплой желтой улыбочкой, невзирая на облупленный макияж. Я-то думала, он Павлиний, потому что такой извилистый, но оказалось, все проще: вот только сейчас, минуту назад, я заметила на фасаде «реальных» павлинов.

Ба, а это что? В узком тоннеле между домами нас заключает в объятия прошедшее длящееся время Рождества и Нового года!

1 из 7

1 из 2

Из густого Рождества переулка мы вынырнули в скромное, классическое Рождество на главной площади города — Варошхаз в объятиях Епископского дворца, нескольких домиков и собственно Варошхаза, сиречь ратуши.

Выполнив свои традиционные ритуалы: елку, вертеп и оленей с санями, Рождество тихо упокоилось в серых сетях праздничной иллюминации.

И тут повеяло сладким ароматом фруктов и корицы. Пунш! Такой вкусный и пьяный, а о горячий картонный стаканчик так чудесно греть замерзшие руки. После пунша настроение повысилось еще градусов на десять-двенадцать! Ты смотри, арлекин демонстрирует чудеса равновесия, я бы так не смогла, ну точно не после пунша!

Так, Кошута и Арани Янош прошли, площадь посетили, теперь Фё и в замок!

Замок Бори (он, кстати далеко, пришлось ехать на автобусе) — это памятник любви Йено Борик своей жене!

— Опять фсё врете! Какая-такая любоффь-моркоффь! Этот Бори просто псих, кучу денег на ветер извел!

— Опять вы! Не буду ничего рассказывать и показывать! (Вам, друзья, я конечно все расскажу и покажу, но в другой раз, когда этот уйдет).

Через два часа, пропрыгав по всем лестницам, переходам, галереям и башенкам замка, с чувством глубокого удовлетворения мы вернулись сначала в город, а потом на вокзал и в электричку.

Блаженно вытянув гудящие ноги и привалившись к стеклу, я рассеянно смотрела сквозь проносящийся мимо пейзаж. Какая я все-таки молодец! Весь план выполнила: три улочки, пяток церквей, волнистый домик, замок и… Башенка! Башенку пропустила!

— А я говорил, говорил! Ага-ага! Придерживай, Катя, башенку-то свою, Пизанская она у тебя, сикось-накось вся, и чердак закрывай поплотней, чтобы не свистел!

— Да заткнись ты, без тебя тошно!

Как я могла забыть про башенку?! Как?! В полнейшей ажитации я чуть было не начала рвать на себе волосы, но вовремя спохватилась, что их у меня и так мало. К тому же мешает шапка. Надо проверить, осталась ли под шапкой голова. Внутренний псих (а это всегда был он) требовал срочно найти виноватого! Ну и кто у нас виноват? Мишка виноват!

— Ты почему мне не напомнил? О чем думал вообще? Трудно было сказать, что ли?

— Да какая башенка! Я вообще ничего про это не знаю! Это же твой план!

И ведь не поспоришь, Мишка ни при чем, план мой, и исполнение плана тоже мое.

— А завтра куда?

— Ну, я в Эгер думала. Там у меня тоже — план.

— В Веспрем поедешь?

— Понятия не имею, а что там?

— Три улочки, пяток церквей, площадь и замок. А еще дорога туда лежит чрез Секешфекеш. Но если хочешь в Эгер, тогда в Эгер.

— Да Сехерфехер с ним, с Эгером. Поехали в Веспрем!

И мы поехали… Башенка обнаружилась сразу, стояла в подворотне на улице Кошута, где ей и полагалось стоять.

На часах пробило десять. Заиграла музыка, и мы, вытянув шеи, ждали, что вот-вот откроется волшебная дверка, и оттуда покажутся разные интересные фигурки. Но… ничего не произошло. Музыка стихла, а волшебства так и не случилось. Ну Секешфекеш, ну ты даешь! Может, зимой всякие принцы-принцессы и короли-королевы мерзнут, и поэтому держат двери на запоре? Впрочем, если вы думаете, что я расстроилась — ничуть: волшебство ведь не входило в мой план. Но на всякий случай, если вам вдруг повезет больше чем нам, вот вам расписание волшебств: 10.00 — 12.04 — 14.00 — 16.00 — 18.00 — 19.04

1 из 3

А теперь в Веспрем, где у меня, слава богу, нет никакого плана!

Цикл материалов "Венгрия"