Выполняя просьбу дочерей, отец познакомил их с ДНР
Фото: Размик Закарян © URA.RU
55-летний Андрей Спицын отправился из Свердловской области в Донбасс с 3,5 тоннами гуманитарного груза. Компанию ему в дороге составили дочери — 15-летняя Ева и 13-летняя Диана. Поездка обернулась для семьи серьезным испытанием: ночевки в автомобиле, пролетающие над головой осколки и знакомство с войной, после которого у девочек появились позывные и фронтовые друзья, за которых они теперь молятся. Подробности — в материале URA.RU.
Реж — Екатеринбург — Донбасс
Он прокусил губу до крови, когда в километре от машины громыхнул взрыв. Не потому, что испугался за себя. Просто в тот момент сзади, укрытые старыми армейскими спальниками на заднем сиденье «Газели», спали его две дочери. Ева и Диана. Пятнадцать и тринадцать лет.
Андрею Спицыну — 55 лет. Он родом из небольшого уральского города Реж, известного тем, что именно там появился на свет человек, ставший прототипом Данилы-мастера из сказов Павла Бажова. Однако теперь у этого города появляется новый повод для легенд — история об отце, который, называя себя «почтальоном между жизнью и смертью», отправился в путь через линию фронта, везя свой самый ценный груз.
Свои среди своих
Андрей Константинович («Стечкин» — его позывной) возит гуманитарку с июня 2022-го. Двадцать семь рейсов. Для бойцов 137-й отдельной штурмовой бригады «Урал» он не просто волонтер, а родной человек. Когда он въезжает на своем груженом автомобиле, солдаты знают: приехало не просто железо и стройматериалы, приехал привет из дома.
Уралец долго обдумывал решение о том, чтобы отправиться в зону СВО вместе с детьми
Фото: Размик Закарян © URA.RU
На этот раз выезд состоялся 25 февраля. Дорога до границы заняла двое суток, затем в Россоши (местные товарищи попросили прихватить еще коробки), и, наконец, таможня. Пункт пропуска «Должанское». За ним — «красная зона».
— Своим риском девочки хотели показать единство с фронтом, — говорит Андрей, поглядывая на дочерей. Ева и Диана сидят рядом, иногда вставляют слова, но больше слушают. Взгляд у них уже не детский. — Не испугались. Чтобы показать другим детям: фронту нужно помогать. Показать пример сверстникам. Подготовка к поездке велась в обстановке полной секретности.
В машине, кроме личных вещей и спальников — 3,5 тонны груза. Инструменты, стройматериалы, амуниция, медикаменты и сотни детских писем. Треугольники, сложенные неумелыми руками, которые пахнут школой и домом. Именно эти письма станут индульгенцией для двух хрупких девчонок, отважившихся на шаг, на который решаются далеко не все взрослые мужики.
«Вы с ума сошли?»
Местами старые указатели еще предстоит демонтировать и заменить на новые
Фото: Андрей Спицын
Первая точка разгрузки — под Макеевкой. 137-я бригада «Урал». Замкомандира батальона с позывным «Дон» встретил их лично. Говорят, когда из кабины «Газели» показались сначала Ева, а за ней Диана, у видавшего виды комбата на мгновение дернулся глаз. Две хрупкие фигурки в пуховиках, с косичками, торчащими из-под шапок, на фоне заснеженных полей и замаскированной военной техники — это был кадр, который не снился ни одному режиссеру.
— Вы с ума сошли? — это был первый вопрос, заданный Андрею. — Уговорили, — только и развел руками отец. А потом случилось то, что бойцы называют «маленьким чудом». Война отступила на несколько часов. Суровые мужики в бронежилетах, с руками, пропахшими порохом и соляркой, превратились в обычных отцов и старших братьев. Они повели девчонок на экскурсию. Под охраной автоматчиков (спецпатроны от дронов — дело серьезное), быстрым шагом, перебежками, ныряя под маскировочные сети, Еву и Диану провели по расположению.
Девочки старались не отвлекать бойцов от важных задач, но все же сделали несколько фото на память
Фото: Андрей Спицын
— Расчехлили пушку, показали, — Андрей до сих пор волнуется, рассказывая. — Продемонстрировали тактико-технические характеристики, калибр, дальность выстрела. А потом подвели к тягачу. Сняли часть масксети, спустили дочек в люк. И завели! — Голос отца срывается на смех. — Эмоций там было на тонну! Глаза у них горели, как звезды.
Девочкам показали солдатский быт: баню самодельную, мастерские под открытым небом, где в мороз и слякоть ребята латают технику. И, конечно, святая святых — солдатская столовая. Повар Коля наложил им полные миски, а бойцы тут же натаскали конфет и печенья. Каждый хотел угостить, прикоснуться к этому кусочку нормальной жизни. Обнимали, фотографировались, шептали слова благодарности. У многих самих дома остались такие же дети.
— Обалдели, конечно, все от их смелости, — вспоминает Андрей. — Подходили, знакомились, спрашивали, как зовут. Ева и Диана вручали им письма от школьников, читали слова благодарности. Там даже мужики с каменными лицами отворачивались, чтобы никто не увидел слезу.
Дорогами боли
Отдав груз и попрощавшись, двинулись дальше. Ясиноватая, Донецк, Горловка, Зугрэс. Восемь километров в сторону — указатель на Авдеевку. Место, где сложили головы их земляки. Андрей остановил машину. Вышли на холодный ветер, поклонились в ту сторону. Помянули павших. Сделали фото — для истории, для себя. И бегом обратно в кабины. Опасно.
Девочки мечтают встретить Победу на территории ДНР
Фото: Андрей Спицын
Волноваха. Мариуполь. Здесь картинка с телеэкрана превратилась в реальность, от которой стынет кровь. Разбитый «Азовсталь» — огромный скелет завода, искореженный металл, горы бетона. Драмтеатр с черными дырами вместо окон. Дома, которые просто «срезаны» под фундамент. Тишина.
— Дочки были молчаливы, — тихо говорит Андрей. — Серьезны. Каждый шаг — только в мой след, за мной. Опасно там еще. Земля простреливается.
В Мариуполе судьба свела их с 76-летней Надеждой. Ее сын ушел добровольцем в ряды ВС России. Старушка в цветастом платке взяла девчонок за руки и повела по своему двору. Экскурсия страшнее, чем по военной базе. Дыры в воротах от пуль, пробитая осколками крыша. В огороде, где по весне должны всходить грядки, до сих пор валяются гильзы от крупнокалиберного пулемета и рваные куски металла.
— Собирайте, — сказала Надежда. — На память. Чтобы знали. Ева и Диана молча собирали осколки в пакет. Прикасались к истории, которая в учебниках еще не написана.
Цена «безбашенности»
В обратную дорогу тронулись через КПП «Новоазовский». Десятки блокпостов, броневики, Росгвардия. На одном из постов боец заглянул в салон, увидел две пары глаз из-под капюшонов и присвистнул: — Ого! А вы откуда и куда?! Урал, Екатеринбург. Понятно, наши, безбашенные!
Девочки регулярно подходят к карте и демонстрируют своим сверстникам те места, которые они посетили
Фото: Размик Закарян © URA.RU
Это слово — «безбашенные» — стало негласным позывным всей поездки. Только вот за этой внешней бравадой стоял огромный риск и тихий ужас отца.
— Я переживал так, что прокусил нижнюю губу, когда в километре бахнул взрыв, — признается Андрей. — Внутри был напряжен до предела. Но виду не показывал.
Они ехали неделю. Питались «дошираком», разогревая воду на газовой горелке. Спали в машине сидя. Девочки умудрялись на заднем сиденье сворачиваться «валетиком». Как? Андрей до сих пор удивляется. Туалет — сугроб на обочине или, в лучшем случае, кабинка на АЗС. Умывались из бутылки. И ни одной жалобы. Ни разу. — Девочки все вынесли героически. Неделю в машине — они поняли, что участь «гумщика» не сахар, — улыбается отец.
Возвращение
В Реж вернулись 2 марта. Проехали 5600 километров, из них 450 — по «красной зоне». В машине, по словам Андрея, дочери молчали. Не могли говорить. Только дома, спустя пару дней, прорвало.
Директор школы Светлана Николаева испытывает чувство гордости за своих учениц
Фото: Размик Закарян © URA.RU
— Это была не страх. Это была боль, — объясняет Андрей. — Боль за убитых нацистами детей и женщин Донбасса, за страдания народа. К ним пришло тяжелое понимание слова «ВОЙНА». У меня есть погибшие близкие друзья, которых дочки знали лично. Круг замкнулся.
Ева и Диана Спицыны — уже не просто школьницы, у которых синие пояса по карате, золотые и серебряные значки ГТО. Теперь у них есть свои позывные, данные бойцами. Ева — «Береза». Диана — «Феникс».
В школе №2, куда они ходят, директор Светлана Николаева до последнего момента не знала, куда отправились ученицы. — Это была выношенная история, — делится с журналистом URA.RU Светлана Николаева. — Они никому не рассказывали. Мама просто передала заявление в школу. Я была настолько удивлена, когда узнала. Я понимала, что семья патриотичная, папа этим занимается давно. Но чтобы девчонки решились на такой поступок... Для меня это пример истинного мужества. Мы все ищем героев, а они — среди нас.
Вместо послесловия
Сейчас Андрей, Ева и Диана уже разбирают коробки для 28-го выезда. Списки готовы. Позывные вписаны в блокнот. «Уральский фронт — za наших!» — говорит на прощание Андрей.
Пока отец со старшими дочерьми бороздил просторы Донбасса, мать с двумя младшими ждала их дома
Фото: Размик Закарян © URA.RU
— Я теперь уверен, что не зря рисковал, — он смотрит на дочерей. — Мы вырастили с супругой Ириной сильных духом, бесстрашных детей. Они верующие, православные, знающие тепло семьи и любовь к ближнему. Они будут правильно воспитывать своих детей. И я знаю точно: мои дети и внуки никогда не пойдут плясать у Вечного огня и не будут там прикуривать. Они будут понимать, какой ценой досталась Победа в 45-м и какой ценой достанется эта...
«Феникс» и «Береза» стоят рядом. Смотрят спокойно и твердо. В их глазах — отсвет той самой «красной зоны» и бесконечная благодарность от мужиков в камуфляже, которые теперь знают: там, на Урале, у них есть не просто тыл. У них есть будущее. Сильное, бесстрашное и молодое.
«От бойцов 137-й отдельной штурмовой бригады „Урал“ передаю слова низкого поклона всем, кто собирал груз для 27-го рейса. Спасибо, что не бросаете нас один на один с тяготами. Каждый болтик, каждый саморез, кусок железа — это народный вклад в Победу! Вместе мы — огромная сила! И будем вместе до победного конца!», — поблагодарил уральцев замкомандир.
В 82 километрах от Екатеринбурга живет семья, которая переплавила страх в мужество, а детство — в судьбу. И кто-то, возможно, назовет их безбашенными. Но только они знают настоящую цену этого слова. Цену, которую заплатили за право называться русскими.
1/12
Фото: Андрей Спицын