5 марта 2026 г. в Библиотеке им. Ф.М. Достоевского РСМД провел городской завтрак «Конфликты на Ближнем Востоке и российский бизнес: логистика, энергетика, промышленный экспорт». Эксперты обсудили условия для работы российского бизнеса в регионе в связи с меняющейся военно-политической обстановкой. В рамках мероприятия состоялась презентация доклада РСМД «Конфликты на Ближнем Востоке и в Северной Африке: современное состояние и возможная динамика».
Спикеры:
Михаил Маргелов, вице-президент федеральной девелоперской Группы «Эталон», член Попечительского совета и вице-президент РСМД;
Василий Кузнецов, заместитель директора по научной работе Института востоковедения РАН, член РСМД;
Николай Сухов, ведущий научный сотрудник Центра ближневосточных исследований ИМЭМО им. Е.М. Примакова РАН.
Гурген Гукасян, ведущий научный сотрудник Центра арабских и исламских исследований Института востоковедения РАН;
Дмитрий Кику, заместитель генерального директора РСМД;
Модератором выступил программный менеджер РСМД Иван Бочаров.
Тезисы
Михаил Маргелов
Российские компании представлены на Ближнем Востоке в ряде секторов: атомная энергетика, военно-техническое сотрудничество, а также логистические проекты, включая создание хабов, например, в Судане.
За последние четыре года возросла роль стран Персидского залива как финансовых центров, в том числе в сфере нефтетрейдинга. Однако большинство крупных инфраструктурных проектов России, начатых в доковидный период, сейчас заморожены или отменены.
Российский девелопмент на Ближнем Востоке практически не представлен. Арабские партнеры готовы привлекать российские компании только как подрядчиков. Инвестиции в Россию из региона не поступают, несмотря на существующий спрос внутри страны.
Активность России в регионе неравномерна. Устойчивые связи сохраняются с Алжиром, Марокко и Ливией. Особое место занимает Египет, где развивается сотрудничество в сферах ВТС, туризма и сельского хозяйства. Наибольшие сложности российский бизнес испытывает в странах Аравийского полуострова и Персидского залива. Основными препятствиями для бизнеса являются непрогнозируемость рынка и высокие риски вторичных санкций.
Вложение средств от параллельного импорта в недвижимость в Судане иллюстрирует, как свободная ликвидность может стимулировать локальные рынки. В России сейчас наблюдается схожая ситуация с накоплением денежной массы, но без притока арабских инвестиций.
Василий Кузнецов
Текущая эскалация была прогнозируема после июньской войны 2025 г., однако сейчас обозначились беспрецедентные явления: убийство легитимного главы Ирана и асимметричный ответ Тегерана ударами по ранее стабильным странам региона. Это ставит для монархий Аравийского полуострова вопрос о целесообразности аутсорсинга безопасности США.
Необходимо готовиться к длительному противостоянию. Даже после завершения израильско-американской военной кампании высока вероятность эскалации «замороженных» конфликтов и появления новых очагов напряженности.
Перед Россией встает сложная задача поиска баланса в отношениях с Ираном, дружественными арабскими странами и Израилем в условиях жесткой конфронтации между ними.
Судьба российского малого и среднего бизнеса на Ближнем Востоке по-прежнему связана с монархиями Персидского залива. Рост цен на нефть в краткосрочной перспективе выгоден России, также возможна переориентация Китая с иранских на российские энергоносители.
Северная Африка остается относительно стабильным регионом для РФ с позитивной динамикой в отношениях с Алжиром. Однако существуют риски, связанные с тем, что новая местная элита в меньшей степени ориентирована на сотрудничество с Россией.
Николай Сухов
Успешны в регионе не те компании, которые избегают рисков, а те, которые встраивают фактор нестабильности в свою бизнес-архитектуру. Большинство угроз для бизнеса исходит не от военных конфликтов, которые достаточно прогнозируемы, а от непонимания деловой среды и региональной специфики.
Компании традиционно недооценивают особенности местной деловой среды и культуру ведения переговоров, критическое значение репутации, изменения в экономической политике стран региона (например, курс на интеграцию иностранного бизнеса, требование локализации, найм национальных кадров и ориентацию на местных игроков).
При выходе на рынок срабатывают финансовый, институциональный и операционный «фильтры». Наличие контракта само по себе не гарантирует реализацию проекта без прохождения этих «фильтров».
Компании на Ближнем Востоке жестко иерархичны. Договариваться через средний менеджмент невозможно. Необходимо сначала заслужить авторитет, и только потом переходить к практическим действиям.
Гурген Гукасян
Страны Аравийского полуострова, например, ОАЭ, имеющие свободную экономическую зону, способны на достаточно независимую от США политику. Однако они испытывают растущее давление вторичных санкций.
Арабские страны выступают конкурентами России в сфере энергетики, однако одновременно являются важными партнерами по ОПЕК+. Особое значение имеет координация с Саудовской Аравией для удержания цен на нефть.
Удары Ирана по энергетической инфраструктуре стран Ближнего Востока наносят существенный урон. В краткосрочной перспективе это может дать преимущество России, однако рассчитывать на долгосрочную выгоду нецелесообразно.
Организация ОПЕК+ сохраняет свое значение как ключевой механизм регулирования рынка, хотя страны Ближнего Востока не обладают прежней денежной массой в связи с глобальным энергетическим переходом.
Арабские государства сохраняют интерес к наращиванию производств. Параллельно сохраняется спрос на импорт из России, если это целесообразно с точки зрения логистики.
Дмитрий Кику
Военные операции США в Иране, как и ранее в Венесуэле, направлены на изменение мировой системы ценообразования на нефть, и, соответственно, построенной на доминировании англо-американских ценовых бенчмарков. Для поддержания ликвидности доллара США нужно усиление ценового бенчмарка WTI на фоне ослабления североморской марки Brent;
В результате центр ценообразования на нефть и, соответственно, принятие стратегических решений на мировом рынке нефти может сдвинуться от ОПЕК+ в сторону США, что повлечет за собой перекраивание всей транспортно-логистической и нефтетрейдинговой системы мирового товарного рынка нефти;
Очевидно, что Вашингтон преследует цель лишить Иран доходов, оставить Китай без дешевой иранской нефти, а Европу — без газа;
В результате европейский газовый рынок пережил шок, какого не видел с февраля 2022 г. Цены в Европе взлетели на 45%, а в Британии — на 50%. Котировки на газ в Европе уже превышают 800 долл. за тысячу кубометров. Тем самым создаются предпосылки для США еще более привязать Европу к своему СПГ;
В случае длительной блокировки Ормузского пролива котировки на нефть марки Brent могут вырасти до 100–120 долл. за баррель. Такая же ситуация с СПГ из Катара, который будет заблокирован внутри Персидского залива и в результате цены на газ в Европе и Азии могут вернуться к отметке в 1000 долл. за тысячу кубометров;
Складывающаяся ситуация в краткосрочной перспективе создает для России благоприятные условия: российские экспортеры смогут заработать за счет, во-первых, мирового роста цен на нефть, а во-вторых, снижения дисконта. Увеличиваются поставки российской нефти в Китай. Индия не сможет соблюдать ограничения США, вернувшись к импорту значительных объемов «черного золота» из России;
Для России важно активизировать работу по созданию отечественных ценовых индексов на энергоресурсы, разработать национальную систему оценки и соответствующую методологию. Также необходимо активнее противодействовать новому элементу «нефтяной войны» — бороться с задержанием танкеров с российской нефтью в открытом море.