В Малом театре при неизменных аншлагах продолжаются премьерные показы комедии «Расстроенная семья» по пьесе императрицы Екатерины Великой, написанной 240 лет назад. Режиссер – Андрей Максимов.
В последние годы Малый театр обживает две небольшие и необыкновенно уютные сценические площадки: Малую сцену на Ордынке и Камерную сцену на Серпуховской площади. На них старейший театр Москвы продолжает свои смелые репертуарные искания. Совсем недавно, в нынешнем 270-м сезоне, на малые подмостки впервые вышли персонажи романа Владимира Набокова «Защита Лужина» и герои новелл Стефана Цвейга. «Расстроенную семью» зрители ожидали с особым нетерпением, что понятно: эту комедию написала императрица Екатерина II в 1786 году. В России это – первое сценическое прочтение пьесы. Правда, около трех десятилетий назад эта комедия «матушки-государыни» появилась в репертуаре Русского театра Эстонии («Сюдалинна») в постановке Андрея Максимова. Так что режиссер обращается к пьесе, которой явно очарован, не впервые.
Жанр обозначили как «лирическая комедия», поставили и сыграли как просветительскую акцию. Зритель действительно узнает немало нового. Например, о пьесе императрицы, чье литературное наследие издано в 12 томах и включает – помимо драматических произведений – сатирические статьи, назидательные повести, политические трактаты, аллегорические сказки, автобиографические записки, письма. Нередко «Расстроенную семью» сравнивают с «Тартюфом» Мольера – напрасно: пьеса императрицы слишком незамысловата и простодушна. Большее влияние на нее оказали мелодрамы и комедии Якова Княжнина, а с «Недорослем» Дениса Фонвизина, написанном на четыре года раньше «Расстроенной семьи», ее автор вступает в спор. Екатерина II не обличает дворянства – в ее комедии нет простаковых и скотининых, а все зло сконцентрировано в одном мошеннике. Да и представители молодого поколения – милы и доверчивы, совсем не похожи на жестокого избалованного недоросля Митрофанушку.
Итак, семья Собриных – прочная и благополучная: мать и отец, дочь и сын преисполнены взаимной любви и преданности. В семействе начинается хлопотное время сватовства и подготовки к свадьбе дочери, с чудесным именем Прелеста, и потомственного дворянина Добрина. Кажется, счастье не за горами и ничто не предвещает беды. Но в дом проникает странный человек Двораброд (бродящий по дворам) из породы лжецов и интриганов. Он строит козни, распускает подлые сплети – наговаривает невесте на жениха, жениху плетет вздор про невесту, попадает на его удочку даже рассудительный глава семьи. Упивается своей властью над людьми. Близкие люди начинают подозревать друг друга. И только старшая Собрина не поддается клевете, быстро восстанавливает справедливость, ее-то благоразумие спасает ситуацию. И, конечно, мораль: женщина-мать – надежная хранительница хрупких семейных отношений, которые так легко разрушить...
Просветительская комедия «Расстроенная семья» – дитя своего времени и написана согласно теории трех единств – времени, места и действия, – принятого в драматургии эпохи классицизма. Режиссер сохраняет, а актеры нежно подчеркивают сладкоголосую архаику: «Я ласкаюсь, что ее увижу», «Батюшка не жалует, чтоб в его доме занимались вестьми городовыми, некасательными до нас», «Чувствую, что разнемогаюсь», «Он не имеет ко мне склонности». Как прекрасны говорящие имена: Прелеста, Двораброд, верный друг хозяина дома Предынь. Режиссер (он же автор сценической версии) сохранил язык XVIII века со всеми его старинными, но вполне узнаваемыми лексическими конструкциями, что передают аромат эпохи.
Андрей Максимов в предпремьерном интервью сказал: «Мне очень захотелось, чтобы спектакль начался с того, чтобы открылся занавес и на сцене стоял памятник Екатерине, который находится в Петербурге напротив Александринки. А потом чтоб этот памятник ожил, сказал какие-то слова Екатерины». Раздвигается алый занавес с вензелем Екатерины, и по центру сцены на пьедестале императрица в бронзовой мантии – красивая, элегантная, величавая, – вокруг застыли актеры, участвующие в спектакле. Подумалось: сейчас они заговорят, а Екатерина – хитро подмигнет или улыбнется, благословляя их. Но – нет, заговорила сама Екатерина – властно, напористо, с подчеркнутым немецким акцентом – уверенно заявила о достижениях «золотого века в истории России», связанного с ее именем, воздала должное русскому народу, упомянула о своих академических томах сочинений, но странно – почему-то умолчала о присоединении новых территорий, что повлияло на мощь Российской империи.
На крошечной сцене вдоль задника – светлый многосекционный шкаф, который от освещения меняет небесно-солнечные оттенки (художник по свету Нарек Туманян). Через двери шкафа выходят персонажи. Художник-постановщик Мария Шуплецова придумала и стилизованные наряды, передающие моду екатерининской эпохи: пышные женские платья с фижмами, оборками, вышивкой и кружевами, расшитые камзолы всех цветов, шали, парики, халаты и ночные колпаки. В таком свободном и праздничном антураже привольно чувствует себя спектакль, поставленный с нравоучительным простодушием. Андрей Максимов создал легкую комедию: «Мы хотим, чтобы человек ушел в хорошем настроении. Я считаю, что в Малом театре, где есть потрясающие серьезные, мощные произведения... должны быть и развлекательные вещи тоже».
Ради этого потревожили забытую и по сути очень простую комедию. В задачу авторов спектакля не входило «повернуть» старинную пьесу навстречу сегодняшней реальной жизни, как четверть века назад поступили с просветительскими сочинениями режиссеры Сергей Женовач («Мельник – колдун, обманщик и сват» Александра Аблесимова в Театре на Малой Бронной в 1993-м) и Леонид Эйдлин (фонвизинский «Бригадир» под названием «Привет вам, господа!» в Саратовском ТЮЗе в 1998-м). Оба спектакля прозвучали современно и остро. Малый театр решил старательно соблюсти точность буквы, подчеркнув вечный конфликт добра и зла, неподвластные времени ценности: семья, любовь, преданность – и повторить мысль о том, что прогресс цивилизации не отменяет простой истины – люди остаются людьми во все времена.
Актеры Малого театра – искусные портретисты, они владеют смыслами характеров, передают любовные интриги и шутки, большинство из которых не утратили привлекательности. Актерский ансамбль играет мило и бесхитростно. Вальяжен, благодушен, обходителен глава семьи Панкрат Собрин в исполнении Владимира Носика. Он хлопочет о приданом дочери, учитывая, что и сын подрастает. Его жену играет Елена Харитонова – в ее героине сгусток энергии, и ее применение имеет мощную мотивацию: главное – счастье семьи. Актриса исполняет еще одну роль – ее мудрая, царственная и велеречивая Екатерина Вторая появляется в прологе и финале спектакля.
Необыкновенно хорош Владимир Дубровский в острохарактерной, почти клоунской, и остроумной роли Таккова – дяди жениха Добрина. Сумасбродный, рассеянный, забывающий слова и факты, вечно подвыпивший, с размагниченной пластикой и чужим париком в руках – несуразный Такков придает спектаклю буйную внутреннюю стихию и страсть, а безукоризненный финальный дуэт мастеров Владимира Дубровского и Владимира Носика становится блестящей кульминацией.
Злодей и плут Двораброд Дмитрия Зеничева харизматичен и узнаваем – такие творят подлости не ради выгоды, ими движет желание убедительно реализовать свою страсть к созданию напряженных ситуаций, в которых они чувствуют себя могущественными вершителями, а точнее, разрушителями судеб. Актер следует методам типажной достоверности – не надо напрягать память, чтобы вспомнить среди своих знакомых таких вдохновенных трикстеров.
В роли Предыня опытный и органичный актер Алексей Анохин. Молодые обаятельные актеры Елизавета Соловьева (Прелеста), Кирилл Шварценберг (Добрин), Александр Годованец (Иван Собрин, брат Прелесты) убедительны в своих романтических ролях. Традиционный дуэт слуг: ловкая Мавра (Екатерина Базарова) и простак Трофим (Петр Жихарев) – яркие, подвижные, остроумные комические образы.
В эпилоге на сцене вновь появляется Екатерина и неожиданно заявляет: «А знаете что? Никуда я не пойду, останусь лучше с вами», – и начинает общий танец (балетмейстер Леша Кот, композитор Кирилл Лукин). Императрица сказала правду – пьеса «Расстроенная семья», открытая Малым театром, действительно останется с нами.