Злоупотребления в банкротстве лишают несостоятельное лицо сопряженных с личностью компенсаций - ВС РФ | Общество

Москва. 20 февраля. ИНТЕРФАКС - Гражданин-банкрот не может быть лишен компенсации морального вреда, ее сумма подлежит зачислению в конкурсную массу только в том случае, если несостоятельное лицо допускает злоупотребления в собственной процедуре банкротства, решил Верховный суд (ВС) РФ по итогам рассмотрения спора в деле о несостоятельности Владимира Сорогина.

КОРПОРАТИВНО-УГОЛОВНЫЙ КОНФЛИКТ

Это дело стало следствием конфликта между его братом Сергеем и Михаилом Троцким, владеющим телекоммуникационной компанией "Зуммер", которая эксплуатирует оптоволоконные линии связи на Урале и в Западной Сибири. Сергей Сорогин был миноритарным партнером (35%) и генеральным директором в дочернем обществе "Зуммера" "Северное волокно", Троцкий, насколько можно судить по публикациям СМИ, обвинил топ-менеджера в погашении личного займа за счет средств компании, а тот написал на Троцкого заявление в правоохранительные органы, закончившееся уголовным делом о причинении имущественного ущерба путем обмана или злоупотребления доверием (статья 165 Уголовного кодекса РФ). Подробности не представляется возможным изложить, так как документы судов общей юрисдикции опубликованы лишь частично.

В октябре 2017 года Калининский райсуд Тюмени признал Троцкого виновным, но освободил от наказания в связи с амнистией. При этом был удовлетворен гражданский иск Сергея Сорогина, в его пользу с подсудимого было взыскано 416 млн рублей. Но впоследствии, в октябре 2021 года, Тюменский областной суд отменил приговор и отправил дело на новое рассмотрение.

После приговора Сорогин инициировал дело о несостоятельности Троцкого из-за задолженности по гражданскому иску, а когда приговор был отменен, то бенефициар "Зуммера" добился прекращения процедуры своего банкротства. Но к этому времени Сорогин уступил долг Троцкого Дмитрию Горину (200 млн рублей), Владимиру Сорогину (155 млн рублей) и Евгении Сорогиной (60,8 млн рублей), и после поворота исполнения принятых судебных решений эти трое стали должниками Троцкого. Сорогин должен был вернуть 60 млн рублей, Сорогина - 24,65 млн рублей, Горин - 81,07 млн рублей, свидетельствует постановление Восьмого арбитражного апелляционного суда от 16 февраля 2023 года.

Упомянутый долг Владимира Сорогина повлек уже возбуждение дела о его банкротстве - по инициативе Троцкого. В ноябре 2023 года суд признал его несостоятельным и ввел процедуру реализации имущества. Общая сумма требований с процентами составила 62,57 млн рублей, свидетельствует протокол собрания кредиторов от 6 октября 2025 года.

МОРАЛЬНЫЙ ВРЕД И БАНКРОТСТВО

В мае 2018 года Владимир Сорогин оказался в роли потерпевшего по уголовному делу - его похитили участники преступной группы Сергея Леонтьева и требовали за освобождение 50 млн рублей. В судебных материалах упоминается, что Сорогин "подвергался избиению, в том числе с применением электрошокера".

Позднее участники преступной группы были осуждены, Леонтьев признал вину, и летом 2019 года был приговорен к 16 годам колонии строгого режима. Кроме того, суд взыскал с него 300 тыс. рублей в пользу Сорогина в счет возмещения морального вреда от преступления.

В феврале 2024 года в порядке этих компенсационных выплат на открытый в рамках процедуры банкротства счет Сорогина поступили 296 тыс. рублей, и их судьба стала предметом его спора с финансовым управляющим Андреем Гашкиным. Сорогин требовал исключить эти средства из конкурсной массы и выдать ему, а управляющий выделил ему только сумму в размере прожиточного минимума.

Арбитражные суды трех инстанций подтвердили правомерность действий Гашкина, сочтя, что средства, поступившие банкроту в счет компенсации морального вреда, включаются в его конкурсную массу. Суды исходили из того, что эта выплата не подпадает под перечень имущества, на которое распространяется исполнительский иммунитет.

Однако судебная коллегия по экономическим спорам ВС РФ, рассмотрев жалобу Сорогина, с этим выводом судов не согласилась. Она указала, что компенсация морального вреда неразрывно связано с личностью потерпевшего, и в том числе компенсирует вред здоровью, а в исполнительном производстве взыскание не может быть обращено на суммы, выплачиваемые с этой целью.

Аналогичный подход действует и в банкротстве. "Деньги, выплаченные должнику-банкроту в счет компенсации причиненного ему морального вреда, причиненного посягательством на неимущественные права (жизнь, здоровье, достоинство личности и т.п.), по общему правилу не могут распределяться среди его кредиторов и подлежат исключению из его конкурсной массы", - говорится в опубликованном определении.

Коллегия также указала, что должник не обязан повторно доказывать последствия своих страданий - например наличие заболеваний или необходимость дополнительных расходов на лечение. Эти обстоятельства уже учитываются судом при определении размера компенсации.

Однако есть и пределы защиты права банкрота на суммы таких возмещений. Эти средства могут попасть в конкурсную массу в случае злоупотреблений со стороны самого банкрота, следует из определения ВС РФ. "Таким злоупотреблением, в частности, могут быть недобросовестные умышленные действия должника-банкрота в отношении своих кредиторов, за счет которых должник фактически уже получил требуемую им компенсацию. В этом случае кредиторы вправе рассчитывать на удержание (обращение взыскания) на деньги, поступившие в конкурсную массу в том числе и как компенсация морального вреда", - решила коллегия ВС РФ.

В рассматриваемом случае финансовый управляющий и Троцкий указывали на недобросовестное поведение Сорогина, который, по их данным, неоднократно отчуждал свое дорогостоящее имущество (здания, земельные участки, транспортные средства, долю в хозяйственном обществе), и деньги от продажи в конкурсную массу не поступили. При этом стоимость этих активов многократно превосходила размер компенсации морального вреда.

С учетом этих обстоятельств коллегия ВС РФ отменила решения судов по этому спору и отправила его на новое рассмотрение. Она отметила, что если доводы финуправляющего и кредитора подтвердятся, то позицию Сорогина "следует рассматривать как требование о повторном исключении имущества из конкурсной массы, что является злоупотреблением правом, не подлежащим судебной защите".