Международная классификация запасов нефти и газа (PRMS), мифы и реальность

«I don’t understand you. You don’t understand me. What else do we have in common? »
— Ashleigh Brilliant
«Я тебя не понимаю, ты меня тоже. Что еще у нас общего?»
— Эшли Бриллиант

Авторы: Александр Кутузов, сертифицированный аудитор запасов, член SPEE, SPE,
Оксана Тесля, сертифицированный аудитор запасов, член SPEE, SPE,
Максим Саакян, сертифицированный аудитор, член SPEE, SPE,
под руководством генерального директора Геннадия Якубовского

Дата: декабрь 2025 г.

В условиях санкций и ограничения доступа к западному капиталу тема прозрачности отчётности о запасах нефти и газа приобретает особую актуальность. Российским нефтегазовым компаниям приходится искать новые источники финансирования и убеждать инвесторов в надёжности и эффективности своих проектов. Одним из ключевых факторов доверия является понятная и общепринятая система классификации запасов углеводородов. Международная система Petroleum Resources Management System (PRMS) рассматривается как «золотой стандарт» отчётности, обеспечивая сопоставимость результатов оценок нефтегазовых проектов по всему миру.

«Я тебя не понимаю, ты меня тоже», так можно описать диалог между российскими недропользователями и инвесторами из азиатских, арабских и других дружественных стран, а также инвесторов внутри Российской Федерации, в котором каждая сторона говорит на своём «языке запасов». В этой статье мы проанализируем, как применение PRMS упрощает взаимопонимание, укрепляет доверие и приносит российскому бизнесу прямые экономические выгоды.

Для этого мы рассмотрим основные принципы PRMS и связь с международными стандартами финансовой отчетности (МСФО), поговорим о ключевых отличиях между PRMS и российской классификацией запасов нефти и газа, утвержденной на государственном уровне, учет по которой осуществляется Государственной комиссией по запасам полезных ископаемых (ГКЗ Роснедра), а также развенчаем популярные мифы о PRMS.

Ключевые принципы PRMS

PRMS – это международная система управления ресурсами и запасами углеводородов, разработанная Обществом инженеров-нефтяников (SPE) совместно с Всемирным нефтяным конгрессом и рядом профессиональных организаций. Её принципы нацелены на максимально объективную оценку того, сколько нефти и газа компания действительно сможет добыть с коммерческой выгодой. В основе PRMS лежат четыре ключевых критерия, чтобы считаться запасами, объемы должны быть:

• открытыми (discovered),
• извлекаемыми (recoverable),
• коммерческими (commercial)
• извлекаемыми после даты оценки (remaining)

Иными словами, учитываются только те объёмы, которые можно добыть и продать с прибылью, используя существующие технологии и при разумных экономических допущениях.

PRMS использует вероятностный подход к оценке неопределённостей. Объёмы делятся на категории в зависимости от степени уверенности:

• Доказанные (Proved, 1P) – наиболее надёжные запасы, которые будут извлечены с высокой степенью достоверности. Если применяются вероятностные методы оценки, то должна существовать, по крайней мере, 90% вероятность того, что фактически извлеченные количества сравняются с данной оценкой или превысят ее. В эту категорию обычно входят уже разрабатываемые или подготовленные к разработке участки с обоснованной уверенностью, оцененные как коммерчески извлекаемые.
• Вероятные (Probable) – дополнительные запасы, которые рассматриваются как менее вероятно извлекаемые, чем Доказанные Запасы, но более вероятно извлекаемые, чем Возможные Запасы. В равной степени вероятно, что фактические извлеченные остаточные количества окажутся больше или меньше, чем сумма оцененных запасов категории Доказанные плюс Вероятные (2P). В данном контексте, если применяются вероятностные методы оценки, то должна существовать, по крайней мере, 50% вероятность того, что фактически извлеченные количества сравняются с оценкой 2P или превысят ее.
• Возможные (Possible) – дополнительные запасы, которые рассматриваются как менее вероятно извлекаемые, чем Вероятные запасы. Суммарные количества, фактически извлеченные за срок реализации проекта, характеризуются низкой вероятностью того, что они окажутся больше, чем сумма оцененных запасов категории Доказанные плюс Вероятные плюс Возможные (3P), что эквивалентно сценарию максимальной оценки. Если применяются вероятностные методы оценки, то должна существовать, по крайней мере, 10% вероятность того, что фактически извлеченные количества сравняются с оценкой 3P или превысят ее.

Проще говоря, доказанные запасы представляют собой наиболее консервативную оценку, доказанные плюс вероятные – наиболее вероятный вариант, а доказанные плюс вероятные плюс возможные – наиболее оптимистичный сценарий.

Важно отметить, что запасы в понимании PRMS – это только коммерчески извлекаемые количества углеводородов. Вскрытые скважинами геологические объемы, которые не могут быть извлечены коммерчески с применением текущих технологий или заведомо нерентабельны, классифицируются как условные ресурсы, а объемы, не вскрытые скважинами, относятся к перспективным ресурсам. Стандарт требует наличия проекта разработки и рынка сбыта продукции: объемы без намеченного плана освоения и реализации не могут считаться запасами – они остаются в условных ресурсах до тех пор, пока не будет обоснован проект их добычи и найдены пути реализации продукции. Таким образом, PRMS увязывает воедино геологию, технологию и экономику, подчеркивая тем самым, что наличие углеводородов в пласте само по себе недостаточно; критически важно, чтобы существовали условия и намерения выгодно добыть эти углеводороды.

Система PRMS периодически обновляется и дополняется. Последняя редакция (от 2018 г.) учитывает широкий спектр факторов – от затрат на разведку, бурение и строительство инфраструктуры до налогов и цен на продукцию, условий соглашений о разделе продукции, наличие юридических, контрактных, регуляторных и правительственных согласований. Такой комплексный подход обеспечивает инвесторам и руководству компаний более реалистичное представление об активе, чем подходы, опирающиеся в основном на геологию.

Технологии, используемые в разведке, освоении, добыче и переработке нефти и газа, продолжают развиваться и совершенствоваться. Комитет по запасам нефти и газа SPE тесно сотрудничает с профильными организациями, чтобы поддерживать актуальность определений и требований PRMS в соответствии с изменяющимися технологическими возможностями и требованиями отрасли. В настоящий момент идет подготовка к следующему обновлению классификации, намеченному на 2028 г., профессиональные организации формируют свои предложения для учета в новой версии, такие периодические обновления позволяют классификации оставаться актуальной.

PRMS, SEC и российская классификация: принципиальные отличия

Чтобы понять преимущества системы PRMS, важно сравнить ее с другими системами оценки запасов – американской (Комиссия по ценным бумагам и биржам SEC) и российской классификацией. Каждая из них формировалась под свои задачи и цели, и у каждой есть особенности.

Российская государственная классификация исторически фокусировалась на степени геологической изученности месторождения. Категории A, B, C1 и C2 отражали степень разведанности залежей и достоверности информации о них. Однако экономическая эффективность разработки долгое время вовсе не учитывалась. Советские и ранние российские стандарты исходили из предположения, что если нефть есть, то рано или поздно ее добудут. Запасы делились на балансовые и забалансовые, но этот учет был скорее планово-учётным, чем рыночно-ориентированным. Лишь в 2016 году вступила в силу новая классификация, где появилась концепция «рентабельных запасов» – разделения извлекаемых объёмов на рентабельные и нерентабельные в текущих условиях. Тем не менее, по оценкам экспертов, эта реформа до конца проблему не решила: нормативно понятие рентабельности внедрено частично, и многие методики устарели. В результате в российской отчётности до сих пор значатся большие объемы, которые на практике в текущих экономических условиях нерентабельные.

Инвентаризацию запасов нефти в 2019 году проводили Роснедра совместно с ГКЗ и Минприроды России по поручению правительства. Ключевой целью была переоценка запасов с точки зрения их экономической рентабельности: государству требовалось отделить «бумажные» (технологически извлекаемые, но убыточные) запасы от реально выгодных для добычи в текущих налоговых условиях, чтобы получить достоверный прогноз добычи и обосновать необходимость налоговых реформ и льгот для нефтяной отрасли. На рис. 1 показаны результаты инвентаризации извлекаемых запасов, числящихся на государственном балансе, представленные в аналитическом обзоре «Инвентаризация запасов: необходимость системных изменений», VYGON Consulting, декабрь 2019 г.

По данным инвентаризации Минэнерго по состоянию на 2019 г., из порядка 17,2 млрд тонн разведанных запасов нефти (категории А+В1+B2+C1+C2) вошедших в периметр инвентаризации, лишь около 11,2 млрд т (~ 64%) можно считать рентабельно извлекаемыми. Остальные 36% – это потенциально добываемая нефть, но при рассмотренном сценарии постоянных цен (Юралс 69,1 $CША/барр. и обменный курс 63 руб./$США), налогов и применяемых технологий она не приносит прибыли. При базовом сценарии Минэкономразвития, в котором цена на нефть Юралс снижается до 43 $США/барр. к 2030 г., доля рентабельных запасов падает до 36%. Согласно правилам PRMS эти объемы были бы отнесены к условным ресурсам, и тем самым не вводили бы инвесторов в заблуждение относительно реальной ценности актива.

Правила SEC можно рассматривать как часть системы PRMS, сконцентрированную на гарантиях для инвесторов и высокой степени надежности данных. Согласно требованиям SEC, необходимо раскрывать только доказанные запасы – те, которые характеризуются высокой степенью достоверности в отношении их существования и коммерческой целесообразности. Раскрытие вероятных и возможных запасов SEC разрешает, но не требует, поэтому большинство эмитентов ограничивается только раскрытием доказанных запасов. Более того, Комиссия по ценным бумагам и биржам (SEC) предъявляет ряд жестких требований. В частности, запасы ограничиваются сроком действия соответствующих лицензий или контрактов, доказанные запасы должны быть разработаны не позднее пяти лет с даты раскрытия (с последующим списанием при несоблюдении), а также экономическая оценка производится на основе средних цен за последние 12 месяцев без учета потенциальной эскалации цен. Основная цель классификации SEC – защитить инвесторов от завышенных ожиданий и обеспечить стабильность рынков. Компании, чьи акции торгуются на Нью-Йоркской фондовой бирж, ежегодно подают в SEC отчёты о запасах по этой системе – это юридическое требование. В результате отчетность SEC весьма консервативна: она показывает минимально гарантированный объём нефти и газа, на который может рассчитывать инвестор. PRMS же позволяет параллельно дать более полную картину, включая условные и перспективные ресурсы, что важно для оценки потенциала ресурсной базы в целом.

Российская система оценки запасов традиционно уделяет большое внимание детальному геолого-техническому анализу месторождений. Этот подход исторически ориентирован на рациональное использование недр и обеспечение энергетической безопасности страны. Государство играет ключевую роль в регулировании недропользования, и система классификации запасов служит инструментом для контроля за использованием ресурсов, планирования развития отрасли и обеспечения долгосрочных государственных интересов. Акцент на защите недр и обеспечении максимальной выработки запасов соответствует интересам государства в области энергетической безопасности и экономического развития.

PRMS ориентирована на корпоративную отчетность, привлечение инвестиций и различные финансовые аспекты. Она обеспечивает единообразный подход к классификации запасов, который позволяет сравнивать месторождения и компании между собой на международном уровне. Использование PRMS ориентировано на понимание текущего состояния ресурсной базы, необходимое для оперативного принятия решений в корпоративных рамках. Отсутствие отчетности по международным стандартам может снижать инвестиционную привлекательность российских компаний и затруднять понимание их финансового состояния.

Таким образом, каждая из систем имеет свой набор задач и целей. Параллельное применение PRMS и российской системы позволит использовать преимущества каждой из них: PRMS – для корпоративной отчетности и привлечения инвестиций, а российскую систему – для стратегического планирования и контроля за использованием недр.

Прозрачность в отчётности о запасах: ключ к инвестициям и соответствию международным стандартам

Российская система государственного учета запасов исторически была ориентирована на внутренние нужды и использовалась в узком кругу экспертов. До недавнего времени компании публиковали лишь общие итоги по категориям (например, суммы категорий A+B1+B2+C1+C2), это мало что говорило внешнему инвестору о реальной экономической ценности этих запасов. Такой информационный вакуум повышает риски: инвесторы закладывают большую премию за неопределённость или вовсе обходят стороной проекты, где не ясна структура и качество запасов. В период санкций российскому бизнесу особенно важно демонстрировать открытость, чтобы компенсировать общую настороженность рынков. Раскрытие информации о запасах по признанной во всём мире системе классификации PRMS позволяет сделать отчётность понятной и сопоставимой, что напрямую влияет на доверие и готовность инвестировать. Мировая практика показывает прямую связь между уровнем раскрытия информации о запасах и способностью компании привлекать инвестиции.

В юрисдикциях с прозрачной отчётностью нефтегазовые компании обязаны публиковать данные о своих доказанных запасах, зачастую с подтверждением независимых аудиторов. Это требование регуляторов и бирж направлено на защиту инвесторов и поддержание доверия к рынку. В результате компании, предоставляющие понятные и сопоставимые данные о запасах, получают более широкий доступ к капиталу и могут привлекать средства на более выгодных условиях.

Финансовые санкции последних лет в отношении Российской Федерации сделали невозможным привлечение капитала из Европы и США на российский рынок. Компании больше не могут рассчитывать на прежний уровень финансирования, поэтому им необходимо искать доверие инвесторов в других юрисдикциях и на внутреннем рынке. Прозрачность в части запасов становится критически важной: потенциальные российские кредиторы и партнёры из «дружественных» стран, хотят понимать реальную ресурсную базу и её экономическую ценность.

Традиционно, российские нефтегазовые компании привлекали независимых международных консультантов, включая DeGolyer & MacNaughton, Miller & Lents и Ryder and Scott, для оценки объемов нефти и газа в соответствии с международными стандартами. Хотя эти западные компании покинули Россию, ключевой экспертный потенциал остался в стране. Специалисты, годами работавшие в этих структурах и владеющие методологией PRMS, продолжают обеспечивать преемственность высоких стандартов. В текущих условиях дефицита капитала это критически важно. Качественный отчет, подготовленный признанными экспертами, служит для инвестора «знаком качества»: он позволяет прозрачно обосновать ценность актива, доказать его финансовую устойчивость и, как следствие, существенно снизить дисконт на риски в ходе переговоров.

Кроме того, связь PRMS с МСФО позволяет компаниям подкреплять финансовые показатели ссылкой на объективную ресурсную базу и снижает риск претензий со стороны аудиторов и инвесторов. МСФО требуют отражения активов с учётом их способности приносить прибыль в будущем, что в нефтегазовом бизнесе напрямую связано с объёмом запасов. Именно доказанные и доказанные-плюс-вероятные запасы играют ключевую роль при проверке активов на обесценение и при расчёте амортизации. PRMS хорошо сочетается с требованиями МСФО, так как в этой системе изначально заложен принцип экономической обоснованности. Принятые классы запасов по PRMS соответствуют степени освоения месторождения, а принятые категории учитывают диапазон неопределенности, связанный с геолого
техническими характеристиками месторождений углеводородов и экономическими параметрами, например, капитальными вложениями. Так доказанные разрабатываемые запасы – это объемы, которые могут быть извлечены и реализованы за счет уже понесенных капитальных вложений в нефтегазовые активы и инфраструктуру.

В 2020 г. Фонд МСФО (IFRS Foundation) проанализировал срез по 177 юрисдикциям (рис. 2): в 46 странах существуют требования по обязательному раскрытию информации о запасах, из них в 13 существуют прямые требования пользоваться классификациями, совместимыми с PRMS; ещё в 15 случаях регуляторы буквально ссылаются на сам PRMS. В итоге PRMS охватывает значительную долю мировой добычи нефти и газа.

Согласно данным Фонда МСФО, стандарты МСФО являются обязательными примерно в 83% юрисдикций мира. Поскольку International Accounting Standard Board (IASB) в проекте по добывающим отраслям официально опирается на международные классификации CRIRSCO (для твердых полезных ископаемых) и PRMS (для нефти и газа) эти системы фактически формируют основу отчетности компаний, применяющих МСФО.

Таким образом, PRMS и МСФО работают в связке как инструменты защиты интересов инвесторов: МСФО отвечает за «сколько денег принесут активы», PRMS – за «сколько реально коммерчески извлекаемых углеводородов под этими активами числится».

Поэтому во всём мире (SEC, Лондонская, Гонконгская и Сингапурская биржи) PRMS стал естественной «надстройкой» над МСФО: его используют и биржи, и аудиторы «большой четверки», и инвесторы, оценивающие стоимость компаний. Отчетность по PRMS де-факто является стандартом качества раскрытия информации о запасах, на который ориентируются инвесторы и аудиторы, работающие с рынками капитала.

Несмотря на уход некоторых инвесторов из России, хорошо знакомых и ориентированных на стандарты PRMS, на российском рынке остаётся значительное количество инвесторов, как внутри страны, так и за её пределами, которые именно международную систему PRMS воспринимают как наиболее прозрачную и надёжную основу для оценки и управления ресурсами.

В таблице ниже приведены данные о внедрении и использовании PRMS в странах, поддерживающих сотрудничество с Россией.

PRMS, будучи признанным во всём мире стандартом, обеспечивает единые принципы и методологию, которые понятны и принимаются инвесторами из разных регионов, включая Азию, арабские страны и государства БРИКС. В отличие от локальных стандартов, которые могут иметь ограниченную сферу применения и разную степень доверия, PRMS обеспечивает универсальный язык для коммуникации между компаниями, консультантами и инвесторами.

Это означает, что использование PRMS помогает российскому бизнесу сохранить конкурентоспособность и привлекательность для международных партнёров, упрощая доступ к капиталу и способствуя масштабированию проектов. Особенно важна эта универсальность в условиях глобальной экономики, где сотрудничество с инвесторами из разных стран требует единого стандартизированного подхода для оценки рисков и возможностей.

Таким образом, международная система PRMS остаётся важным фактором дальнейшего развития нефтегазового и минерально-сырьевого сектора России, позволяя привлекать инвестиции и поддерживая доверие на международной арене.

Мифы о PRMS и препятствия на пути внедрения

Несмотря на очевидные преимущества международной системы PRMS, в России сложились определенные мифы, осложняющие ее широкое применение. Рассмотрим и развеем основные заблуждения:

• Миф 1: PRMS это американская система, инструмент влияния
  Реальность: PRMS разрабатывается и утверждается коллективно семью крупнейшими профессиональными обществами нефтегазовой отрасли, в состав которых входят инженеры и геологи из десятков стран:
• SPE – Общество инженеров-нефтяников,
• WPC – Всемирный нефтяной совет,
• AAPG – Американская ассоциация геологов-нефтяников,
• SPEE – Общество инженеров по оценке запасов нефти и газа,
• SEG – Общество геофизиков-разведчиков,
• SPWLA – Общество петрофизиков и интерпретаторов,
• EAGE – Европейская ассоциация геологов и инженеров.

В 2019 г. стандарт был официально принят Экономической комиссией ООН как «нефтяной модуль» универсальной классификации UNFC, то есть получил статус международного стандарта. Национальные регуляторы за пределами США прямо вписывают PRMS в правила раскрытия: Канада требует использовать его через норматив NI 51-101, Лондонская AIM и Австралийская биржа (ASX, Chapter 5) столь же однозначно ссылаются на PRMS при листинге нефтегазовых компаний. В практике крупных эмитентов, от Saudi Aramco до Petrobras, аудит запасов по PRMS давно обязателен, чтобы разместить евробонды или привлечь международные банки, поэтому служит скорее «общим языком» мирового капитала, чем чьим-то геополитическим рычагом.

Миф 2: Любой геолог и инженер-разработчик, имеющий опыт с российской классификацией может без проблем выполнить оценку по PRMS просто изучив правила в методичке

Реальность: как известно, «дьявол кроется в деталях», особенно важно это понимать, когда речь идёт об оценке запасов, от которой зависят миллиардные инвестиций. В международной практике установлены строгие профессиональные требования к тем, кто имеет право выпускать и подписывать отчёты о запасах по PRMS. В Канаде, Австралии, Великобритании и ряде других стран публичные отчёты по запасам допускается заверять только Qualified Reserves Evaluator (QRE) – специалисту с подтверждённой квалификацией и как минимум пятилетним практическим опытом в оценке запасов по PRMS или эквивалентной системе. Аналогичные требования также зафиксированы в таких документах, как NI 51-101 и стандартах SPEE. Для аудитора, который рецензирует чужие отчёты – Qualified Reserves Auditor (QRA), требования ещё выше, не менее десяти лет профессионального опыта, включая прямой практический опыт оценки по PRMS.

Эти стандарты введены не в качестве формальности, а на основе многолетнего опыта индустрии. История громкого пересчёта запасов Royal Dutch Shell в 2004 году, когда компания была вынуждена списать около 20 % своих доказанных запасов и заплатила более 100 миллионов долларов штрафов SEC, наглядно показала, к чему приводит недооценка требований к профессиональной экспертизе. В том случае именно ошибки внутренних расчётов и слабый контроль за качеством оценки стали причиной одного из крупнейших скандалов отрасли.

Подготовка качественного отчёта по PRMS – не та задача, которую можно решить только лишь за счёт изучения методических документов. Это отлаженная годами междисциплинарная работа команды геологов, инженеров-разработчиков и экономистов, подкреплённая общим пониманием нефтяного бизнеса, проектной насмотренностью, разнообразным практическим опытом работы с реальными данными и ответственного прогнозирования разработки, а также экономической экспертизой. Подпись независимого аудитора не просто формальность, а ключевой элемент системы доверия, защищающий компанию и её инвесторов от дорогостоящих ошибок в оценке активов.

Миф 3: PRMS сильно занизит наши запасы, мы потеряем часть активов.

Реальность: может показаться, что при переходе на PRMS запасы уменьшаются, но на деле компания ничего не теряет, кроме иллюзий. PRMS просто выделяет из общей массы те запасы, которые действительно окупятся. Остальное не пропадает, эти объемы переходят в класс условные ресурсы, то есть остаются на балансе знаний компании, но сигнализируют инвесторам: для их разработки нужны другие условия (рост цен, новые технологии или контракты на продажу). Лишние объёмы не попадут в запасы, но разве плохо заранее знать, что на них не стоит делать ставку? Инвесторы воспримут такую честность позитивно, ведь она снижает риски сюрпризов. К тому же, если условия улучшатся (цены вырастут, налоги снизятся), часть ресурсов перейдет в запасы – PRMS гибок и отражает актуальную ситуацию.

Миф 4: PRMS нужен только для западных инвесторов, внутри России он бесполезен.

Реальность: прозрачность полезна не только иностранным инвесторам, но и любым заинтересованным сторонам – акционерам, банкам, регуляторам. Российский фондовый рынок тоже ценит понятность: компании, раскрывшие данные по международным стандартам, выглядят более надёжными, их проще сравнить с конкурентами. Кроме того, всё больше потенциальных инвесторов приходят из Азии, Ближнего Востока, где также знакомы с PRMS. Если компания планирует когда-либо выходить на зарубежные рынки капитала или привлекать партнёров в проект, а такие задачи могут встать после нормализации международных отношений, наличие отчётности по PRMS значительно повышает её шансы. Но даже в локальном контексте использование PRMS дисциплинирует менеджмент: проекты оцениваются с позиций окупаемости, капитальные вложения направляются туда, где есть доказанная эффективность. Это выгодно и без внешнего фактора.

Миф 5: Внедрение PRMS – слишком дорогое и сложное удовольствие.

Реальность: действительно, пересчет запасов по новой методике требует инвестиций – в программное обеспечение, обучение персонала, в услуги аудиторов. Для крупных игроков переход реализуем штатными ресурсами; многие уже имеют многолетний опыт отчетов по PRMS по причине листинга за рубежом. Для небольших компаний, безусловно, стоимость и сроки переоценки могут стать барьером. Однако регуляторы и отраслевые союзы могут помочь – например, через создание типовых решений, субсидирование обучения, упрощения процедур. В долгосрочной перспективе выгода от понятной оценки активов многократно превышает первоначальные расходы. По сути, расходы на PRMS – это инвестиция в репутацию и стратегическое развитие, которая окупится снижением стоимости капитала и лучшим управлением портфелем месторождений.

Существует ряд препятствий, которые сдерживают широкое распространение и эффективное использование PRMS в России, считаем, что их преодоление критически важно для улучшения инвестиционного климата, повышения качества бизнес
планирования и успешной конкуренции на глобальном уровне. Давайте рассмотрим эти препятствия и возможные пути их преодоления более подробно:

Низкий уровень осведомленности и понимания ценности PRMS: Многие российские компании, особенно малые и средние, не осознают в полной мере преимуществ, которые дает системное управление рисками. Они рассматривают это как дополнительную бюрократическую процедуру, а не как инструмент для повышения вероятности успеха проекта и снижения потенциальных потерь.

Необходимо проводить просветительскую работу, демонстрируя конкретные примеры успешного применения PRMS, подчеркивая связь между управлением рисками и повышением прибыльности, улучшением инвестиционной привлекательности и снижением издержек.

Отсутствие квалифицированных специалистов по управлению рисками: В России наблюдается дефицит профессионалов, обладающих глубокими знаниями и опытом в области управления рисками проектов. Исторически в вузах и компаниях делался упор на отечественные стандарты. Это затрудняет внедрение и эффективное использование PRMS, поэтому необходимо инвестировать в обучение и подготовку специалистов по управлению рисками. Важно развивать образовательные программы, проводить тренинги и сертификации, а также привлекать иностранных экспертов для обмена опытом.

Культурные особенности: наконец, нельзя сбрасывать со счетов и фактор менталитета. Десятилетиями данные о запасах воспринимались как нечто секретное, дававшее компании информационное преимущество. Прозрачное раскрытие всех деталей может вызывать опасения: а не воспользуются ли этим конкуренты? Не повлияет ли это на переговоры с государством о налогах? Эти опасения, как правило, преувеличены – конфиденциальные технологические нюансы можно не раскрывать, публикуя лишь агрегированные цифры. Однако, чтобы преодолеть культурный барьер, необходима воля топ-менеджмента и поддержка акционеров, понимающих стратегическую ценность прозрачности.

Дополнительные затраты и сроки: Оценка запасов по международным стандартам – процесс трудоёмкий. Для небольших недропользователей это ощутимая финансовая и организационная нагрузка. В условиях, когда маржинальность бизнеса снизилась, найти ресурсы на такие проекты непросто. Компании справедливо опасаются, что ошибки или задержки могут негативно сказаться на результатах оценки. Однако этот барьер можно смягчить: например, проводить оценку постепенно, вначале для крупнейших активов, либо стимулировать консорциумы для совместного финансирования оценки (когда, скажем, несколько мелких игроков нанимают одного аудитора на всех с подписанием необходимых договоров о неразглашении чувствительной информации).

Развитие компетенций по эффективному использованию PRMS в России – это сложная, но выполнимая задача. Преодоление существующих препятствий требует совместных усилий государства, бизнеса и научного сообщества. Инвестиции в образование, совершенствование нормативно-правовой базы, продвижение культуры системного управления и разработка доступных решений PRMS позволят российским компаниям повысить свою инвестиционную привлекательность, улучшить качество бизнес-планирования и успешно конкурировать на глобальном уровне.

В заключение

PRMS – это прежде всего инструмент профессионального управления ресурсами, а не просто способ раскрытия информации. В условиях усложнения инвестиционного климата и роста требований к защите инвесторов критически важно, чтобы оценка запасов велась не по «удобной» схеме, а с опорой на профессиональные стандарты и независимую экспертизу.

Зрелый рынок капитала строится на доверии, а доверие к отчетности о запасах формируют в первую очередь репутация оценщика и прозрачность методологии. Международные инвесторы рассматривают отчеты по PRMS не как бюрократическую формальность, а как основу для финансовых моделей, определения стоимости активов и принятия инвестиционных решений.

При этом качество итоговой оценки напрямую зависит от уровня квалификации как внешних аудиторов, так и внутренней команды компании. Компаниям необходимо работать с проверенными независимыми оценщиками, чья экспертиза подтверждена многолетним опытом оценки запасов по PRMS, отраслевым признанием и историей выполнения работ для ведущих игроков отрасли. Важно обращать внимание на членство экспертов в международных профессиональных сообществах. Если коротко – это должны быть профессионалы, которых знают и которым доверяют. Также важно понимать, что недостаточно просто заказать отчет у уважаемого консультанта, необходимо развивать внутри компании компетенции, позволяющие разговаривать с независимыми оценщиками на одном языке, понимать их мышление и критерии приемлемости данных (mindset профессионального аудитора), интерпретировать результаты аудита и использовать их для стратегического управления портфелем активов и корпоративной отчетностью, поддерживать прозрачность и независимость оценки как фундаментальную часть корпоративного управления.

В конечном счете оценка запасов по PRMS – это не пустая формальность, а часть культуры зрелого бизнеса, который уважает интересы инвесторов и понимает свою ответственность перед рынком.

Источники