Фото предоставлено "Домом моды Лены Макашовой"
26 января отмечает день рождения знаменитый российский дизайнер и художник Елена Макашова. А в ноябре 2025-го Модному Дому Лены Макашовой исполнилось 35 лет. За эти годы название бренда менялось, неизменным оставалось только его ДНК и невероятный крой, который отличает любую вещь, созданную Еленой Макашовой.
Сегодня бренд носит название «ХакаМа», и в этом слове заложен «скрытый философский смысл. В самом доме моды объясняют так: «ХакаМа» — это творческий путь самурая, который служит людям, со своим кодексом чести, достоинства и правилами жизни. А ещё это отдельный японский иероглиф, означающий часть самурайской одежды, а именно штаны, которые так и называются — «хакама». Видимо, именно поэтому Елена Макашова иронично отмечает, что её сложно назвать дизайнером и она «просто шьёт качественные штаны». Хотя все, кто носит её вещи, точно знают, это не просто одежда, а жизненная позиция, в которой нет места желанию «наряжаться», но зато есть возможность выразить себя и предъявить миру свою индивидуальность.
Шеф-редактор IPQuorum Ксения Позднякова уговорила Елену Макашову на интервью и побывала за кулисами дома моды на Сокольнической площади. О том, почему на фирменной бумаге бренда напечатано изображение медведя, о личной коллекции чемоданов, работе с легендарным Вячеславом Зайцевым и дружбе с не менее легендарной Галиной Волчек, а также о том, почему в слове «ширпотреб» нет ничего уничижительного, модельер рассказала нашему изданию.
Фото предоставлено "Домом моды Лены Макашовой"
— Елена Александровна, расскажите немного об истории дома, и как получилось, что вы обосновались именно в Сокольниках?
— Это постройка начала 80-х, и изначально дом планировался как дом полного обеспечения, как тогда говорили. То есть внизу, на первом этаже, должно было находиться всё, что необходимо для жизни. Так здесь появилась фабрика молодёжной одежды. Я сюда пришла в 1985 году, после работы в Доме моды Славы Зайцева, и скоро стала главным художником. Генеральным директором меня сделали много позже. И если честно, то я не очень-то этого и хотела. Но начались 90-е, приватизация. Многие тогда остались без всего, даже без крыши над головой. И коллектив выбрал меня на пост директора. Я согласилась, но только с одним условием: что смогу всем сохранить работу. И вот сохраняю. Как думаешь, почему я в свои годы не ухожу на пенсию? Потому что у меня ещё остались сотрудники, которые со мной 35 лет. Многим уже за пятьдесят, некоторым больше, у нас есть закройщица, которой хорошо за восемьдесят, и я просто не могу им сказать «я устала, а вы делайте что хотите», и потому мы продолжаем работать. Так появился Дом моды Лены Макашовой. Ведь по документам мы именно так всегда и назывались. На вывеске сначала был «Дом Моды Лены Макашовой», потом «Ширпотреб», затем «ХакаМа», но юридически это всегда был и остается Дом моды Лены Макашовой.
Фото предоставлено "Домом моды Лены Макашовой"
— Почему в 90-е вы выбрали для себя такое обидное название, как «Ширпотреб»?
— А что в нём обидного? Ведь оно расшифровывается просто как «широкое потребление». И нет в нём ничего уничижительного, просто люди любят вешать красивые ярлыки. Тогда, в 90-е, все стали именовать себя кутюрье, и это было просто смешно. Какой кутюр, когда вещи были просто плохо отшиты, про вкус я сейчас даже не говорю. А потому «Ширпотреб», давай так, стал для меня эдаким протестом. Если то, что вы продаёте называется «кутюр», тогда мои вещи однозначно «ширпотреб», то есть товары широкого потребления. Я всегда делала вещи для жизни. Кстати, Вячеслав Михайлович Зайцев тоже делал вещи для жизни. И делал это гениально. Это был по-настоящему европейский стиль. Такого до него у нас никто не делал, да и после можно по пальцам пересчитать.
— Но при этом вы с ним разошлись?
— Ну как разошлись?! Посмотри фотографии у меня за спиной. Мы никогда не переставали общаться. Больше того, он всегда говорил, что сделал по-настоящему гениальный ход, когда «выгнал» меня в Сокольники, потому что иначе не получилось бы нашего замечательного Дома моды. И я всё всегда понимала. Он позвал меня к себе в Дом моды на проспекте Мира, когда тот ещё только начинал строиться, и мы несколько лет работали бок о бок. Но там были ещё и главный инженер, и директор, и бухгалтер, и много кто ещё. И у всех был какой-то свой интерес. А Вячеслав Михайлович был настоящий художник, человек настроения. Ну и ему начали капать, мол, «вещи Макашовой продаются лучше». А что значит лучше? Мы все были частью Дома Славы Зайцева. И всё выпускалось под его лейблом. Но даже если что-то из того, что делала я, и продавалось лучше, то только потому, что это было более носибельным в повседневной жизни. И это точно не значило, что я хоть сколько-нибудь была равна Зайцеву. Ему равных не было. Даже Егор Зайцев, а он был невероятно талантливым, недотягивал до его уровня. Про себя даже говорить не буду. Поэтому, конечно, мы с Вячеславом Михайловичем общались. Мне вообще всю жизнь везло на гениальных людей.
Фото предоставлено "Домом моды Лены Макашовой"
— Тогда расскажите о Галине Борисовне Волчек, легендарного худрука театра «Современник». Она же была вашей клиенткой?
— Я не могу сказать, что она была просто моей клиенткой. Она была моя любовь. Хотя почему была, она ей и осталась. Я очень благодарна судьбе, что она считала меня подругой.
— Сколько лет вы дружили?
— Мне было лет тридцать, когда мы познакомились, то есть это было в 80-е. И мы продолжали дружить вплоть до её смерти в 2019 году. Причем с самого начала так повелось, что она очень внимательно отслеживала, пришла я к ней на премьеру или нет. Ей нравилось обсуждать со мной спектакли, что понравилось, что нет. При этом это не значит, что у меня всегда с ней совпадало мнение. Я могла сказать всё что думаю, и она это принимала. Вот что значит гениальный человек, перед ней никогда не надо было заискивать. Я же говорю, что мне всегда Господь даёт рядом гениальных людей.
— Наверняка Галина Борисовна не раз предлагала вам сделать что-то для её театра?
— Конечно. Но у меня есть моя работа. Специально для «Современника» я никогда не работала, но если им что-то требовалось срочно сделать, то, само собой, я никогда не отказывала. Но в целом это не моё. Мне этим никогда не хотелось заниматься. Плюс где на это взять время. Я же и главный художник, и главный бухгалтер, и генеральный директор.
— Помимо фотографий у вас в кабинете очень много медведей. Мишка нарисован и на фирменной бумаге, в которую упаковываются вещи «ХакаМа». Откуда такая любовь к косолапым?
— Потому что моя девичья фамилия Михалевич. И когда мы с сестрой — у меня есть сестра-близнец, Ирина (она, кстати, гениальный конструктор одежды), — воспитывались в интернате, то нас звали просто Мишки. И потому у меня везде мишки. Куда взгляд ни кинь, наткнешься на медведя. Ещё есть коллекция старинных утюгов и чемоданов, ну это осталось от времен «Ширпотреба», когда у нас был такой логотип. Многое из этого мне дарили, сама я практически никогда ничего не собирала. Хотя весь интерьер, само собой, придумала я. Тут, как видишь, много всего. Недавно вот начали счёты появляться, так что тоже, может, коллекция со временем получится.
Фото предоставлено "Домом моды Лены Макашовой"
— А вы всегда знали, что будете дизайнером?
— Каким дизайнером? В моё время и слова-то такого не существовало. Но я уже в интернате знала, что хочу быть модельером. Потому что я очень хорошо рисовала. Я до сих пор все модели рисую от руки. Я с самого начала понимала, что это моё. Мне кажется, что всегда есть то, что нам дано Богом, и просто нужно это беречь и усовершенствовать, идти в этом ключе. К сожалению, не каждый понимает, что его, а что нет. Куча народу стучится головой об стену, не в своё. Мы по этому вопросу всегда спорим с Эвелиной Хромченко, вот, кстати, ещё один гениальный человек, которого мне Господь послал. Я просто балдею от её передач, от того, как она умеет анализировать, формулировать. Это же тоже не просто так, ей это тоже Богом дано. Просто нужно уметь это понять и следовать за этим.
Фото предоставлено "Домом моды Лены Макашовой"
— Вы наверняка можете многое сказать и по тому, как человек одет.
— Это может любой человек, дружащий с головой. Например, когда я вижу просто наряженную в пух и прах даму, мне становится её жалко. Потому что сразу видно, что человек хочет кому-то понравиться, чему-то соответствовать. А это делает человека зависимым и лишает его индивидуальности. Другое дело, если человек одет с каким-то креативом, это совсем другая история. Никто специально никому понравиться не хочет, люди просто сходятся по интересам и начинают общаться. А подстраивать внешний вид ради того, чтобы с кем-то заводить какие-то отношения или вести дела, это бред. Помню, как однажды в конце 80-х или начале 90-х мне нужно было пойти на встречу с двумя иностранцами, была идея совместно вести какие-то дела. Иностранцев мы тогда редко видели. И вот я впервые в жизни, что называется, нарядилась. Сколько лет прошло, а мне до сих пор стыдно, потому что это была не я.
Так что, пойми правильно, я не говорю, что я люблю только тех, кто модно, стильно одет. Нет. Есть люди, которым это не надо. Ну, представь, женщина ходит в деревне за коровами. Понятное дело, что на ней: юбка, майка и сапоги. И это нормально. Это говорит не о вкусе, а о целесообразности.
— Хорошо, а что говорит о вкусе?
— Интеллект, конечно. Потому что человек должен уметь себя анализировать, чтобы понять, кто он и что из себя представляет. Нужно быть тем, кто ты есть, а не наряжаться, чтобы казаться кем-то другим. Поймите, не украшательством надо заниматься, а поиском себя. Вот как только поймёшь, кто ты, так всё встаёт на свои места.
Автор: Ксения Позднякова, админ телеграм-канала "Ксюша рекомендует"