Москва, 27 января, 2026, 15:34 — ИА Регнум.Почетный ветеран Великой Отечественной войны Иван Мартынушкин направил письмо благодарности президенту Всемирного форума памяти Холокоста Вячеславу Кантору.
Михаил Терещенко/ТАСС
Иван Мартынушкин
Свидетельства массового истребления
Как утверждал советский писатель и журналист Борис Полевой, Освенцим был гордостью Гиммлера, который ревниво следил за его строительством и техническим оснащением.
«Он (Гиммлер) сам контролировал работу этого гигантского комбината смерти и частенько, как рассказывали мне тогда заключенные, наезжал туда со своей свитой или с группой гостей из числа видных фашистских чиновников позабавиться зрелищем травли людей собаками и созерцанием массовых казней, совершавшихся тут всеми придуманными фашизмом способами, — от одновременного расстрела огромной толпы из пулеметов до умерщвления с помощью «Циклона» в гигантских газовнях, от упражнений в стрельбе по живым, бегущим по полю людям, практиковавшихся эсэсовцами по воскресным дням, до умерщвления жертв электрическим током, опыты которого уже проводились в лагере, но не были завершены», — писал военкор в статье «Дымы Освенцима».
По так называемым взвешенным оценкам, «Комбинат», включавший порядка 40 «филиалов», забрал жизни около 1,1 миллиона человек (из них примерно 1 миллион евреев). Цифра, которую приводил в статье Полевой со ссылкой на слова коменданта Освенцима (1940–1943 гг.) Рудольфа Хёсса, звучит иначе — «около трех миллионов».
Зафиксировал писатель и свидетельства массового истребления: «Нам показали огромное, длинное здание газовых камер. Они были взорваны, но на оставшихся стенах можно было разобрать надписи — «раздевалка», «дезинфекционная», «баня», «вошебойка». Они были действительно ловко замаскированы под бани. В них были даже фальшивые краны, в которых никогда не лилась ни теплая, ни холодная вода, и лейки душей на потолке, которые хотя и действовали, но не для того, чтобы мыть людей, а для того, чтобы смывать с полов их кровь… Мы видели тайные склады «отходов» — целые горы челюстей и коронок, золотых мостов, вырванных изо рта умерщвленных жертв. Мы ходили по огромным лабазам, где до потолка были навалены женские волосы, лежавшие и просто в кучах, и уже рассортированные и упакованные для отправки в Германию».
102 года освободителю
27 января 1945 года советские войска вошли в Освенцим. Среди освободителей был и командир пулеметной роты Иван Мартынушкин. «Я заглянул в один из бараков. Внутри громадного помещения — темнота, спертый тяжелый воздух, но чувствовалось, что там, в глубине, есть живые люди. Буквально за неделю до нашего прихода сюда гитлеровцы собрали около 60 тысяч узников Освенцима — тех, кто еще сохранил силы ходить, и отправили их на запад, подальше от фронта. В концлагере остались лишь совсем немощные, ослабевшие, а также те, кому удалось спрятаться от охранников», — вспоминал позже ветеран.
Сам Мартынушкин масштаб ада, царившего в Освенциме, осознал уже позже — из материалов Нюрнбергского процесса. «Это был шок. Тогда я узнал, что в октябре туда прибыло 15 тысяч наших воинов, на которых немцы впервые испытывали газ «Циклон Б», — признается Иван Степанович.
Мартынушкину этой зимой исполнилось 102 года. Бодр, активен. В прошлом году смотрел Парад Победы на трибуне с Владимиром Путиным. Сейчас, накануне Дня памяти жертв Холокоста, написал благодарственное письмо Вячеславу Кантору — президенту Всемирного форума памяти Холокоста и многолетнему президенту Европейского еврейского конгресса, организатору серии международных форумов «Жизнь народу моему!». Первый такой форум, приуроченный к 60-летию освобождения Освенцима, прошел в Кракове в 2005 году.
«Форум в Кракове принес нам, можно сказать, мировую известность. Мы стали получать письма из разных уголков нашей страны и из-за рубежа — с поздравлениями, словами благодарности, с просьбами о встречах», — пишет Мартынушкин. Он говорит, что это положило начало его постоянной просветительской работе (Центральный музей ВОВ на Поклонной горе и НПЦ «Холокост» привлекли к своей деятельности, журналисты из разных стран стали проявлять к его воспоминаниям большой интерес), и выражает признательность за «активную старость».
На события, окружающие 81-ю годовщину освобождения Освенцима, Иван Степанович смотрит с недоумением. А как тут не недоумевать, если российских дипломатов, «как и в прошлые годы», не пригласили на официальное мероприятие, а глава Еврокомиссии Урсула фон дер Ляйен в своем заявлении «на тему» ни разу не упомянула о том, что лагерь освобождала советская армия.
«Именно советский солдат сокрушил это страшное, тотальное зло, одержал Победу», — отмечал российский президент. Факт неоспоримый. Его, конечно, можно попытаться вычеркнуть из официального дискурса, вот только из мировой истории вычеркнуть не получится.