Петербургский предприниматель Владимир Скарзов, который выращивает в Венесуэле и поставляет в Россию какао и шоколад, рассказал «Фонтанке» о том, как ему там работается после того, как власти США захватили Николаса Мадуро, и какие угрозы его бизнесу кажутся наиболее актуальными.
Справка
В Петербурге Владимир Скарзов до 2013 года был совладельцем компании по управлению и эксплуатации жилого фонда. Примерно тогда же в Венесуэле организовал небольшую туристическую фирму. Чуть позже предприниматель основал компанию «Рускакао», которая выращивает в штате Монагас в Венесуэле какао-бобы. Там они перерабатываются и поставляются в Петербург, где налажено производство шоколада.
— Владимир, какова сейчас ситуация на рынке какао-бобов, что с ценами на какао?
— Сейчас цены на какао-бобы определяются таким явлением, как Эль-Ниньо. Это феномен, в результате которого экваториальная часть Тихого океана становится теплее обычного на несколько градусов, а затем становится холоднее обычного. Такое явление происходит каждые 2–7 лет и влияет на климат в разных уголках Земли, в том числе в Южной Америке.
Климат нестабилен, из-за этого соляризация почвы (метод борьбы с вредителями, использующий солнечную энергию для повышения температуры почвы) также становится нестабильной, возможна засуха, что влияет на объемы выращивания какао-бобов и колебания цен на них. В 2024–2025 годах было сокращение урожая, и какао-бобы категории fino de aroma (бобы высокого качества со сложным сбалансированным вкусом без дефектов, выращиваются в Венесуэле, Колумбии, Перу) стоили по 12 долларов за килограмм. Это было абсурдно много. Сейчас цена приближена к реальной, она составляет примерно 4,5 доллара за кило, это комфортная для всех участников рынка цифра.
— Как еще сокращение урожая какао отразилось на рынке?
— Когда цены в прошлом году были на максимуме, некоторые производители начали замещать сердцевину какао-боба его шелухой. Раньше она шла только на переработку для скота, а теперь стала попадать в продукт для человека. Она совершенно не опасна для здоровья, но качество продукта явно становится ниже. Фактически мы начали скатываться от настоящего какао к его суррогатам.
— Вы в эту сторону не скатывались?
— Нет! Тем более что у нас есть собственные плантации в Венесуэле и мы, пожалуй, единственная российская компания, которая занимается в стране не перепродажей какао, а его выращиванием. Мы, кстати, увеличиваем площади плантаций и в ближайшее время уже будем полностью обеспечивать себя собственным сырьем.
Производство какао-бобов в 2024 году составило до 4,37 млн тонн, а их потребление удержалось на уровне 4,87 млн тонн. Весной 2025 года цены на какао-бобы подскочили до 10-12 тыс. долларов за тонну, летом они снизились до 8 тыс. долларов за тонну на фоне разговоров о благоприятной погоде в Западной Африке. Осенью прошлого года какао-бобы подешевели уже до 7 тыс. долларов за тонну. Сейчас цены упали до 4 тыс. долларов за тонну в связи с тем, что урожай в 2025–2026 годах будет больше, чем в предыдущие годы.
Крупнейшие плантации какао-бобов находятся в Кот-д'Ивуаре, Гане, Камеруне, Нигерии. На эти четыре страны приходится 75% мирового производства. Венесуэла производит порядка 30 тыс. тонн какао-бобов и в число лидеров в этом сегменте не входит.
— Меняется ли как-то процесс выращивания какао-бобов, в том числе в связи с изменениями климата?
— Да, сейчас территории, которые еще лет десять назад хорошо подходили для выращивания какао, стали слишком жаркими для этого растения. Поэтому постепенно плантации какао идут все выше в горы, где, кстати, традиционно выращивается кофе. Раньше эти две культуры не пересекались по локациям, но из-за изменения климата сейчас мы приходим к этому.
— От чего зависит дальнейшее увеличение ваших плантаций и развитие вашего бизнеса в Венесуэле?
— В первую очередь, конечно, от политической ситуации в стране. Все участники отрасли (и не только они) в ожидании.
— Политический кризис как-от отразился на вашем бизнесе и сегменте в целом?
— Нет, все стабильно.
— Есть ли затруднения с перевозкой грузов?
— На сегодня нет.
3 января прошла военная операция США в Венесуэле, во время которой были захвачены президент страны Николас Мадуро и его супруга Силия Флорес. Им было предъявлено обвинение в наркотерроризме. Но ни Мадуро, ни его жена вину не признали. Исполняющей обязанности президента Венесуэлы стала вице-президент Делси Родригес.
Президент США Дональд Трамп заявил, что Венесуэла передала США 30 млн баррелей нефти стоимостью около 4 млрд долларов. Некоторым американским нефтяным компаниям, по оценке Трампа, предстоит вложить в Венесуэлу сотни миллионов долларов. При этом некоторым венесуэльским компаниям Вашингтон разрешит выйти на американский рынок.
— Какой объем грузов вы поставляете из Венесуэлы?
— За 2025 год мы поставили из Венесуэлы в Россию около 500 тонн различной продукции.
— А какие есть ожидания, предположения, слухи?
— Даже если страна перейдет под тотальный контроль США, на выращивании кофе и какао, надеюсь, такие перемены никак не скажутся. Конечно, торговля кофе и какао — это лишь незначительная часть экономики страны, основное — нефть, и основные перемены будут там. Но мне кажется, хорошо, что Венесуэла известна не только как нефтяной насос, но и как производитель кофе и какао. Поэтому есть большая надежда, что этот сектор будет работать стабильно и без значительных изменений.
— Что бы вы посоветовали предпринимателю из России, который хочет начать бизнес в Венесуэле?
— Что все-таки сейчас инвестировать в эту страну не стоит. Да никто сейчас и не будет. И даже не думает об этом. Остаются работать только те предприниматели, которые не первый год в Венесуэле.
— Все-таки можно ли ожидать каких-то изменений в части регулирования работы сектора АПК в Венесуэле?
— Нынешняя политика по сохранению сортового единообразия какао не допускала изменений генетического материала, это было закреплено на законодательном уровне. Прежние власти Венесуэлы посчитали, что в стране не будут выращиваться гибридные сорта какао, и последовательно проводили именно такую политику. Поэтому до сих пор в стране выращивается не тронутый мутациями сорт какао, например Criollo.
Однако сейчас, с учетом смены власти, можно ожидать того, что венесуэльский какао не останется тем идеалом, которым он был до недавнего времени.
Предположу, что в обозримом будущем в Венесуэле будет разрешено выращивать различные гибридные сорта, потому что они дают больше урожая, более устойчивы к различным заболеваниям. Переход на гибриды уже произошел в Эквадоре, Перу. Боюсь, что мы можем потерять изначальный вид венесуэльского какао, ведь гибридные растения проще и экономически выгоднее выращивать.
— Вы не планируете сворачивать бизнес в Венесуэле в связи с тем, что могут быть такие изменения?
— Нет, конечно, и мы продолжим выращивать только венесуэльские сорта какао, несмотря на то, что это более трудоемкий процесс по сравнению с выращиванием гибридов. Венесуэльское дерево какао растет 3-4 года, прежде чем начинает плодоносить, гибриды — 2 года.
— Как у вас строится работа на плантациях?
— Урожай собирается примерно с октября по март. В это же время заключаются основные контракты на поставку.
— Когда вы планируете вернуться в Петербург?
— Не раньше марта. Как я уже сказал, сейчас идет основная работа. Какао недостаточно просто снять с ветки. Его нужно также ферментировать, просушить (причем при влажности менее 7%), приготовить к отправке, разложить полотном, чтобы наши покупатели получали действительно эксклюзивный продукт высокого качества. Вот такая работа.
— Какие еще отрасли экономики могут развиваться в Венесуэле после того, как политический кризис будет урегулирован?
— Наверное, туризм, и он здесь уже активно развивается. Тут прекрасный климат, практически нет сезона дождей, все время солнце. То есть Венесуэла может быть вполне интересна россиянам, в том числе петербуржцам. Для развития туризма особенно хорошо то, что прежнее руководство страны успешно решило проблему бандитизма в Венесуэле.
— Может ли измениться ситуация с бандитизмом в ближайшее время, с учетом того, что прежнего правительства уже нет?
— Время покажет.
— Есть ли сейчас проблемы с тем, чтобы прилететь из Петербурга в Венесуэлу и обратно?
— Нет, все работает четко, но перелетами занимаются только венесуэльские перевозчики. Хотя логично было бы, чтобы это направление освоили и российские авиакомпании.