Трансформация системы международных отношений, характеризующаяся движением к постзападному мироустройству, сформировала новый контекст для реализации внешнеполитического курса многих государств, в особенности расположенных в Евразии.
На протяжении второй половины XX века Турция являлась неотъемлемой частью институционального пространства Запада. Однако в середине 2010-х годов произошёл концептуальный разворот: Анкара фактически отказалась от парадигмы «Запада как отправной точки», социально-политической трансформации и экономической модернизации. При этом формальные институциональные связи с Западом – членство в НАТО, Таможенном союзе с ЕС – сохранились, что создало уникальную ситуацию сочетания институциональной принадлежности к западным структурам с нарастающим стремлением к внешнеполитической автономии.
Обозначенный переход сопровождался фундаментальной ревизией концептуальных основ внешней политики, нашедшей выражение в идее примата «стратегической автономии», провозглашённой в конце 2010-х годов как ответ на усложнение международной системы и её сдвиг от однополярности к полицентричности. Экономический подъём Китая и продвижение им глобальной инициативы «Пояс и путь» стимулировали Турцию к выработке стратегии поступательного наращивания взаимодействия с азиатскими державами. В 2019 году эта стратегия была оформлена в виде инициативы «Снова Азия» (Yeniden Asya Açılımı). Параллельно в турецком политическом и экспертном дискурсе активно развивалось евразийское направление, распавшееся на несколько идеологических течений.
Разрыв в отношениях России и Запада, в свою очередь, создал для Турции уникальную ситуацию, характеризующуюся и новыми политико-экономическими возможностями, и новыми внешнеполитическими дилеммами.