Российская климатическая повестка в 2025 году прирастала и нормативными документами, и действиями, и новыми амбициями. В августе президент Владимир Путин поручил правительству обеспечить к 2035 году сокращение выбросов парниковых газов до 65-67% относительно уровня 1990 года (предыдущий указ предписывал сократить выбросы ПГ до 70% к 2030 году). Параллельно с этим в полную силу развернулись действия Сахалинского эксперимента: регулируемые организации отчитывались о выбросах, сверяли их с квотами, погашали превышения и эмитировали новые для российского рынка единицы выполнения квот.
При этом осторожное отношение к внедрению и тиражированию любых инструментов углеродного регулирования никуда не ушло. В начале года глава Минэкономразвития Максим Решетников успокоил бизнес заявлениями о том, что инициативы взимания платы за выбросы парниковых газов раньше 2027 года даже обсуждать нецелесообразно. Промышленный сектор по-прежнему обеспокоен более просматриваемыми перспективами - усложнением существующей нормативной базы углеродного рынка, а также потенциальным тиражированием Сахалинского эксперимента на другие регионы.
ПРЕВЫШЕНИЯ - К ПОГАШЕНИЮ!
В уходящем году правительство Сахалинской области впервые оценивало выполнения регулируемыми организациями (РРО) установленных квот на выбросы парниковых газов (ПГ). Не уложившиеся в квоту предприятия должны были "погасить" излишки выбросов, закупив соответствующее количество углеродных единиц (УЕ) или единиц выполнения квоты (ЕВК).
"Отличником" эксперимента по итогам 2024 года стало ООО "Сахалинская энергия" - выбросы компании оказались на 257,4 тыс. т CO2-эквивалента меньше установленной ей квоты. Соответственно, оператор СРП-проекта "Сахалин-2" смог эмитировать 257,4 тыс. единиц выполнения квоты (одна ЕВК эквивалентна одной тонне углекислого газа).
Не выбрали квоты еще 20 компаний из 34 участников эксперимента, но их результаты даже близко не подобрались к "отличнику": второе и третье место заняли ООО "Бошняковский угольный разрез" (-59,3 тыс. т СО2-экв), ООО "Солнцевский угольный разрез" (-50,9 тыс. т СО2-экв). С учетом того, что большинство регулируемых экспериментом компаний в первый же год контроля перевыполнили планы снижения выбросов парниковых газов, может сложиться впечатление, что поставленные цели не очень амбициозны.
"Если смотреть только на цифру, такое ощущение действительно возникает. Но если смотреть глубже, становится понятно, что это перевыполнение имеет несколько причин. Во-первых, первый цикл квотирования изначально закладывался с большим запасом. Это осознанное решение. В пилотном режиме важно не "сломать" экономику региона и дать бизнесу время адаптироваться к новым правилам. Во-вторых, часть эффекта связана не с экспериментом, а с ранее реализованными проектами. Модернизация оборудования, энергоэффективность, переход на менее углеродоемкое топливо начались задолго до старта эксперимента и просто проявились в отчетности. В-третьих, значительную роль сыграли методологические изменения и уточнение кадастра. Это улучшает качество данных, но не является прямым результатом действия квот. Поэтому я бы сказала так: для первого цикла цели не были "слишком мягкими", они были осторожными. Это оправдано", - пояснила председатель Совета ТПП РФ по устойчивому развитию бизнеса и КСО Елена Мякотникова.
Сильнее всех превысили квоты АО "Ногликская газовая электрическая станция" (на 63,7 тыс. т СО2-экв), ООО "Газпром трансгаз Томск" (28 тыс. т СО2-экв) и МУП "Тепло" (12,6 тыс. т СО2-экв).
У "Газпрома" в числе компаний-участниц сахалинского эксперимента по меньшей мере три "дочки" (кроме уже названных - ООО "Газпром добыча шельф Южно-Сахалинск"). И, несмотря на то, что газовый монополист показал неплохие (в совокупности по "дочкам") результаты, "осадочек" у него остался.
"Коллеги говорили: достигли снижения, все хорошо. За счет чего? В основном, по официальной статистике, 60% достижения (углеродной нейтральности региона - ИФ) за счет того, что перешли на газ. А что сделали дальше? Нашим предприятиям, которые газ поставляют, квоты установили! Те превысили квоты, их нужно компенсировать. Ну хорошо, что у нас этих углеродных единиц - девать некуда. Мы, конечно, компенсировали (углеродный след - ИФ) своему предприятию, но это же абсурд! Вы понимаете, достигают за счет газификации, и организациям, которые поставляют газ, квоты не скорректировали!" - раскрыл несправедливость ситуации советник зампреда правления "Газпрома" Александр Ишков на декабрьском заседании профильного комитета РСПП.
В министерстве экологии и устойчивого развития Сахалинской области "Интерфаксу" подтвердили - в основе программы эксперимента лежат мероприятия по газоснабжению и газификации, реализуемые совместно с "Газпромом": "Происходит планомерное замещение угля, мазута, бензина и дизельного топлива природным газом, переоборудуются котельные и индивидуальные жилые дома. С момента начала проведения работ по подготовке к включению области в климатический эксперимент уровень газификации региона повысился с 14% до 65%".
НЕ КВОТИРОВАНИЕМ, ТАК ПЕРЕСЧЕТОМ
Губернатор Сахалина Валерий Лимаренко в августе объявил о том, что эмиссия парниковых газов в регионе сравнялась с уровнем поглощения: "Наш регион стал пилотной площадкой для проведения климатического эксперимента. И главный результат - Сахалинская область достигла углеродной нейтральности. По данным Росгидромета, мы стали первым регионом в России, где поглощение парниковых газов превышает их выбросы".
Однако углеродная нейтральность острова, во многом, - результат не квотирования выбросов, а иных факторов, как уже отметила Мякотникова. Этот тезис поддержал и расширил заместитель председателя Комитета РСПП по климатической политике и углеродному регулированию Сергей Твердохлеб.
"Эксперимент показал, что на самом деле на региональном уровне вносит вклад в достижение углеродной нейтральности. Понятно, что все госпрограммы, которые на Сахалине и так реализовывались - по газификации, по развитию транспорта - большой вклад внесли. Пересчет кадастра внес еще бОльший вклад (уточненные данные показали, что поглощающая способность лесов и почв выше, чем предполагалось ранее - ИФ). Внесло ли какой-то вклад квотирование? Скорее нет, потому что, как только оно было введено, с 2024 года, ровно в этот же год выбросы на Сахалине выросли на 11%, а за превышение квот заплатили только предприятия ЖКХ. С учетом этого целесообразность тиражирования сахалинского эксперимента со всем набором заложенных в него механизмов, особенно квотирования, представляется необоснованной и преждевременной", - подытожил Твердохлеб.
И.о директора департамента конкуренции, энергоэффективности и экологии Минэкономразвития Александр Краевой парировал, что эксперимент не стоит оценивать лишь по критерию достижения "net-zero".
"34-ФЗ ("О проведении эксперимента по ограничению выбросов парниковых газов в отдельных субъектах РФ" - ИФ) же не говорит, что субъект эксперимента должен достигать углеродной нейтральности. Здесь каждый субъект может ставить свои цели. Он может ставить отраслевые, он может ставить цели по абсолютному снижению выплат, по удельному. Здесь нужно искать наиболее приемлемый подход для каждого субъекта. И наша структура как раз позволяет это делать. (...) Поэтому самый главный итог Сахалинского эксперимента, я просто этот процесс знаю изнутри, по прошлому месту работы (ранее он возглавлял управление устойчивого развития в "РусГидро" - ИФ), что получилось повысить компетенции на местах. Что экологи, которые работали на предприятиях, в частном бизнесе, они очень сильно улучшили компетенции", - сказал он на заседании комитета РСПП.
ШАГАТЬ ЛИ ПО СТРАНЕ?
Тезисы о преждевременности тиражирования опыта Сахалина появились не на ровном месте. На Дальневосточном энергетическом форуме в сентябре региональный министр экологии и устойчивого развития Андрей Саматов заявил, что "порядка 20 субъектов РФ в разной степени выражают заинтересованность в использовании, масштабировании направлений, которые в Сахалинской области реализуются".
Впереди планеты всей в этой части - Якутия, глава которой подписал указ об экологическом благополучии республики. В рамках документа якутский Арктический научный центр совместно с МГТУ им. Баумана и МГУ им. Ломоносова проводят работу по определению углеродного баланса республики и разработке Концепции достижения углеродной нейтральности. "Якутия готова к формированию нормативно-правовой базы и рассматривает возможность участия в проведении климатического эксперимента", - заявил первый заместитель председателя правительства республики Джулустан Борисов в августе.
Специальный представитель президента по вопросам климата и водных ресурсов Руслан Эдельгериев в декабре сообщил, что в начале 2026 года будет организовано совещание для регионов, которые интересуются опытом Сахалина: "Мы знаем, что ряд субъектов решили присоединиться к эксперименту, сейчас там будут проходить консультации. В начале года проведем такое совещание, где будут также разработаны шаги и, так скажем, дорожная карта, что нужно делать. В первую очередь, я считаю, что необходимо, безусловно, сделать инвентаризацию выбросов и поглощений. Нужно на базе полученных данных сформировать кадастр и уже оттуда двигаться, потому что будет понятно, в какой отрасли что сделать".
Минэкологии Сахалинской области, в свою очередь, выразило готовность делиться опытом разработки регионального кадастра парниковых газов, климатической программы с оценкой вклада (климатического эффекта) мероприятий, определению целевых показателей такой программы, а также популяризации добровольной верификации выбросов ПГ среди региональных компаний. Говоря о результатах эксперимента, министерство предпочитает оценивать результаты эксперимента на "длинной дистанции": "С 2019 года нетто-выбросы сократились на 871 тыс. тонн CO2-эквивалента, одновременно с этим ВРП региона вырос на 51%, инвестиции в экономику Сахалинской области выросли на 47%. Значительно снизилось содержание загрязняющих веществ в атмосфере".
Мякотникова считает, что эксперимент важно рассматривать не как готовую модель, а как проверку гипотез: "Эксперимент дал инфраструктуру и управленческий язык. На Сахалине впервые в одном контуре были опробованы учет выбросов, региональный кадастр, цифровые реестры, квотирование и выпуск единиц выполнения квот. Это важный шаг. Без такого пилота невозможно даже обсуждать национальную систему регулирования". При этом она отмечает, что полноценная оценка пользы каждого инструмента еще впереди: "Эксперимент еще не завершен. Он формально действует до 2028 года. До его окончания и полноценной оценки пользы каждого инструмента - квотирования, ЕВК, УЕ - говорить о масштабировании в другие регионы преждевременно".
В то же время мировые реалии дают совсем иной взгляд на ситуацию.
"Казахстан. У них регулирование на порядок раньше (введено - ИФ), чем у нас. (...) "Вот у нас неравные стартовые условия", - уже Казахстан эти разговоры начал вести. Это неизбежно. Поэтому мы сейчас и пытаемся это в добровольном порядке внедрять, как регионы это делают, чтобы на следующем шаге, когда будут более жесткие претензии по вопросу неконкурентных условий, сказать: "Вот, у нас есть регионы, которые тоже регулируют. Давайте с ними начинать торговать", - пояснил Эдельгериев, подчеркнув, что внедрение такого инструментария позволит избежать дискриминации российских производителей на внешних рынках, а также облагания их продукции разного рода углеродными тарифами.
"Татарстан принял решение, что да, надо, потому что мы смотрим, где идет торговля. Мой взгляд: те регионы, у которых, в основном, идет торговля с Казахстаном, они в первую очередь должны заниматься регулированием, чтобы они могли, когда будут выставляться тарифные условия, сказать: "нет, подождите, мы в абсолютно гармоничных условиях с вами работаем", - добавил он.
С похожей позиции и начиналось обоснование необходимости проведения сахалинского эксперимента, только со ссылкой на других "контрагентов" - Европу. Пограничный корректирующий углеродный механизм (ПКУМ, CBAM), предполагающий уплату импортерами "углеродного налога", эквивалентного выплатам за выбросы ПГ европейских производителей аналогичной продукции, сейчас оспаривается Россией в ВТО. За время переходного периода (2023-2025 гг) стало очевидно, что углеродные единицы РФ невозможно будет использовать для погашения углеродного следа продукции в рамках CBAM. Гармонизация подходов Европейской системы торговли квотами на выбросы (EU ETS) и российского климатического регулирования была бы теоретически возможна только в случае обязательного внедрения последнего во всей стране. Практически же, особенно с учетом геополитики, это даже представить сложно.
ПЕРЕЗАПУСК УГЛЕРОДНОГО РЫНКА
Ключевой интригой "сезона" стала трансформация рынка углеродных единиц, связанная с учетом выполнения квот регулируемыми организациями.
"Для рынка углеродных единиц самым интересным оказался последний этап - планирование РРО своих действий после подготовки отчета о выбросах парниковых газов. Кто-то заранее выпустил УЕ в рамках холдинга, какие-то компании приобретали их на бирже, участники рынка боролись за цену, в общем, период первичного становления рынка завершился", - поделилась наблюдениями глава компании-оператора российского реестра углеродных единиц - АО "Контур" - Оксана Гогунская.
Ни одна из регулируемых экспериментом организаций не предпочла углеродным единицам внесение платы за превышение выбросов в сахалинский бюджет в размере 1000 руб. за тонну. Вероятнее всего потому, что стоимость единиц от климатических проектов ниже: по оценке АО "Контур", основанной на мониторинге публичных сделок, в среднем УЕ в 2025 г стоила 600 руб. Спрос на них, по данным министерства экологии и устойчивого развития Сахалинской области, вырос в 8 раз.
Оператор реестра углеродных единиц отмечал, что спрос на УЕ в первом полугодии 2025 г на 98% был сформирован потребностями регулируемых в рамках климатического эксперимента организаций. Неуложившиеся в квоты предприятия приобрели 131,1 тыс. углеродных единиц и лишь 13,2 тыс. единиц выполнения квоты.
"Это связано в первую очередь с тем, что единицы выполнения квоты подходили уже к самому концу отчетного периода, и организации, которым нужно было "закрываться" (покрывать превышения квот - ИФ), они подстраховывались и заключали договоры - в основном прямые договоры - с теми, кто владел углеродными единицами" - пояснял в июле замминистра экологии и устойчивого развития Сахалинской области Артем Рафальский.
Первый в России биржевой аукцион по продаже единиц выполнения квот в июне провела Национальная товарная биржа (НТБ). "По итогам торгов между компаниями-участниками Сахалинского эксперимента был заключен договор купли-продажи объемом 1000 единиц по цене 200 рублей за одну ЕВК (без учета НДС)", - сообщала тогда пресс-служба НТБ.
Гогунская поясняет логику формирования цены на ЕВК так: "Если смотреть по себестоимости: у углеродных единиц - там валидация, верификация проекта, документации... В эксперименте вы выполнили квоту, подали отчетность - ЕВК начислились. Теоретически они могут быть дороже, если в России всеобщее будет квотирование, и если при погашении превышений не будут зачитываться углеродные единицы. А сейчас они, получается, для бизнеса дешевле".
Она убеждена, что в будущем году интерес участников эксперимента может сместиться от углеродных единиц к единицам выполнения квот. В 2025 г выпущено 349 тыс. ЕВК. Несмотря на досрочное достижение углеродной нейтральности в 2026 году, компаниям все еще нужно будет сокращать выбросы или применять компенсационные инструменты углеродного рынка.
Также Гогунская отмечает, что один из основных показателей динамики рынка - объем зачетов углеродных единиц. 2025 год показал шестикратный рост использования компенсирующих активов. Всего за весь период работы реестра для погашения углеродного следа зачтено более 165,6 тыс. УЕ и почти 12,2 тыс. ЕВК.
"Сегодня российский углеродный рынок находится в довольно характерной фазе: инфраструктура уже выстроена, а спрос только начинает формироваться. Мы видим десятки миллионов углеродных единиц в обращении и крайне небольшой объем их фактического зачета. То же самое касается и ЕВК. Это нормальный этап становления", - считает Мякотникова.
Она не ожидает, что в 2026 г. спрос на углеродные активы резко вырастет, но полагает, что он станет более осмысленным: "Основными драйверами будут не лозунги, а практические вещи: требования инвесторов и банков, нефинансовая отчетность, экспортные цепочки и подготовка к внешним климатическим ограничениям. ЕВК, на мой взгляд, останутся нишевым инструментом до появления более четкого горизонта национальной системы квотирования, без этого они не могут стать массовым регуляторным механизмом. При этом полноценную систему торговли квотами я не жду в ближайшие годы в России, но обсуждение ее дизайна будет постепенно выходить из экспертной плоскости в регуляторную. И надеюсь, что философия регулирования, останется эволюционной, а не шоковой".
ВТОРЫМ ДЕЛОМ - САМОЛЕТЫ
Большие надежды в части роста спроса на УЕ возлагаются на интеграцию России в Систему компенсации и сокращения выбросов углерода для международной авиации (CORSIA).
Программа разработана Международной организацией гражданской авиации (ICAO, глобальный регулятор, подчиняющийся ООН), и РФ, будучи членом ICAO, является ее участником. Это требует от авиакомпаний мониторить потребление топлива при зарубежных перелетах, ежегодно формировать и верифицировать углеродную отчетность, а с 2031 г - компенсировать выбросы углекислого газа, превышающие рассчитанную ICAO базу за предыдущие годы, начиная с 2027 г.
Российский углеродный рынок может стать ключевым инструментом выполнения обязательств для наших компаний при условии получения аккредитации от ICAO, отмечает глава компании-оператора российского реестра УЕ: "Комплексная подготовка связанной инфраструктуры по учету, отчетности и компенсации выбросов позволит российским авиакомпаниям избежать потенциальных регуляторных барьеров в работе со странами - партнерами. (...) Для этого Минэкономразвития подготовлены поправки в законодательство, которые позволят донастроить нашу систему выпуска углеродных единиц и подать заявку в следующем году. Это значимый шаг и в контексте развития международной торговли углеродными единицами: приобретение УЕ, одобренных ICAO, - одна из форм международной торговли по статье 6 Парижского соглашения".
По прогнозу Kept, в 2027 году спрос со стороны российских авиакомпаний составит около 700 тыс. углеродных единиц. При этом аналитики отмечают, что не все существующие ныне углеродные единицы подойдут для зачета в рамках CORSIA: "На первых этапах рынок не сможет обеспечить удовлетворение национального спроса в рамках CORSIA из-за отсутствия необходимого числа климатических проектов, соответствующих критериям системы. Ввиду высоких требований CORSIA к проектам и длительного процесса их регистрации количество УЕ, выпущенных в рамках таких проектов, как ожидается, к концу 2029 г. составит около 195-200 тыс. единиц".
Источниками спроса на российские УЕ в контексте CORSIA могут выступить не только отечественные перевозчики.
"Мы полагаем, что (...) углеродные единицы будут востребованы как российскими авиакомпаниями, так и авиакомпаниями, выполняющими полеты в России, либо над Россией, потому что у нас есть еще и трансконтинентальный маршрут над нашей страной", - сказал представитель Минэкономразвития.
Первые шаги "навстречу CORSIA" РФ уже сделала. В декабре Госдума приняла закон об изменении порядка признания проектов климатическими.
С 1 сентября 2026 г вводится обязательная внешняя оценка (юрлицом, аккредитованным в национальной системе) соответствия конкретного проекта статусу климатического на основании утвержденных ведомствами РФ критериев и методологий. Действующее законодательство не предусматривает такой отдельной оценки: проверка климатического эффекта осуществляется на этапе верификации результатов реализации проекта.
Закон также дополняется понятием "высвобождение парниковых газов", под которым понимается поступление ПГ в воздух в результате форс-мажора, действий исполнителя климатического проекта или иных лиц. Для климатических проектов, подверженных риску такого высвобождения, предлагается предусмотреть спецмеханизм учета, включая резервирование части УЕ.
Упрощается механизм предоставления информации в реестр УЕ для иностранных лиц. Распоряжения владельцев счетов теперь могут удостоверяться не только квалифицированной электронной подписью, но электронными подписями, сформированными по иностранному праву и признаваемыми в РФ. Правительство может ввести дополнительные условия для регистрации и выпуска УЕ, чтобы избежать дублирования учета.
Представители бизнеса на профильном комитете РСПП высказали опасения, что принятие закона вносит неопределенность в статус уже верифицированных и реализуемых климатических проектов. Кроме того, неясен порядок действий для тех, кто планировал до сентября 2026 г зарегистрировать климатические проекты, т.к. регламентирующие процессы подзаконные акты пока не готовы.
"Для нас основной задачей было именно повышение доверия к углеродному реестру, углеродному рынку, путем внедрения этих вот механизмов. Мы не планируем затягивать утверждение подзаконных актов, которые отрегулируют все нюансы, связанные, в том числе, с методологиями. Методологию может разрабатывать любой, вопрос в том, кто ее будет утверждать. Соответственно, более подробно этот вопрос будет раскрыт в подзаконке, и там уже будет очевидна архитектура", - ответил на опасения бизнеса представитель Минэкономразвития.
КЛИМАТИЧЕСКИЕ ПРОЕКТЫ
Сейчас в реестре углеродных единиц зарегистрировано 85 климатических проектов, в обращении находятся 36,3 млн УЕ. К выпуску от уже зарегистрированных проектов планируется около 99,4 млн УЕ.
Лидерство по зарегистрированным климатическим проектам можно поделить на две части: по количеству инициатив, а также по объему эмиссий УЕ.
Абсолютный лидер по количеству климатических проектов - "Татнефть": на ее счету 41 позиция реестра. При этом потенциал выпуска углеродных единиц по всем проектам компании - 4,678 млн - меньше 5% от всех предполагаемых 85 проектами УЕ.
"Весом" взял лидерство "Газпром". Один только климатический проект компании способен сгенерировать 49,93 млн УЕ до конца 2029 г. Инициатива сфокусирована на сокращении выбросов метана благодаря использованию мобильных компрессорных станций при подготовке участков магистральных трубопроводов к ремонтам. На данный момент этот проект выпустил в обращение около 28,3 млн УЕ, но к регистрации остальных эффектов есть вопросы - про мотивацию.
"Понятно, что перспектив доходов от климатических проектов - никаких, если мы честно будем говорить. Но нет и никаких (других - ИФ) стимулов для предприятий. Мы сейчас имеем 28 млн (УЕ - ИФ) в кадастре углеродных единиц. Потратили несколько десятков миллионов рублей на то, чтобы туда их внести. Я готов через 2-3 месяца внести еще 35 млн единиц в реестр. Для этого еще нужно потратить несколько десятков миллионов. Ни одна наша бюджетная служба денег на это не дает: "Скажите, а зачем? Зачем нам тратить деньги?" (...). Может, все-таки подумать, что если предприятие климатический проект делает, у него должны быть какие-то преференции? Налоговые, любые. Таким образом, административные процедуры и финансовые затраты под это растут, а "пряника" нет", - сетовал Ишков на декабрьском заседании комитета РСПП.
Представитель Минэкономразвития парировал и этот упрек: "Одна из причин, почему стоит заниматься климатическими проектами - это, как раз, управление рисками. То есть, вы же сами сказали, что у вас есть углеродные единицы, и когда наступил риск-фактор, у вас была возможность их погасить (для компенсации превышения квоты дочернего предприятия - ИФ). Соответственно, пока вы реализовывали климатический проект, у вас появилась компетенция, как формировать углеродную отчетность, как обращаться с данными по парниковым газам. (...) И как раз в этом и есть одна из задач: в своей компании наращивать компетенции, которые, вероятно, в недалеком будущем могут стать конкурентным преимуществом".
В уходящем году над будущими конкурентными преимуществами также работали ПАО "Распадская" (зарегистрировало 1 климатический проект на 3,16 млн УЕ), ПАО "Мосэнерго" (1 проект на 635,2 тыс. УЕ), ПАО "Северсталь" (2 проекта на 4,2 млн УЕ), АО "Атомэнергопромсбыт" (входит в "Росатом", 1 проект на 69 УЕ), АО "Каустик" (1 проект на 2 тыс. УЕ), АО "Березкагаз Югра" (1 проект на 122,6 тыс. УЕ), АО "Рублево-Архангельское" (застройщик "СберСити", 3 проекта на 1,4 млн УЕ), ООО "Синтез Ока" (1 проект на 946 УЕ), ПАО "ТГК-1" (подконтрольна ПАО "Газпром энергохолдинг", 1 проект на 48,5 тыс. УЕ), "ЦТУР" (1 проект на 170,4 тыс. УЕ), ООО "Восточная горнорудная компания" (1 проект на 321,1 тыс. УЕ) и ООО "Тепло людям. Кандалакша" (1 проект на 5 тыс. УЕ).
Источник: www.interfax.ru