БРИКС превращается в центр притяжения для всё большего количества стран, у которых нет цели любой ценой выиграть технологическую гонку, но есть задача участвовать в определении её правил. Тем не менее прогресс остаётся фрагментированным и недостаточно институционализированным, пишет Анна Сытник.
Стремительное развитие технологии искусственного интеллекта (ИИ) и трансформация мирового порядка сошлись в одной точке – укреплении роли БРИКС как ключевой площадки, где формируется ориентированный на цифровизацию «пояс институтов» и закладываются будущие правила глобального регулирования ИИ. Для БРИКС укрепление сотрудничества в этой области – это не столько вопрос инноваций, сколько задача повышения стратегической устойчивости в условиях гонки ИИ. Для значительной группы государств за пределами БРИКС он может стать инструментом геополитического страхования от последствий бесконтрольного и однополярного развития технологий.
Непредсказуемость американских обязательств и давление в технологической сфере подтолкнули многие страны мирового большинства к стратегии диверсификации партнёрств. Ярким примером стала Индия, которая стремится к углублению сотрудничества в рамках БРИКС, стараясь сохранить совместимость с западными нормами. Страна не только возглавит БРИКС летом 2026 года, но и примет глобальный AI Impact Summit в феврале.
Сотрудничество стран БРИКС в области ИИ демонстрирует заметный прогресс в последние годы. Был достигнут консенсус по развитию ИИ, этике и безопасности, закреплённый в совместных декларациях и рекомендациях. Сформирована сеть многосторонних и двусторонних механизмов, охватывающая образование, прикладные технологии и цифровую инфраструктуру.
Знаковым этапом стало Совместное заявление лидеров БРИКС о глобальном управлении искусственным интеллектом, принятое на саммите в Рио-де-Жанейро в июле 2025 года, – первая глобальная попытка рассмотреть управление ИИ на межправительственном уровне. В отличие от прежних международных деклараций в сфере ИИ, инициированных преимущественно западными странами и охватывающих лишь часть мирового сообщества, этот документ определяет универсальные, справедливые для всех основы будущей системы международных правил и институтов в сфере ИИ. Это попытка создать рамку регулирования, в которой интересы большинства государств – а не только технологических лидеров – будут учтены с самого начала.
За последние годы была создана целая сеть структур для поддержки сотрудничества БРИКС в области ИИ – от Института будущих сетей БРИКС (BIFN) и Партнёрства по новой индустриальной революции (PartNIR) до рабочих групп по цифровой экономике и ИИ, инициированного Россией Альянса ИИ БРИКС+ и Центра развития и сотрудничества в области ИИ БРИКС – Китай. Однако институциональное развитие сталкивается с заметными трудностями: нехваткой прозрачности и дублированием инициатив. Многие структуры БРИКС работают разрозненно – сайты не обновляются, а полномочия разных рабочих групп пересекаются. Это во многом связано с тем, что БРИКС – не интеграционный союз с единым центром управления, а площадка для координации усилий суверенных государств.
Другим вызовом является неравномерность развития ИИ в странах БРИКС. На Китай приходится свыше 86 процентов влияния генеративного ИИ, тогда как Индия, Бразилия и Россия вместе дают около 12 процентов, а все остальные государства БРИКС – всего 2 процента. Поэтому для объединения особенно важно сейчас системно расширять сеть совместных исследовательских центров, масштабировать программы обмена технологиями и кадрами, а также инвестировать в инфраструктуру и локальные ИИ-проекты в менее развитых государствах-членах.
Национальные стратегии ИИ стран БРИКС демонстрируют как совпадения, так и расхождения в приоритетах. Все участники, кроме Эфиопии, у которой есть только национальная политика в области ИИ, приняли такие стратегии. Они сфокусированы вокруг пяти ключевых приоритетов – формирования общих этических принципов и стандартов, развития решений для здравоохранения и медицины, применения ИИ в сельском хозяйстве и экологическом мониторинге, трансформации образования и развития навыков цифровой эпохи, а также укрепления кибербезопасности и защиты данных. Такой двойной фундамент – системное регулирование и отраслевые приложения – обеспечивает и нормативную базу, и практические каналы для построения более согласованной, многополярной архитектуры глобального управления ИИ.
Укрепление БРИКС как альтернативного центра выработки политики в области ИИ закономерно привело к усилению ответных мер со стороны Запада, который воспринимает это как прямой вызов своим интересам и претензии на технологическое доминирование. В ответ сформирована комплексная стратегия, основанная на трёх направлениях.
В первую очередь реализуется политика технологического сдерживания стран БРИКС, где ключевым инструментом остаются экспортные ограничения. США и ЕС последовательно блокируют доступ стран БРИКС (Китая, России, Ирана) к передовым GPU и полупроводникам, необходимым для обучения моделей ИИ. Эта политика призвана подтолкнуть Индию и Бразилию к более тесному сотрудничеству с США, тогда как Китай и Россия, по замыслу, должны оказаться замкнутыми в собственных экосистемах. В результате страны БРИКС вынуждены ускорять локальное производство или искать параллельные каналы поставок, что делает проекты более затратными и медленными в реализации.
Во-вторых, осуществляется информационное и политическое давление на страны мирового большинства за пределами БРИКС. В западных СМИ инициативы БРИКС часто маркируются как «авторитарные» или «репрессивные», что призвано подорвать их легитимность в глазах потенциальных партнёров.
В-третьих, создаются конкурирующие платформы для продвижения собственных альянсов и инициатив в сфере ИИ. Например, Meta(запрещена в РФ) и IBM запустили AI Alliance, объединяющий 140 организаций из 23 стран и позиционируемый как «демократический» противовес БРИКС+. Программа OpenAI for Countries действует в ряде государств и продвигается как структурированный механизм помощи правительствам в использовании ИИ для развития, предлагая конкретные решения по внедрению технологий. Одновременно крупные американские корпорации (AWS, Google, Microsoft) инвестируют миллиарды в центры обработки данных в Африке, Азии и Латинской Америке, вытесняя российские и китайские проекты. Это особенно критично для стран, колеблющихся между БРИКС и западными партнёрствами.
Несмотря на активное сопротивление формированию более справедливых подходов к развитию ИИ, БРИКС не отвечает конфронтацией на конфронтацию. Напротив, объединение продолжает последовательно укреплять курс на открытое сотрудничество в сфере ИИ – без попыток изоляции.
3 ноября в ходе 30-й встречи премьер-министров России и Китая стороны договорились создать Совместный экспертный совет по сотрудничеству в сфере ИИ. Новый орган будет координировать исследования, стандарты и совместные технологические инициативы. Москва и Пекин также подтвердили готовность совместно работать над созданием Всемирной организации по сотрудничеству в области ИИ – потенциально первой в своём роде глобальной структуры, нацеленной на формирование международного режима регулирования ИИ. Эта инициатива отражает приверженность обеих стран подходу, основанному на центральной роли ООН, инклюзивности и уважении суверенитета.
Важно, что БРИКС переходит от деклараций к конкретным проектам. 20 ноября на полях конференции AI Journey была анонсирована международная платформа кейсов применения ИИ в странах БРИКС+ и партнёрах – AI Success Hub. В настоящий момент на ней представлены почти 80 кейсов внедрения ИИ из около тридцати стран, входящих в БРИКС+ и партнёрских государств.
Расширяясь и усиливаясь, БРИКС превращается в центр притяжения для всё большего количества стран, у которых нет цели любой ценой выиграть технологическую гонку, но есть задача участвовать в определении её правил. Тем не менее прогресс остаётся фрагментированным и недостаточно институционализированным. В перспективе БРИКС необходимо перейти от разрозненных инициатив к устойчивым институтам, обеспечивающим координацию политики, совместную работу с данными и коллективное управление рисками. Тем более что у блока уже есть фундамент для создания общего центра по управлению ИИ, который объединит регуляторные, экспертные и прикладные направления.
Данный текст отражает личное мнение автора, которое может не совпадать с позицией Клуба, если явно не указано иное.