Госдолг Мордовии продолжает снижаться — в ноябре республика погасила 1,7 миллиарда рублей бюджетных кредитов, а благодаря участию в федеральной программе реструктуризации ей списали еще 2,8 миллиарда. Общая сумма долга снизилась до 26,2 миллиарда рублей. Для региона, который еще недавно был в глубоком финансовом кризисе, это серьезное достижение. Но, чтобы понять его масштаб, нужно заглянуть в те времена, когда долговая пирамида росла с фантастической скоростью. В прошлое погрузилась Ирина Разина.
Нынешнее списание 2,8 миллиарда рублей стало возможным благодаря участию республики в федеральных программах. Задолженность перед федеральным бюджетом уменьшается в обмен на произведенные Мордовией расходы. В 2024 и 2025 годах эти средства были направлены на переселение граждан из аварийного жилья, обновление общественного транспорта, развитие промышленности и опорных пунктов, а также на мероприятия в рамках проведения специальной военной операции.
С учетом ноябрьских платежей и списаний общий объем государственного долга Мордовии снизился до 26,2 миллиарда рублей. Это значительный прогресс для региона, который еще несколько лет назад имел печальную репутацию. После эпохи правления меркушкинских «созидателей» Мордовия оказалась в глубоком финансовом кризисе с одним из самых высоких уровней госдолга в стране по отношению к собственным доходам. «При сохраняющейся позитивной динамике роста собственных доходов бюджета долговая нагрузка по итогам года составит менее 52 %, демонстрируя устойчивую тенденцию к снижению», — подчеркивают в региональном минфине.
Одновременно власти региона уже планируют закрепить финансовую стабильность в среднесрочной перспективе. Бюджет Мордовии на 2026 год прогнозируется с профицитом: ожидается, что доходы составят 58,5 миллиарда рублей, а расходы — 57,05 миллиарда, что обеспечит положительное сальдо в размере 1,5 миллиарда рублей. Это будет уже второй подряд профицитный бюджет республики. Впервые за долгое время доходы превысили расходы в 2025 году почти на 800 миллионов рублей.
Помнишь, как все начиналось…
В конце нулевых Николай Меркушкин, продолжавший наращивать свой авторитет и влияние в бедной дотационной Мордовии, уже счастливо «отскочил» от последствий по делу ЮКОСа и даже провел в Саранске международный фестиваль «Шумбрат, Финно-Угрия!», который запомнился жителям республики очередным визитом в регион Владимира Путина в компании с его коллегами из Финляндии и Венгрии. Уже мало кто помнит, но госдолг республики тогда составлял достаточно скромные 6 миллиардов рублей. Но, кажется, именно в этот момент Николай Меркушкин смекнул, что все эти большие празднества очень выгодны. Под них можно выбивать дополнительные деньги из федерального центра, пускать пыль в глаза, формируя имидж «сытой» и «довольной жизнью» республики, и в конце концов (а возможно, это первый пункт) — «вкачивать» сотни миллионов в семейный бизнес. И работа закипела со страшной силой.
За последующее десятилетие госдолг вырос до 60 миллиардов, «созидательно» увеличившись в 10 раз! Настоящий «золотой век» заимствований!
Особенно показателен 2011 год, когда госдолг вырос на 7,6 миллиарда рублей (на 62,2 %) и достиг почти 20 миллиардов, что тогда в 1,8 раза превышало объем собственных доходов республиканского бюджета. В то время республика готовилась к тому самому мордовскому Тысячелетию, которое «засосало» 30 миллиардов рублей из бюджетов всех уровней, а также в виде кредитов коммерческих банков. Примерно в это же время Николай Меркушкин узнал о своем скором переводе на губернаторский пост в Самарскую область. В этот момент на мордовском бюджете повисли дополнительные кредиты, которые можно объяснить только тем, что «тюштя» напоследок принялся во все тяжкие «сбрасывать» деньги в свои предприятия.
Кстати, в городе на Волге его фирменный почерк проявился снова. В период губернаторства Меркушкина в Самарской области госдолг региона вырос с 33,8 до 68,3 миллиарда рублей. Особенно быстро долги области росли накануне отставки «талантливого управленца»: на 1 июля 2016 года долг составлял 64,2 миллиарда рублей, а всего лишь за месяц он вырос на 4 миллиарда!
Нужно больше кредитов!
Дальше — больше! Николай Меркушкин «затащил» маленькую Мордовию в историю с чемпионатом мира по футболу. Событие века? Безусловно! Но последствия от его проведения республика разгребает до сих пор. Великолепный стадион и инфраструктурные объекты, построенные за миллиарды бюджетных рублей, сегодня простаивают полупустыми. Особенно показательная судьба футбольной жемчужины — «Мордовия Арены». Грандиозный стадион на 45 тысяч зрителей, обошедшийся как минимум в 16 миллиардов рублей, после нескольких матчей мундиаля превратился в самого дорогого «безработного» республики. Содержание этого спортивного колосса ежегодно выливается бюджету в сотни миллионов рублей, а востребованность объекта стремится к нулю. Футбольный клуб «Мордовия», под который, собственно, и строилась арена, давно прекратил существование, а масштабные мероприятия, способные заполнить трибуны, случаются не чаще нескольких раз в году.
В итоге футбольный праздник уехал, а Мордовия осталась с финансовой «дырой» размером в минус 60 миллиардов рублей. При этом структура долга в тот период была особенно опасной для регионального бюджета. Из общего объема долговой нагрузки в 2018 году почти половина приходилась на банковские кредиты, на платежи по процентам за которые ежегодно тратились по несколько миллиардов рублей. Позже в интервью «Столице С» министр финансов Сергей Тюркин, назначенный на этот пост после прихода в Мордовию команды Артёма Здунова, рассказывал в деталях: «В конце 2018 года долг республики перед рыночными кредиторами составлял более 26 миллиардов рублей. В 2019-м только на оплату процентов пришлось потратить 2,4 миллиарда. Ситуацию удалось кардинально изменить только в 2021 году при поддержке Президента. Из федерального бюджета был замещен рыночный долг на общую сумму 17,4 миллиарда». Тюркин подчеркивал, что «стоимость долга Мордовии — менее 1 % годовых, если говорить точнее — 0,7 %. То есть его обслуживание не обременительно для нашего бюджета. Такие благоприятные условия были не всегда». Действительно, в отличие от текущих бюджетных кредитов под 0,1–0,7 % годовых, коммерческие кредиты в 2012–2018 годах привлекались под значительно более высокие проценты, достигавшие 12–15 % годовых. Для дотационного региона это были колоссальные средства, которые можно было направить на социальные нужды, но «созидатели» предпочли отдать их банкам. Злые языки до сих пор судачат, что с этих процентных переплат за коммерческие займы и Меркушкин, и Волков имели свою долю. По сути, они вместе с банкирами не один год «доили» тощую и полуголодную корову по кличке «мордовский бюджет».
«Развитие» под прикрытием
Особенностью финансовой политики того периода стало активное использование механизма бюджетных гарантий. В 2013 году Владимир Волков, получивший годом ранее должность Главы Мордовии в «наследство» от Меркушкина, который перебрался на самарское «княжение», отмечал: «В долг входят еще и бюджетные гарантии, которые мы предоставляли нашим промышленникам и аграриям для того, чтобы они брали кредиты на развитие». Надо сказать, что возможность брать кредиты на развитие имели преимущественно промышленники и аграрии, входящие в структуру семейного бизнеса Меркушкиных. Более того, получив доступ к деньгам из мордовской казны, они имели циничную и еще более замечательную возможность их не возвращать. В этом случае обязательства по погашению долгов ложились на бюджет республики, а если говорить совсем уж просто — на рядовых налогоплательщиков Мордовии. Не стоит, уважаемый читатель, забывать об этом, когда покупаешь, к примеру, банку зеленого горошка Саранского консервного завода или граммов триста пошехонского от Ичалковского сыродельного комбината. Мы все своими деньгами, честно заплаченными в виде налогов, лично и не раз вложились в процветание меркушкинских предприятий. И что важно, вложились безвозмездно. Так что не стоит ждать благодарности, если кто-то вдруг на нее рассчитывает. Как говорится, только бизнес — ничего личного.
Официальным оправданием долгового бума стали масштабные инфраструктурные проекты. Подготовка к Тысячелетию единения мордовского народа с народами России и чемпионату мира по футболу 2018 года превратилась в универсальное обоснование для любых заимствований — включая те, что в конечном счете оседали на счетах семейного бизнеса. Суммарные расходы на оба мероприятия превысили 65 миллиардов рублей. При этом ряд объектов превратился в долгострои.
Знаковым примером стал универсальный зал, иронично называемый горожанами «колизей». Его строительство велось более 10 лет и «проглотило» около 9 миллиардов рублей. Говорят, что идея возведения объекта принадлежала Алексею Меркушкину — в то время будущему молодому вице-премьеру и министру специальных программ, а ныне самому статусному заключенному из Мордовии в пензенской колонии. Как гласит молва, младший сын тогдашнего Главы республики Николая Меркушкина топнул ножкой и настоял на строительстве спортивного комплекса для своего баскетбольного клуба «Рускон», чье существование щедро финансировалось семейной кондитерской фабрикой «Ламзурь», освобожденной от части налогов. Однако баскетболисты так и не дождались новой арены. Команда распалась, когда у титульного спонсора возникли финансовые трудности — во многом благодаря деятельности команды «молодых и эффективных менеджеров» под руководством Алексея Меркушкина. За годы долгостроя в «колизей» было вложено около 9 миллиардов федеральных рублей, значительная часть которых бесследно исчезла, осев в и без того тугих карманах нужных людей.
Универсальный зал не был достроен ни к мордовскому Тысячелетию в 2012 году, ни даже к чемпионату мира по футболу в 2018-м. К моменту мундиаля успели лишь облицевать фасад, чтобы избежать полного позора. По слухам, спикер Совета Федерации Валентина Матвиенко, посетившая Мордовию накануне чемпионата, в кулуарах назвала этот долгострой «памятником мордовскому тщеславию». Функционировать многострадальный «колизей» начал лишь спустя несколько лет — после вмешательства новой власти во главе с Артёмом Здуновым. Сегодня это полноценно функционирующая «Огарев Арена», переданная в пользование МГУ им. Огарева и находящаяся на балансе федерального министерства просвещения.
Слова, слова…
Николай Меркушкин в 2014 году оправдывал рост долга сравнениями с другими регионами: «В Татарстане в полтора раза, в Белгороде в два. И там, так же как в Мордовии, созданы европейские города, развивается конкурентоспособная экономика. И никто сегодня там не кричит, что долги — это плохо». Год спустя, в 2015-м, он продолжал настаивать на правильности своего курса, заявляя: «Но в то же время есть вещи, которые могут приносить миллиарды, если правильно выстроить работу. Например, в прошлом году в бюджет Мордовии, казалось бы, ни с того ни с сего «упали» дополнительные 5,6 миллиарда рублей. А основы для поступления этих средств закладывались еще 7–8 лет назад. Хотя тогда тоже некоторым казалось, что мы занимаемся глупостями, неоправданно лезем в долги и т. д.».
Его преемник Владимир Волков в 2014 году тоже успокаивал: «Хочу, чтобы наших жителей тема долга вообще не беспокоила. Он не мешает нам развиваться внутри региона и не влияет на благосостояние людей». Как выяснилось позже, беспокоиться все-таки стоило. Долговая нагрузка в отдельные годы превышала 230 % от собственных доходов — это означало, что республика была должна больше, чем зарабатывала за два года. А упомянутые Меркушкиным «упавшие» в бюджет миллиарды были каплей в море по сравнению с многомиллиардными процентами, которые республика ежегодно выплачивала по коммерческим кредитам.
После отстранения от власти меркушкинско-волковской команды республика проснулась банкротом. В 2018 году была введена бюджетная мера принуждения — фактически внешнее финансовое управление. Как вспоминал глава Мордовии Артём Здунов: «Были установлены многочисленные ограничения, в частности введен запрет на капитальные вложения. Он действовал не только в отношении республики, но и всех районов и города Саранска. Ограничения блокировали возможность осуществления не только строительства любых объектов, но даже разработки проектно-сметной документации». Регион на несколько лет потерял возможность развивать социальную и инженерную инфраструктуру. Дороги, школы, больницы — почти ничего не ремонтировалось и не строилось. Республика была отрезана от участия в федеральных программах, включая программы модернизации ЖКХ. Такое вот наследие «созидателей», видимо давно живущих по принципу: после нас — хоть потоп.
Лечение
Ситуация начала меняться с приходом новой команды. Артёма Здунова назначили в Мордовию с четкой задачей — навести порядок в финансах и разобраться с долговым наследием. Республика в тот момент находилась под действием бюджетной меры принуждения, что означало жесткие ограничения и запрет на капитальные вложения.
Новому руководству удалось договориться с федеральным центром о списании 16 миллиардов рублей долга и реструктуризации остальных обязательств. Дорогие коммерческие кредиты были замещены бюджетными ссудами со ставкой 0,1–0,7 % годовых, что позволило значительно снизить нагрузку на бюджет. Параллельно велась работа по оптимизации расходов и повышению эффективности управления.
Эти меры, хотя и потребовали жесткой экономии, дали результат — долговая нагрузка снизилась с пиковых 237 % до 52 %, а бюджет впервые за долгие годы стал профицитным. Однако расплачиваться по обязательствам прошлых лет республике предстоит еще долгое время. Важно и то, что в 2024 году Мордовия полностью восстановила право на участие в федеральных программах, что открывает перед регионом новые возможности для развития. Но последствия эпохи «созидателей» жители республики будут испытывать на себе еще не один год.