Пушкин неисчерпаем, и это общеизвестно. Уже которое поколение продолжает открывать его для себя. В молодости для читателей он один, в зрелости совершенно другой, а в старости люди продолжают цитировать давно знакомые строки и находить все нового Александра Сергеевича.
Пушкину, посвящено, наверное, несколько миллионов книг и статей, но все равно мы продолжаем обращаться к нему, потому что слово его абсолютно бездонно. Любая ситуация нашей жизни в той или иной степени имеет ответ в пушкинском творчестве. Исследователи продолжают буквально по секундам восстанавливать жизнь великого поэта. И кажется, почти всеми ими движет загадка: как такое могло родиться? Как появлялись эти строки, которые не дают покоя вот уже третье столетие?
Попыткой еще раз проникнуть в тайны рождения произведений гения стала книга филолога Виктории Белоноговой «“На крыльях вымысла”: воображение в жизни Пушкина» (2025), только что вышедшая в московском издательстве «Вифсаида».
Автор бесстрашно вникает в историю возникновения самых различных замыслов поэта и показывает, как они реализовывались в его сверкающих произведениях.
Все знают фразу: «Над вымыслом слезами обольюсь…» Но Белоногова, текст которой читается очень легко, показывает, что фантазия Пушкина вторгалась даже в, казалось бы, его сугубо исторические исследования. Или в произведения, посвященные событиям прошлого. Например, в изучение бунта Пугачева. Так жестокий вождь крестьян и казаков приобрел в «Капитанской дочке» какие-то благородные черты, которые так восхитили Марину Цветаеву. Или в образе авантюриста-самозванца Григория Отрепьева под легким пером Александра Сергеевича засияла способность к чистой и возвышенной любви.
Фантазия Пушкина не знала предела. Вообще поражает, как он мог мгновенно переноситься в любую эпоху, в любое время и дарить своим героям монологи, которые словно слышал сам. Поэт будто все время вел диалог с невидимым собеседником, которого надо было убедить в правоте своего замысла. Недаром в романе «Евгений Онегин» появился сам Евгений Онегин как старый знакомый автора.
И еще в великом поэте все время жила какая-то детская непосредственность, невероятная любовь к жизни. Белоногова цитирует воспоминания тех, кому выпало счастье дружить с Пушкиным. В их рассказах поэт беспрерывно шутит, устраивает розыгрыши и в то же время очень внимательно замечает то, что творится вокруг.
Автор приводит иногда совершенно неожиданные и очень интересные сравнения. Так, она сопоставляет Александра Сергеевича с легендарным Генрихом Шлиманом, ученым-самоучкой, раскопавшим Трою. А Пушкин был в восторге от «Илиады» и назвал перевод ее Гнедичем подвигом.
И конечно, не может обойти Виктория Белоногова импровизатора из «Египетских ночей», чей образ впоследствии в фильме Михаила Швейцера столь блистательно воплотил Сергей Юрский. Нет сомнения, что поэт вложил в слова итальянского странствующего артиста очень многое из пережитого им самим.
Словом, книга, вне всяких сомнений, будет более чем интересна тем, кому небезразличны жизнь и творчество самого гениального человека, когда-либо писавшего на русском языке.
Виктор Леонидов