В российских кинотеатрах идет корейский хоррор «Астрал: 13 инкарнаций зла» — еще один премьер мистического бума в контексте национальной индустрии. Ранее в прокате шел мультфильм «Экзорцизм. Хроники: Начало», который мог напомнить любителям азиатской анимации «Магическую битву» или «Истребителя демонов», а главным мультхитом Netflix в этом году стал проект на схожем поле — «Кей-поп — охотницы на демонов». Мы решили вспомнить еще несколько полнометражных проектов о столкновении с оккультным и мистическим, созданных на родине «Игры в кальмара».
Вопль (2016)
Монументальный — 156 минут — мистический хоррор с невероятно объемным звуком, описывающий череду загадочных событий в удаленной деревне Коксон. Неведомая болезнь обращает местных жителей в зомби, которые набрасываются на домочадцев, а полиция ищет причину и в подозрительных грибах, и в загадочном пришлом японце (Дзюн Кунимура из «Кинопробы»). Правильный ответ, как водится, «всё, везде и сразу»: На Хон Джин, ранее снявший «Преследователя» и «Желтое море», выписывает зажатый между горами и лесом Коксон как обиталище злого гения места. Все здесь пропитано человеческими страхами — от суеверий и шрамов истории (опаску в адрес Японии можно понять) до гнева природы и социального напряжения. Кто-то или что-то просто должны были зажечь спичку, чтобы лес хлипких общественных договоренностей обратился костром.
Восьмая ночь (2021)
Амбициозный дебют молодого режиссера и сценариста Ким Тхэ Хёна — мистическая одиссея искупления. 2500 лет назад Будда одолел жестокого демона, желавшего устроить Ад на Земле, ввергнув людей в пучину тревоги и агонии. С тех пор глаза создания — черный и красный — хранились запечатанными в сарирах, пока в 2005-м один из них не нашел фанатичный археолог. В профессиональном сообществе его высмеяли и изгнали, но десятилетия спустя — с восходом Кровавой Луны — красный глаз пробудился и начал движение по направлению к черному, вселяясь в тела грешников. Чтобы остановить возрождение демона, молодому послушнику Чхон Соку (Нам Да Рым) из храма на горе Бук, что в Кванджу, нужно разыскать отрекшегося от служения монаха Сон Хва (Ли Сон Мин), которому по силам изгнать демона. Проникновенная и атмосферная история о прощении и смирении, поданная с мифическим размахом: личный ад Ким Тхэ Хён рифмует с кошмаром планетарного масштаба.
Спи (2023)
Сегодня для повседневного стресса достаточно открыть глаза — вот и дебютный триллер Джейсона Ю, помрежа Пон Джун Хо на «Окче», начинается как убедительная житейская драма. Успешная Су Джин (Чон Ю Ми) ждет ребенка, муж-актер Хён Су (Ли Сон Гюн) мотается по прослушиваниям и так переживает о семейном будущем, что перевоплощается в сомнамбулу. Или это происки зловредного неупокоенного духа? Амбивалентность в духе «Ребенка Розмари» несколько рушит тот факт, что в «Спи» очень ловко уплотнены психологическая точность и житейский абсурд: для напряжения и жути не нужны ни паранормальщина, ни шокирующий финал.
Проклятие «Зов могилы» (2024)
Сверхъестественный триллер из Южной Кореи — главный национальный хит проката в прошлом году. Двухчасовой фильм полон не только обрядов, снятых весьма подробно и пугающе красиво, но и культурно-исторических отсылок (например, войн с Японией). Раскопать всё это — вместе с захоронением состоятельного патриарха, разбогатевшего во времена оккупации, — предстоит шаманке-мудан Хва Рим (Ким Го Ын), её помощнику Юн Бон Гилю (Ли До Хён), геоманту Ким Сан Доку (Чхве Мин Сик) и директору похоронного бюро Ко Ён Гыну (Ю Хэ Джин), которые олицетворяют разные ветви южнокорейского мистицизма. Такое многообразие — вкупе с многослойным (буквально) сюжетом и жанровой сноровкой режиссера Чан Джэ Хёна — делает «Зов могилы» не просто эффектных аттракционом, но настоящим «опытом». В том числе — контакта не с потусторонними силами, но историческими ранами, которые могут показаться глубоко похороненными.
Экзорцизм. Хроники: Начало (2024)
Амбициозный 3D-мультфильм, на который команда из 680 аниматоров потратила шесть лет. В основе — цикл оккультного городского фэнтези Ли У Хёка Toemarok (примерно «Записки экзорцизма»), который выходит больше четверти века и уже разошелся тиражом свыше 10 миллионов копий. Тайный буддистский орден Хэдон сталкивается с масштабной угрозой, когда их 145 наставник решает прибегнуть к жертвоприношениям, чтобы обрести демоническую силу. Тогда хранитель Чан обращается за помощью к университетскому приятелю Паку — бывшему врачу, который стал священником, но был изгнан за тяготение к экзорцизму. Ему и другим одаренным людям, которых на борьбу с нечистью толкнули личные трагедии, и предстоит защитить человечество. За эффектный визуал эни (так называются корейские мультфильмы) отвечала студия Locus Corporation («Лонки – великий обманщик», «Красные туфельки и семь гномов»). Режиссерский дебют Ким Дон Чхоля радует эффектным визуалом («Экзорцизм» не совсем беспочвенно сравнивают с «Аркейном»), но история сложена довольно хаотично, будто её нарезали из целого сезона шоу, где о персонажах, конфликтах и мире вокруг рассказано подробнее. Из-за скомканности интересный концепт о борьбе представителей разных конфессий с (внутренними) демонами начинает тускнеть.
Астрал: 13 инкарнаций зла (2025)
Спин-офф «Черных священников» — мистического хоррора Чан Джэ Хёна, снявшего «Проклятие «Зов могилы». Непосредственно сюжет не связан с предыдущим фильмом, но сохраняется логика экзорцизма, которую исповедуют местные последователи тайного ордена розенкрейцеров. Напористая сестра Юния (Сон Хе Гё из «Потомков солнца») занимается изгнанием духов, что вызывает скептицизм у коллег по церкви и тем более врачей. Показной цинизм и нестандартные методы роднят ее с Контантином из одноименного кинокомикса: ради спасения невинной души курящая и сквернословящая монахиня готова прибегнуть к помощи шаманизма и карт Таро. Чтобы спасти юного Чхве Хи Джун (Мун У Джин из второго «Поезда в Пусан»), в которого вселился особенно мощный демон, ей приходится задествовать все возможные связи — в том числе заручиться поддержкой сестры Микаэллы (Чон Ё Бин из «Пришельцев»). Та с детства видит духов, но в церковной школе из нее выбывали веру в потустороннее. Фильм Квон Хёк Чэ напоминает корейский микс «Изгоняющего дьявола» с «Кодом да Винчи»: он пестрит обилием сюжетных ходов и практик из разных конфессий, что значительно тормозит повествование. При этом визуально хоррор довольно изобретателен: потустороннее присутствие и надломленность героинь ощущаются благодаря кадрам, где на переднем плане в расфокусе оказываются другие персонажи или мебель. Такой акцент формирует самобытную атмосферу и подчеркивает, насколько велики те явления, с которыми сталкиваются «черные монахинь».
«Астрал: 13 инкарнаций зла»