«Ответчик продолжает публикации…»
Очередное заседание по иску агропромышленной компании «Продовольственная программа» (АПК «Продпрограмма») и ее владельца Рифата Мутигуллина к газете «БИЗНЕС Online» прошло в Арбитражном суде РТ. В центре разбирательства — наша публикация о «горчичном» скандале в Татарстане и пестицидах, которые управление Россельхознадзора РТ обнаружило в урожае АПК (о чем газете, напомним, рассказали в самом надзорном органе).
Представитель истцов Александр Смирнов в начале заседания высказал недовольство тем, что в нашем первом репортаже с суда были опубликованы его фотографии. От себя отметим, что сделаны они были в коридоре суда, который считается общественным местом — в самом зале наш фотограф не снимал представителей истцов по просьбе судьи АС РТ Константина Андреева.
«У нас репортер принципиально не хочет слушать суд. В том числе проявляет неуважение к этому суду в этом составе. Мы просим прямо запретить фотографировать представителей истца. Неуважение заключается в том, что на прошлом судебном заседании председательствующий попросил не фотографировать представителей истца. Но у нас есть публикация от 29 октября также с суждениями о фактах, которые могут быть легко проверены, с дополнительной грязью в отношении истцов, которые не соответствуют действительности. Фотография представителей истца, которые изображены здесь. Категорически не хотят слушать!» — указал юрист. Конкретики о том, что не так в тексте нашей публикации, при этом не прозвучало.
Судья Андреев, изучив распечатку материала, резонно заметил, что фото сделаны в коридоре. «Что это меняет?» — негодовал Смирнов, но получил от судьи короткое и резонное: «Сядьте».
Теперь по существу. Представитель «БИЗНЕС Online» Рамиль Рахимов просил отложить судебное заседание до разрешения вопроса о назначении судебной лингвистической экспертизы. Также компания не сформировала позицию по новым пояснениям истца, которые продолжают сыпаться как из рога изобилия.
Смирнов потребовал отказать в ходатайстве с ссылкой на то, что «все это направлено на затягивание судебного разбирательства». «Ответчик продолжает публикации, высказывая свои мнения об утверждениях и фактах, в дальнейшем продвигая спорную статью. <…> Ответчик не намерен урегулировать спор. Дабы не затягивать производство и не [давать] ответчику недобросовестно пользоваться своими конституционными правами, просим приостановить производство по делу, назначить экспертизу. Пусть лингвисты и эксперты разбираются в спорной статье», — указывал он.
При этом журналисты издания неоднократно пытались добиться позиции АПК «Продпрограмма» и Рифата Махмутовича по «делу о пестицидах». Вместо четких ответов, применял ли агрохолдинг запрещенные вещества на урожае горчицы, представители компании угрожали нам судом, «если статья им не понравится». Отвергли истцы и предложение об интервью изданию.
Была ли справка?
Напомним, на прошлом заседании юрист АПК «Продпрограмма» предложил Ирине Толмачевой, совладелице ООО «Инвест-Поволжье» (именно она закупала у АПК горчицу для экспорта в Австрию), предоставить оригиналы справок о неприменении ими пестицидов, которые та приобщила в виде копий. Смирнов тогда заявил, что при наличии оригиналов АПК будет заявлять о фальсификации справок. Судья просил объяснить, каким образом она получила спорную справку.
Почему сейчас АПК оспаривает справку? По мнению представителей истца, в спорной статье есть суждения о факте, который говорит о том, что якобы Мутигуллин и АПК «Продпрограмма» совершили нечестный деловой поступок в отношении Толмачевой и «Инвест-Поволжья». Мол, раз справок о неприменении не было, значит, на тот момент гендиректор «Инвест-Поволжья» не находилась «в существенном заблуждении» в отношении сделки купли-продажи семян горчицы. Более того, согласно его пояснениям, в договоре была согласована поставка горчицы для промышленной переработки — не для пищевых целей. «Следовательно, обмана никакого не могло быть», — уверял юрист.
В итоге Толмачева заявила, что «на сегодняшний день не представляется возможным установить способ получения справок». Дело было в 2022 году, сотрудники уволились и сменили телефоны, сейчас компания находится в процедуре банкротства.
«У нас данные справочки сохранились в отсканированном варианте. Все они были предъявлены в материалах дела (первоначального иска АПК к „Инвест-Поволжью“ — прим. ред.), — указала Толмачева. — Данная справка признана судом как надлежащее доказательство, не исключена. Наш любимый принцип
: у АПК „Продпрограмма“ была возможность заявить о том, что справки [сфабрикованы], но они подтвердили достоверность справок и на протяжении двух лет подтверждали, что не применяли пестициды».
Она предложила послушать аудиофрагменты с прошлых заседаний судов (по иску о коммерческом споре между АПК и «Инвест-Поволжьем»). На них Смирнов говорит: «Действительно, не применялись пестициды, как следует из справки о неприменении пестицидов». В другом отрывке председатель совета директоров «РМ Агро» Игорь Барингольц утверждает: «Мы предоставляли справки, и мы говорим о том, что не применяли пестициды».
Смирнов настаивал, что суд не исследовал вопрос о справках о неприменении. АС Поволжского округа, по его словам, пришел к выводу, что не имеет правового значения исследование вопросов справок о применении и неприменении пестицидов. «Суды не давали оценки. Справки о неприменении нашли отражении в кассации, до этого не акцентировали внимание, не исследовали и в Одиннадцатом [апелляционном] суде. Источник возникновения справок мы не поддерживаем, мы не выдавали справок о неприменении пестицидов. Обстоятельства исследовались в деле исключительно в разрезе того, есть ли в поставленном товаре остатки запрещенных пестицидов. Их не было. Это все было установлено», — уверял представитель АПК.
Остается вопрос: какое отношение все это имеет к материалу «БИЗНЕС Online»? В материалах дела, которые мы исследовали при подготовке статьи, АПК действительно не заявляла о фальсификации справки. Подвергать документ сомнению у нас не было поводов. Да и надзорно-экспертных функций выявлять какие-то подделки у журналистов нет.
https://ru.freepik.com/" itemprop="contentUrl">
Были ли пестициды?
Факт применения пестицидов на полях горчицы, как и справку об их неприменении, АПК «Продпрограмма», впрочем, тоже отрицает. Смирнов повторил, что вся продукция перед отгрузкой покупателю («Инвест-Поволжью») была надлежащим образом исследована и остаточных следов пестицидов в партии не нашли. Это позволило АПК задекларировать товар.
«Центр оценки качества зерна произвел исследование представленных АПК проб горчицы для последующей поставки и установил отсутствие остаточных следов пестицидов галоксифоп, альфа-циперметрин и прочих. Это также установлено судебными актами», — сказал представитель истцов.
А что насчет справок о применении АПК пестицидов на полях горчицы за подписью самого Мутигуллина? (в тексте «БИЗНЕС Online» она тоже фигурировала). По словам Смирнова, компания выпустила справки в целях исполнения законодательства ТР ТС 015 — иного порядка для того, чтобы исследовать продукцию на определенные вещества, нет. «Справки о применении пестицидов были представлены в адрес проверяющих органов с целью провести более широкие испытания. Филиалом ЦОКЗ в проверяемых пробах товара не были обнаружены пестициды», — заявил юрист.
В любом случае справка самой компании о применении пестицидов (которую, как утверждают в АПК, они были вынуждены выпустить) — далеко не единственный документ, на который мы опирались при написании спорной статьи. Есть официальный ответ управления Россельхознадзора РТ, который подтвердил, что в урожае горчицы АПК «Продпрограмма» за 2022 год обнаружены следующие действующие вещества пестицидов: альфа-циперметрин, галоксифоп-Р-метил, клопиралид, пиклорам, имидаклоприд (со ссылкой на протоколы испытаний ЦОКЗ от 14 сентября 2022 года). Акты совместной проверки управления и прокуратуры Мамадышского района приобщены к материалам дела.
Следующее заседание пройдет 5 декабря, и надеемся, что на нем будет рассматриваться суть спора, а не отношения между двумя компаниями, которые погрязли в спорах, — пока что 80% от заседаний занимает продолжение «разборок» между АПК и «Инвест-Поволжьем», а не предмет иска.
Также остается в силе наше изначальное предложение к Мутигуллину и его компании — честно и открыто разъяснить, применяются или нет на его полях сомнительные вещества, а не прикрываться разговорами о фальшивых справках.