Год назад российское правительство официально признало приоритет превентивной и персонализированной медицины, но реализовать ее в массовом масштабе пока невозможно, уверены эксперты. Существующая система, включающая диспансеризацию и массовые обследования, все еще ориентирована на многомиллионную популяцию, а не на конкретного человека. В то же время персонализированный подход — с генетикой, цифровыми помощниками и индивидуальными стратегиями — развивается в частных клиниках и за счет собственных средств пациентов, выяснил Forbes
В сентябре 2024 года президент Владимир Путин официально включил превентивную и персонализированную медицину, а также обеспечение здорового долголетия в число приоритетных направлений научно‑технологического развития страны. Это решение стало беспрецедентным: впервые в мировой практике культура профилактики заболеваний получила статус государственной стратегии и встала в один ряд с энергетикой и цифровыми технологиями, ознаменовав появление новой медицинской парадигмы, которую в российском Минздраве характеризуют как переход от реактивной медицины к проактивной, то есть от лечения последствий к предотвращению причин.
Необходимость в продвижении концепции здорового долголетия объясняется рядом вызовов, среди которых — демографическая проблема, дефицит человеческого ресурса, прогрессивно нарастающая нехватка трудоспособного населения. Так, по данным Росстата на 1 января 2025 года, доля лиц в возрасте 60 лет и старше в стране уже составляет почти четверть населения — 24,4%, что равняется 35,6 млн человек. К 2030 году прогнозируется рост показателя до 25,4%, а к 2046 году — до 30,4%, что ожидаемо даст колоссальную нагрузку на систему здравоохранения.
Telegram-канал Forbes.Russia
Канал о бизнесе, финансах, экономике и стиле жизни
Государственный подход
«В Институте экономики здравоохранения ВШЭ подсчитали, что ежегодные экономические потери от преждевременных смертей и нетрудоспособности оцениваются почти в 14 трлн рублей. Это прежде всего хронические неинфекционные заболевания, имеющие модифицируемые факторы риска (курение, алкоголизм, низкая физическая активность, нерациональное питание), на которые можно и нужно системно влиять профилактическими стратегиями и широкой просветительской работой. Очевидно, данная проблема касается всех отраслей экономики и имеет значение государственного масштаба», — пояснила Forbes Healthcare врач-кардиолог, медицинский директор группы компаний «Олимп здоровья» Светлана Моисеенко.
Среди основных и наиболее доступных широкому кругу методов превентивной медицины она назвала контроль массы тела и управление весом, контроль и управление стрессом, вакцинацию, скрининговые обследования, профилактическую фармакотерапию, генетическое тестирование. Популяризация данных мероприятий в том числе заложена в национальных проектах «Демография» и «Здравоохранение». Общая основная цель — создание условий и инфраструктуры для укрепления здоровья населения, повышение продолжительности и качества жизни, снижение заболеваемости и смертности от неинфекционных заболеваний, формирование культуры здорового образа жизни.
«Есть скрининговые мероприятия, включенные в бесплатные государственные гарантии или социальный пакет от работодателя, такие как диспансеризация, периодические и профилактические медицинские осмотры, а есть мероприятия, требующие иногда только силы воли, например ежедневная утренняя зарядка или отказ от пустых углеводов», — отметила Моисеенко.
И все же есть одна загвоздка — она заключается в том, что все эти мероприятия предполагают массовость, практически исключающую персонализированный подход к обеспечению здорового и активного долголетия, отмечает председатель правления АНО «Национальная академия активного долголетия», руководитель Центра научно-исследовательской деятельности курорта «Мрия» Арсений Труханов.
«Все перечисленное — ранний, так скажем, этап развития превентивной медицины, а именно классическая профилактика. Профилактическая медицина в нашей стране работает с популяцией, с десятками миллионов людей. Это диспансеризация, скрининг, задачи ОМС, в основе которых бюджет и тарифы. Поэтому в рамках государственных программ реализовать что-то действительно персонализированное практически невозможно — на это просто нет ресурсов», — говорит он. В качестве исключения он назвал систему онкологической помощи — молекулярно-генетические исследования уже входят в ОМС при диагностике и выборе иммунотерапии.
В целом же о персонализированном подходе в обеспечении здорового долголетия на государственном уровне говорить пока рано, уверен Труханов. Персонализация — это поздний этап развития превентивной медицины, и актуален он скорее для тех людей, кто готов инвестировать в свое здоровье самостоятельно.
«Мы говорим сейчас про гораздо более широкий подход — определение биологического возраста, генетические тесты, таргетные терапии, комплексную реабилитацию», — добавил он, отметив, что в России этот путь только начинается. Так, в мае 2025 года в стране появилось профильное сообщество — Национальная ассоциация специалистов и клиник персонализированной медицины. «Мы считаем, что сейчас формируется новая индустрия — индустрия здорового долголетия. И наша задача — быть ее институциональной базой», — подчеркнул Арсений Труханов.
Генеральный директор сети «Ниармедик» Сергей Арабаджян, в свою очередь, отмечает, что развитие персонализированной превенции невозможно без учета генетических факторов, а значит, и без доступных целевых тестов. Один из наиболее ярких и известных примеров, по его словам, — так называемый «анализ Анджелины Джоли», определяющий наличие мутаций в генах BRCA1 и BRCA2, которые существенно повышают риск развития рака молочной железы и яичников. Так, американская актриса, зная об онкологических диагнозах у своих родственниц, прошла тест, в результате которого узнала о предрасположенности к раку и у себя и приняла решение о превентивной операции.
«Это и есть чистая превенция, — говорит Арабаджян. — Генетический анализ, основанный на постоянном и неизменном «генетическом поле», проводится всего один раз в жизни. Либо ген есть, либо его нет — и если он есть, у человека появляется шанс предотвратить серьезное заболевание, а не лечить его последствия».
Космический опыт
К идее о том, что превентивной медицине должна сопутствовать персонализация, профессиональное сообщество пришло не случайно, а ценой исторической ошибки. В 1993 году, когда в США была создана Американская академия антивозрастной медицины (American Academy of Anti Aging Medicine), в стране и мире началась активная популяризация гормонозаместительной терапии (ГЗТ). «Тогда считалось, что гормоны — это главные маркеры и инструменты продления молодости. Идея проста: с возрастом, после 40–50 лет, уровень определенных гормонов у нас резко падает, что сказывается на тонусе, либидо, костной и мышечной массе. Женщины сталкиваются с остеопорозом, саркопенией, а мужчины — с падением тестостерона. Американцы начали просто восполнять дефицит гормонами — сначала уколами, затем в таблетках, трансдермальных формах», — рассказал Арсений Труханов.
Но вскоре стало ясно, что такой подход несет риски. Одним из ключевых факторов был ИФР-1 (инсулиноподобный фактор роста, гормон роста), который стимулировал не только омоложение, но и рост злокачественных клеток. В результате — рост онкологических заболеваний у многих из тех, кто полагался на ГЗТ как на инструмент долголетия. Ключевой вывод из этой истории заключался в несостоятельности общего, формального подхода к оздоровлению без опоры на индивидуальные особенности организма каждого человека.
Если же говорить о российском опыте, то истоки превентивной медицины — до появления самого термина — можно обнаружить еще в исторических сводках 1930–1940-х гг., относящихся к развитию авиационной и военной медицины. Тогда советские ученые разрабатывали способы защиты пилотов от перегрузок, гипоксии и стресса, осознавая, что в экстремальных условиях здоровье нужно уметь сохранять. А к 1970-м в СССР сложилась полноценная школа космической медицины. Рацион питания, физическая активность, психологическая поддержка, защита от радиации стали стандартом подготовки к полетам за пределы атмосферы Земли.
Еще один пример — развитая в советской России сеть санаториев и домов отдыха, которые подчинялись Наркомздраву (предшественник Министерства здравоохранения) и были неотъемлемо встроены в лечебный процесс. На базе санаториев формировались подходы с применением природных лечебных факторов, немедикаментозных методов профилактики, оздоровления и восстановления после болезней. С распадом СССР весь этот опыт практически потерял свою значимость, а превентивная медицина вернулась в страну уже в XXI веке, обретя при этом идеи, заложенные европейскими специалистами.
В 2003 году в Париже была зарегистрирована Европейская ассоциация антивозрастной медицины, а чуть позже появилось и ее российское представительство. О превентивной антивозрастной медицине начали говорить во всех развитых странах, но уже как о комплексном и при этом индивидуальном подходе, построенном на основах молекулярной биологии, энергетических процессах в клетке, взаимодействии митохондрий, биохимии старения. Тенденцию подхватили и частные клиники, начав выделять относящиеся к ней услуги в отдельное направление Longevity. И, по мнению экспертов, в партнерстве с государством коммерческая медицина способна продвигать по-настоящему персонализированный подход к обеспечению здорового долголетия.
«В развитии персонализированной медицины заинтересованы все — и государство, и бизнес, причем говоря о бизнесе я не подразумеваю частные клиники, которые готовы предоставить услугу. Я говорю о том бизнесе, который с бережностью и уважением относится к своему главному конкурентному преимуществу — человеку, и заботится о здоровье сотрудников. Почему это важно? Еще в Древней Греции существовало правило — если человек не умеет заботиться о себе и своем здоровье, то он не может руководить другими. Если переложить на современный лад, смысл в том, что у осознанного, активного, психически и физически зрелого человека будет ровно такой же взгляд и на подчиненных. Это — предупреждение выгораний, плохих привычек, конфликтов, стресса и заболеваний», — считает сооснователь и председатель совета директоров медтехкомпании «Доктор рядом» Максим Чернин.
Частная инициатива
По мнению опрошенных Forbes игроков рынка частных медицинских услуг, интерес к превентивному направлению, пропагандирующему здоровое долголетие, уже начал обретать черты конкуренции. Так, в Европейском медицинском центре (ЕМС), в составе которого присутствует «Клиника превентивной медицины», это направление называют приоритетным. Для каждого пациента медцентра создается персональный «План здоровья». Это подход, где команда экспертов разрабатывает для клиента стратегию для достижения любых целей, связанных со здоровьем и качеством жизни. Это может быть работа с весом и питанием, коррекция возрастных изменений, повышение работоспособности и др. Особое внимание уделяется анализу генетических факторов не только для профилактики возможных заболеваний, ассоциированных с возрастом, но и недопущения возникновения генетических рисков у будущего поколения.
«По прогнозам, к 2032 году мировой рынок технологий и услуг превентивного здравоохранения достигнет $760,61 млрд. Можно ожидать, что перечень услуг в этом направлении будет активно расширяться, так как будут появляться все новые и новые методы продления качественных лет жизни. И хотя превентивная медицина в России — это все еще молодое направление, уверен, интерес к нему будет повышаться год от года, наряду с уже популярными и востребованными wellness-программами», — отметил в ходе беседы с Forbes генеральный директор ЕМС Андрей Яновский.
В комплекс услуг превентивной медицины также входят: генетический контроль заболеваний, гипокситерапия, инфузионная витаминотерапия, криотерапия, плазмаферез, трекер метаболизма Lumen. И это, отмечает Яновский, только часть тех услуг, которые можно включить в longevity, — важно помнить, что этот подход предполагает интеграцию всех специалистов и медицинских направлений. «В подходе longevity клиент становится для клиники союзником, партнером на продолжительное время. Он остается надолго, потому что получает не лечение, а устойчивое качество жизни и реальную пользу от сопровождения. Это и есть настоящая ценность Longevity — и для него, и для клиники», — добавляет он.
В группе компаний «Медскан» считают, что актуальный запрос пациента, который предпочитает предупредить проблемы, а не лечить их, — это синтез превентивной медицины и «здоровьесберегающего поведения», управляемый на базе цифровых и диагностических данных. Ключевой элемент — непрерывное сопровождение здоровья пациента, от выявления рисков до их активной коррекции и мониторинга. Это не «услуга один раз в год», объясняют в клинике, а динамичный процесс, построенный на принципах доказательной медицины, персонализации и предиктивной аналитики.
«Мы в «Медскане» опираемся на сильную экспертизу в диагностике, но развиваем именно платформенную модель сопровождения, в которой фиджитал-архитектура позволяет охватывать здоровье человека как процесс, а не как событие», — подчеркнула заместитель генерального директора «Медскана» Евгения Горбунова.
По ее мнению, превентивная медицина — это точка, в которой расходятся две медицинские логики: одна ориентирована на болезнь, другая — на здоровье. «Между ними долгое время существовала зона отчуждения: в нее не заходили ни государство, ни пациент, ни страховая система, ни бизнес, потому что не было понятной модели монетизации, — поясняет Горбунова. — Сейчас ситуация изменилась. Появился спрос, появились технологии, появились игроки, готовые строить долгосрочные отношения не с болезнью, а с потенциалом здоровья. Система здравоохранения настроена на монетизацию болезни, и бизнес-модели медицинских клиник построены вокруг лечения. Longevity — это попытка переориентировать эту модель: научиться монетизировать недопущение болезни, работать на опережение, сопровождать человека до того, как он стал пациентом».
С этим мнением согласен и генеральный директор сети «Ниармедик» Сергей Арабаджян. По его словам, одной из реальных возможностей улучшить качество помощи без масштабных кадровых изменений является внедрение искусственного интеллекта (ИИ) в практическую медицину.
«Мы сейчас активно занимаемся интеграцией ИИ в рутинную практику врача — например, при кольпоскопии. Идея в том, чтобы операторозависимые методы сделать ассистированными — за счет цифровых решений или ИИ, которые минимизируют разницу в качестве оказания помощи», — пояснил он.
При этом, как подчеркивает Арабаджян, многое упирается не в технологию, а в масштаб: «То, что мы внедряем у себя — условно, в 15 клиниках, — крупной сети придется тиражировать на сотню объектов, а государству — на всю страну. Поэтому гибкость и скорость внедрения — это тоже ресурс. Мы, как относительно компактная сеть, можем позволить себе быстрее внедрять решения — и в этом, возможно, наше конкурентное преимущество».
Кроме того, как отмечает генеральный директор медицинской компании «СберЗдоровье» Денис Швецов, технологии становятся ключевым элементом в развитии превентивной медицины. «Цифровые решения — от телемедицины до онлайн-скринингов и диагностических гаджетов — делают профилактику более удобной и массово доступной. Люди используют фитнес-браслеты, умные кольца, приложения для питания, сна и снижения стресса — все это уже давно часть повседневной цифровой гигиены. Мы также видим интерес к нашему AI-помощнику на базе нейросетевой модели GigaChat: с его помощью пользователи могут получить персональные советы по образу жизни и профилактике, задать вопросы о здоровье, а при необходимости — подобрать врача или план обследований. С декабря 2024 года его использовали более 120 000 раз, что говорит об огромном запросе на понятные и доступные цифровые инструменты сохранения здоровья», — говорит Швецов.
Дополняя эту позицию, генеральный директор компании — производителя лекарств и БАД Solgar в России и странах СНГ Хакан Эртюрк отмечает, что основа превентивной медицины — не только обследования и технологии, но и поддержание повседневных здоровых практик.
«Говоря о лекарственных средствах, мы все же имеем в виду именно процесс лечения — переход от болезни к норме. Тем не менее, говоря о профилактике болезней, о превентивной медицине, мы будем подразумевать совокупность предупредительных мероприятий, направленных на его сохранение. Сюда, несомненно, можно включить не только периодические обследования, но и следование здоровому образу жизни в целом. БАД — это специализированные пищевые продукты, которые могут облегчить формирование сбалансированных рационов питания даже в случае выявления пищевых дефицитов. Существует общий консенсус, что поддержание здорового образа жизни, в частности сбалансированного питания, снижает вероятность заболеваний», — пояснил он.