Московская художница сводит с ума мировые галереи советскими буквами

Художница и искусствовед Алина Глазун работает с предметами, тканями и текстами уже более 20 лет. И, хотя она утверждает, что никаких посланий в своих произведениях не зашифровывает, зрителями они считываются легко.

– В университете, изучая историю искусств, я полюбила живопись, особенно Проторенессанс, Раннее Возрождение и Северное Возрождение. Торжественность, величие и одновременно простота и естественность, которое передавали в картинах гениальные Боттичелли и Джотто, покорили меня раз и навсегда, – рассказывает Metro Алина. – Они научили меня ценить историю в каждом предмете. Я полюбила антикварные вещи и старинные ткани. В юности писала натюрморты, но с живописью отношения не сложились, и в какой-то момент я поняла, что хочу делать "живые" произведения: почему бы предметы, которые пишу на холсте, не превращать в ассамбляжи. Захотелось продлить их историю.

Как известно, ассамбляж – техника визуального искусства, родственная коллажу, но использующая объёмные детали или целые предметы, скомпонованные на плоскости подобно картине.

Влюблённая в предметы старины, Алина находила интересные вещи, которые для кого-то казались лишним мусором, на улицах и блошиных рынках.

– Сейчас улицы в столице стали такими чистыми, что на них уже ничего не найти, но блошиные рынки остались, – делится художница. – Люблю ездить в Измайлово за предметами, которые добавляю к своим ассабляжам. Позолочённая накладка на мебель, красивая дверная ручка или милый сувенир. У каждого уникальная история, но, попадая ко мне, история делает крутой поворот в сторону бесконечности. Я дарую предметам свободу, и они будто начинают дышать впервые на этой планете. 

Вдохновляясь искусством эпохи Возрождения, Алина привносит в работы мягкие, тёплые ткани, фаворит – бархат. По словам художницы, он размывает силуэты, делая их дребезжащими, растворёнными в пространстве, похожими на натюрморты Джорджо Моранди. 

– Люблю барочные убранства дворцов. В работе "Предел" использовались изделия, которыми украшали старинные комоды и зеркала. Сама работа похожа на ковровую дорожку — красную с каймой. Возможно, это некий предел продвижения или терпения. Алина Глазун, художница

Но главные герои ассамбляжей художницы – слова и фразы, собранные из букв русского алфавита. Первые ассамбляжи были только из предметов, лишь спустя время Алина начала добавлять к ним текст, вырезая фразы случайным образом из журналов и брошюр. Спустя время стало понятно, что больше всего художницу привлекают объёмные буквы, слова и тексты, которые сегодня сводят с ума искусствоведов и известных коллекционеров мирового искусства. А всё потому, что эти слова, фразы или цитаты попадают прямо в цель, рождая у каждого свою ассоциацию, вызывая сильную эмоцию, погружая в воспоминания. 

– Я использую слово, если его интересно разглядывать и приятно смаковать во рту. Слова для меня как орнамент, который работает, подобно тексту Роршаха. В моих работах они лишаются однозначного привычного смысла, превращаясь в "пятно", в которое можно вкладывать всё, что зритель хочет, – объясняет Алина. – Некоторые фразы как цитаты из поэзии, например. Цитаты использую редко и беру только "кусочки", не несущие эмоциональной нагрузки, потому что, лишаясь изначального смысла, они превращаются в некий портал, ломая закостенелые интерпретации. К примеру, в работе "Как бы на полчаса" соединила неочевидную цитату из Откровения Иоанна Богослова с маленькой деревяшкой с выжженным на ней и раскрашенным зайчиком. 

Больше всего Алина любит буквы размером 2–3 см, такие использованы в работе "Так надо". 

– Эта фраза из моего детства, когда родители говорили, чтобы я что-то сделала, а почему – не объясняли. Слышала только: "Так надо". И думаю, таким советским ребёнком я была не одна, – шутит художница. – Эти буковки современные, но больше всего мне нравятся буковки-крошечки, сделанные в 60-80-х годах в СССР. Недавно, представляете, нашла в Сети мешок этих буковок 1988 года, моего года рождения. Их собирали много лет. Конечно, не могла не купить – и вот через несколько дней получила на почте 25 кг советских буковок, которые скоро станут частью истории современного искусства.